Евгения Журавель

Евгения Журавель

В другой профессии Евгения Журавель себя не представляет. С детства помнит домашние разговоры о медицине, на полках множество книг из разных отраслей науки о здоровье. А как иначе, если и папа, и мама медики.

Этот год у заведующей отделением опухолей головы и шеи Ставропольского краевого онкологического диспансера кандидата медицинских наук Евгении Вадимовны Журавель юбилейный. Пятьдесят лет для врача – хороший возраст. Есть силы и желание работать, помноженные на богатый опыт. В профессии она уже 23 года. А это значит, что на ее счету сотни успешных операций, армия благодарных пациентов, которые обрели второе дыхание в жизни.

Мама работала лор-врачом в краевой больнице, в 1991 году перешла в онкодиспансер на заведование отделением. Папа Вадим Григорьевич Журавель – профессор Ставропольского государственного медицинского университета. Глядя на их увлеченность и любовь к профессии, Евгения еще в школе загорелась мечтой: хочу быть врачом! После выпускного девушка без колебаний отправилась подавать документы для поступления в ставропольский вуз.

Главным ее наставником в профессии стала мама. В 1999 году Евгения пришла работать в отделение опухолей головы и шеи краевого онкодиспансера, которым на тот момент заведовала Валентина Викторовна Журавель.

– Нет, это не проще, когда твоим обучением занимается близкий человек, – поясняет Евгения Вадимовна, – как может показаться на первый взгляд. Спрашивала жестко, ко мне у нее были повышенные требования. Я по молодости, может, и обижалась… Но сегодня понимаю, какая это была хорошая школа. Она меня научила всему: как скальпель в руке держать, как диагноз поставить, как с пациентами разговаривать.

Существует такая практика в диспансере: молодые врачи раз в год из хирургических отделений переходят на 2-3 месяца работать в поликлиническое отделение.

– И это очень хорошо. Это помогает изучить весь спектр заболеваний по выбранной специализации, – говорит доктор. – Через тебя проходит такое количество пациентов с разными проблемами, что поневоле багаж медицинских знаний растет, приходит бесценный опыт и чутье, без которого трудно быть полноценным специалистом.

Лично я всегда считала, что хирург – профессия в большей степени мужская, ну за редким исключением. В отделении, которое с 2012 года возглавляет Евгения Вадимовна, две трети врачебного персонала – женщины.

Глядя на доктора Журавель, поражаешься, какой груз ответственности выдерживают ее хрупкие плечи. Евгения Вадимовна выглядит гораздо моложе своего «юбилейного» возраста. Один из ее женских секретов – увлеченность профессией. Никогда нельзя жаловаться на усталость, а вот быть подтянутой и заражать оптимизмом сотрудников и своих пациентов – это обязательно.

– У нас особое отделение, как, впрочем, и любое другое в онкодиспансере, – делится она. – Поэтому приходится быть по совместительству и психотерапевтом. Диагноз порой повергает в шок. Важно убедить человека, что это не приговор. Путь к выздоровлению непрост, но его надо пройти, чтобы жить дальше. Все в коллективе это понимают. И врачи, и медсестры, и санитарки все предельно деликатны. По-другому просто не должно быть.

Теперь пришла пора быть наставником и самой Евгении Журавель.

– Конечно, кто как не практикующий врач способен помочь молодому специалисту теоретические знания перевести в практическую плоскость, – отмечает она. – К нам приходят молодые врачи, специализирующиеся на кафедре онкологии. Кстати, далеко не у каждого вуза есть такая база, которая помогает соединять науку и практику. Как я с ними работаю? Как-то само собой получается, все в процессе... Вместе пациента осматриваем, ставим диагноз, объясняю, как получить от пациента необходимую информацию, не перебивая при этом говорящего. Потом беру подопечного в операционную в качестве ассистента. Спрашиваю, а как бы вы сделали на моем месте? Если «плавает» в вопросе, прошу дополнительно почитать определенную литературу. Позже обязательно проверю, как усвоил материал. Вот так шаг за шагом…

Во время нашей беседы к заведующей то и дело заглядывают коллеги с разными вопросами. Кому-то Евгения Вадимовна отвечает по телефону: «Опухоль какого размера пальпируется? Да-да, направляй».

