Война на подошвах сапог

В редакцию все эти дни звонили возмущенные жители края. Даже то, что удалось увидеть в скупых кадрах телехроники, называли бездарным.

– Так нельзя было делать, – кричал бывший спецназовец, – они там ребят положат.

И положили. Семь хороших парней. Один из которых умер от потери крови, так как пять часов пролежал раненым на снегу. Так рассказывают очевидцы. Второй чуть не потерял руку: его оставили без помощи на поле боя на три часа.

Предвижу возражения силовиков-начальников: «Вас бы туда». А наши коллеги-журналисты там были. Да только за сутки с лишним проведения операции к ним никто из руководителей штаба так и не вышел. Чтобы сказать хоть что-нибудь вразумительное. Так что тот сумбур, что мы видели на экранах телевизоров, – беда журналистов. А вот виноваты в нем совершенно другие люди.

Только к воскресенью появилась некоторая ясность с количеством уничтоженных боевиков. До этого пресс-службы разных ведомств называли (и это тоже не их вина!) разные цифры. УФСБ – девять, краевой прокуратуры – около десяти, ГУВД СК – двенадцать. Потом милицейское ведомство скорректировало: боевиков восемь, еще от трех до пяти трупов могут быть обнаружены при разборе разрушенных и сгоревших домов. И в конце вчерашнего дня так и не пришли к общему знаменателю.

Не лучше с арифметикой и по количеству раненых. Пресс-служба ГУВД утверждает, что их шесть. Главный врач Нефтекумской ЦРБ говорит о том, что помощь оказали семи милиционерам. Это уже не просто непонятно. За это стыдно. Как стыдно и за то, что на передовых позициях оказались не только бойцы ОМОНа (их к этому готовили), но и инспектора дорожно-патрульной службы, включая инспектора по исполнению административного законодательства, оперуполномоченный отдела по борьбе с экономическими преступлениями, инспектор уголовного розыска…

Не сходится по ведомствам и количество обнаруженного оружия. Но на эту тему спорить не хочется. Были и автоматы, и пулеметы, и радиостанция, и гранаты, и гранатометы, и огнемет, и пистолет, и огромное количество патронов.

Шесть боевиков опознаны. Все они – члены «шелковского джамаата», жители Тукуй-Мектеба. Двое из них – кумыки, двое – ногайцы. Двое, об этом можно говорить уверенно, подозреваются в совершении ряда убийств на территории Нефтекумского района, сообщает пресс-служба крайпрокуратуры.

Это они, закончившие в конце 90-х годов центр подготовки террористов в селении Сары-Су Шелковского района Чечни, до последних дней находились в федеральном розыске. Именно они, которым стукнуло уже по 40 лет, и примкнувшие к ним молодые 18-летние парни, обосновавшись тайно в своих домах в Тукуй-Мектебе, и притащили на Ставрополье войну.

Может быть, на фоне этой кровавой драмы достижением выглядит задержание 10 февраля в Пятигорске трех неработающих из Нефтекумского района 1982, 1977 и 1987 годов рождения. Все они жили в Пятигорске. И, надо полагать, не с самыми лучшими целями: у них изъяты две гранаты, девять SIM-карт различных операторов сотовой связи, три мобильных телефона, литература на арабском языке, «выстрел» к подствольному гранатомету и электродетонатор с проводами. В тот же день в Ставрополе совместно с милиционерами КЧР наши стражи правопорядка задержали трех мужчин 1980, 1981 и 1983 годов рождения, причастных к экстремистской деятельности, похищениям людей, грабежам, разбойным нападениям, незаконному обороту оружия. Задержанные переданы в МВД Карачаево-Черкесии.

…Операция завершена. Но на душе неспокойно. Не только потому, что победа далась таким количеством жертв. Вопросов, кстати, еще много. И бытовых тоже. Например, повара ЗАО «Спецторг» Нефтекумска на месте разыгравшихся событий кормили около 500 бойцов горячими обедами. Кто компенсирует эти затраты? Опыт показывает, что никто.

В минувшую субботу председатель ГДСК Юрий Гонтарь побывал в Нефтекумском районе. Он посетил семьи погибших сотрудников милиции, провел совещание с руководством района. В ауле Тукуй-Мектеб спикер встретился с местными жителями и заверил, что власть сделает все возможное, чтобы люди как можно быстрее вернулись в свои дома, чтобы в ауле была восстановлена нормальная жизнь.

Вряд ли это возможно. Хотим мы этого или не хотим, мы будем думать о тех людях, в чьих домах нашли приют бандиты. Что думать и как – вопрос не из легких. Бандитов взяли в три кольца, предоставив возможность гражданским лицам выйти из зоны обстрела. В одном из домов оставался парализованный старик, родственники которого категорически отказались вынести его в машину «скорой помощи». Что ими двигало – трудно сказать. Прикрывались стариком как щитом, чтобы военные и омоновцы не штурмовали строения, или таким образом продлевали жизнь засевшим боевикам – покажет следствие.

Юрий Гонтарь особо подчеркнул, что нельзя возлагать вину за случившееся на местное население, а тем более – на ногайский народ. Нужно четко отделять тех, кто хочет жить нормальной жизнью, работать, растить детей, от тех, кто взялся за оружие.