Минюст, как известно, отвечает за то, чтобы появляющиеся в стране нормативные акты проходили проверку на наличие в них так называемых коррупциогенных факторов. В законе было написано, что антикоррупционная экспертиза может быть и независимой, то есть делаться общественными организациями и даже гражданами. Но, когда российская бюрократия принялась этот закон исполнять, стало ясно: оказаться независимым экспертом будет непросто. Интересным выглядел и порядок проведения независимого анализа, утвержденный правительством в феврале 2010 года. В нем жестко зафиксированы критерии, по которым необходимо оценивать тот или иной документ. И никакой самодеятельности. А теперь Минюст разродился проектом приказа, который требует от независимых экспертов заключать свое мнение в предельно жесткую форму. Например, нужно будет указывать – вплоть до определенной строчки документа, – где этот фактор проявляется. Причем надо не просто указать на него, а сослаться на определенный пункт утвержденной правительством методики проведения экспертиз. И это не все. Ведь у нас никто не может критиковать власть без последствий. Вот и независимому эксперту предлагается, как выражаются в определенных кругах, «ответить за базар». А именно: указать способ устранения выявленного коррупциогенного фактора. По мнению главы юрслужбы КПРФ Вадима Соловьева, выставлены такие требования, для того чтобы якобы отсечь непрофессионалов, а на самом деле: «Бюрократизация до беспредела сводит к нулю возможность проведения антикоррупционной экспертизы».

Людмила КОВАЛЕВСКАЯ

Антикоррупционный закон в бездействии / Газета «Ставропольская правда» / 8 октября 2011 г.