– Евгения Вадимовна, много лет назад выбор вы сделали в пользу работы с онкологическими больными. Но это же эмоционально тяжело. Ведь приходится сталкиваться и с безнадежными случаями? - спрашиваю я.

– Я пришла в эту профессию обдуманно, – подчеркивает доктор. – Да, бывают случаи, когда мы бессильны помочь. И это всегда горько. Особенно если учесть, что болезнь «молодеет». К нам попадают и 40-летние, и совсем молодые люди. Когда только пришла сюда работать, после приема в поликлинике сколько раз плакала. Жалко было тех, кому уже не можешь помочь. Говорят, что врачи со временем становятся черствыми. У меня это до сих пор не получается. За что люблю свою профессию? За возможность помочь. Мне нравится общаться с пациентами. Я испытываю чувство удовлетворения, когда вижу, что человек не пожалел, что обратился к нам, что у него все хорошо.

Технологии не стоят на месте. Приходится постоянно учиться. Еще не так давно удаление гортани в связи с онкологическим заболеванием было приговором: жить будет, а разговаривать не сможет. Сегодня доктор перед началом операции сразу же обсуждает меры реабилитации, к которым относится и вживление голосового протеза. Это значит, что человек сможет после операции разговаривать, соответственно, и жить полноценно, не останется на обочине социума.

– Меня очень интересовало, что еще можно сделать для прооперированного человека, чтобы тот не чувствовал себя неполноценным, – говорит Евгения Вадимовна. – Просто раньше я много раз видела, как потухает взгляд больного, когда тот узнает, что жить ему придется вполсилы. Ездила на учебу, на мастер-классы в центральные клиники, где увидела, какие возможны виды пластики при поражении различных органов злокачественными опухолями. Например, чтобы не страдали глотательные функции при опухоли полости рта или языка, пересаживается лоскут ткани с другой части тела – с шеи, груди. Сейчас, когда диспансер приобрел операционный микроскоп, хирургический лазер, появилась возможность пересадить ткани и с бедра, и с руки. Теперь подобные способы реабилитации в отделении поставлены на поток. И люди стали легче соглашаться на операции. Это помогает и выздоравливать быстрее. Когда впереди виден свет, легче бороться с болезнью и сохранять силу духа.

Занимаются в отделении и предраковыми состояниями. В частности, это касается щитовидной железы. Эндокринологи, как говорят медики, все онкологически насторожены. При малейшем подозрении направляют пациента на консультацию к онкологу. И это работает. Появляется шанс победить болезнь на ранней стадии. Да и операции стали более щадящими. На щитовидке сегодня делают так называемые видеоассистированные операции, что позволяет уменьшить разрез с 6-7 сантиметров, как было раньше, до 2-3 сантиметров, а это практически незаметный косметический шов.

– Работа хирурга непростая и напряженная. Но ведь жизнь состоит не только из трудовых будней. Что любите делать на досуге?

– Люблю фотографировать природу. А еще путешествовать. Недавно с семьей побывали в Карелии. Замечательная природа. Хотелось бы еще побывать там. Но только не в июле. От комаров спасу нет в это время. Там даже брелоки продают в виде комариков с надписью: «Мы вас любим и ждем»... Очень нравится Калининград, Санкт-Петербург. После напряженного дня люблю читать стихи. Среди любимых авторов Анна Ахматова, Марина Цветаева. А недавно открыла для себя Иосифа Бродского. В студенчестве как-то не очень его понимала. Сегодня другое.

– Медицинская династия будет продолжена?

– Дочь Маргарита заканчивает шестой курс нашего медуниверситета. Это ее выбор. Даже не отговаривала: ее решение было твердым. Что ж, меня в свое время тоже ничто не заставило свернуть с выбранного пути.

Людмила КОВАЛЕВСКАЯ

Хирург – профессия женская / Газета «Ставропольская правда» / 8 апреля 2022 г.