В судьбе человека, прожившего долгую жизнь, находят отражение многие события, произошедшие на протяжении этого времени. Ведь история и складывается из отдельных судеб, как дома из кирпичиков, слова – из букв.

Муслимет Одековна Одекова родилась в селе Турксад Левокумского района в 1920 году. У нее были сестра и два брата. Семья кочевника Одека по тем временам считалась зажиточной. Коровы, верблюды, несколько десятков овец. Люди жили в войлочных юртах, посреди которых зимой разводили огонь, грелись сами и готовили еду. Но отец рано умер, его Муслимет почти не помнит, помнит холод, тяжелое детство, кочевую жизнь, изнуряющее выживание. В 1936 году она вышла замуж за Дурды Беркелиева. Туркмены в то время все еще кочевали. Они остановились на территории нынешнего Уллуби-Юрта. Среди нескольких семей, обосновавшихся здесь, были Беркелиевы и Одековы. Образовался колхоз «Ворошилов». Жили и работали в колхозе. Муслимет помнит те голодные годы, жизнь была очень тяжелой. У нее дважды рождались дети, но они не выжили, как это бывало часто в те времена. В 1939 году мужа забрали в армию, он отправился на службу в Архангельскую область. Она заболела тифом, лежала в больнице в Каясуле. Позже ей рассказывали, что ее навещала мать Гунешхан. Дочь об этом не знала, она была в очень тяжелом состоянии. Всю дорогу мать шла пешком и часто останавливалась, падала на колени и молилась за дочь, воздев руки к небу: «Если угодно забрать жизнь, Аллах, забери мою, но сохрани жизнь дочери». Вечером она, обессиленная, вернулась домой, слегла и больше не встала. О смерти матери Муслимет узнала, только когда вернулась из больницы. Муж Дурды, служа в армии, участвовал в советско-финской войне. В 1940 году вернулся домой.

Только-только стала налаживаться жизнь, как пришло лето 1941-го. Дурды ушел воевать с немцами. Брата Арзвана тоже призвали. Несколько человек отправили из Ачикулакского военкомата, но под Моздоком их машина попала под обстрел. Позже рассказывали, что, когда немного поутихло, проезжала еще машина. Арзван сел в кузов, а тут опять начали бомбить, и один снаряд попал в эту машину. Так он и не добрался до Моздока и по сию пору считается без вести пропавшим. Муслимет осталась с маленьким сыном, свекровью и золовками. Надо было заботиться и о своих брате и сестре. К заботам выживания добавились тяжелая работа в колхозе, изнуряющий быт. Надо было жить дальше, растить детей, выращивать хлеб, помогать фронту. Отчаиваться и сдаваться они не имели права. Все тяготы легли на стариков, женщин и детей. Землю пахали на собственных коровах, иногда впрягались сами. Работали днем и ночью, не зная передышки. Маленькие, лет семи-восьми, дети шли впереди, освещая дорогу керосиновыми лампами. Руки-ноги ныли от боли. Женщина вспоминала, как государство обязало каждое подворье сдать по 36 кг мяса и 4 литра топленого сливочного масла. С некоторых подворий забрали коров, лошадей для фронта. Сами же жили впроголодь. За свой труд люди получали от колхоза по чашке черного чая и куску хлеба. Иногда люди ходили за несколько километров за кураем. Они его молотили и перемалывали вручную в муку. Получалось что-то вроде проса черного цвета. Из этой муки пекли черные лепешки. Они были горькие.

В 1942 году соседний Ачикулак оккупировали немцы. В Уллуби-Юрте их не было, но они периодически совершали рейды, проверяли, нет ли партизан и красноармейцев. Ходили по аулу, нагло отбирали продукты. Из соседних оккупированных сел Озек-Суат, Абдул-Газы приезжали знакомые и незнакомые люди целыми семьями на бричках. Несмотря на трудности, люди делили с ними кров и последний кусок хлеба. Дети войны Чершей Хаджимухаметов, Мечит Дангатаров, Байрай Эреджепов вспоминают, что они ничего не понимали, бегали за немцами, что-то говорили, те их не понимали, дети смеялись. Немцы давали им поносить свои каски. Взрослые боялись одергивать детей. Молодых девушек прятали за кучами сложенных подушек, одеял, заворачивали в войлочную кошму. Сахиджемал Шабанова вспоминала, как немцы опрокинули целый чан кислого молока, из которого она собиралась взбить масло. Молоко и хлеб – святые продукты. Не дай бог капелька молока или крошка хлеба даже в настоящее время окажется под ногами, а тут столько молока под ногами варваров. Конечно, это ничто по сравнению с другими зверствами этих нелюдей, но в тот момент сердце женщины сжалось от боли и обиды. Немцы минировали поля, колодцы, устраивали ловушки. Как-то раз женщины и старик пошли за кураем. Они увидели лежащий на земле портрет Сталина. Старик хотел поднять его, и тут взрыв, ему оторвало голову и руку. Муслимет Одековна была свидетельницей того, как немцы расстреливали евреев возле Ачикулака. Она видела, как один мужчина бросился бежать, немцы настигли его, привязали к танку, протащили по земле и бросили полуживого в яму. Земля несколько дней потом шевелилась.

Куда только не отправлялась Муслимет волей случая, чтобы выжить, чтобы прокормить сына, больную свекровь и своих родных. И таких женщин были десятки и сотни. Пешком ходили они до Моздока, относили кто что мог для фронта. Их труд был незаметен, их никто не поощрял, о них не сообщали в сводках. Этим женщинам не нужна была политика, они даже не понимали в полной мере смысла того, что происходит, а только недоумевали: чего это немцам понадобилось в их доме, на их земле. Но они знали: надо выстоять, жить и ждать. И делали свою женскую работу, берегли свой очаг.

Муж Муслимет Дурды воевал до конца войны. Дошел до Берлина. Вернулся в 1946 году. Жизнь надо было начинать заново. Мужчин было мало. Дурды Беркелиевич был председателем колхоза, профкома, секретарем парторганизации. Будучи председателем, в голодные годы он раздал людям по миске зерна. За это был осужден и отсидел в тюрьме два года «за разбазаривание социалистической собственности», позже был реабилитирован.

Жизнь семьи в послевоенные годы шла в унисон с судьбой страны. Дурды Беркелиевич какое-то время жил и работал в селе Иргаклы, где был председателем профкома совхоза. Муслимет Одековна всю жизнь занималась детьми.

Одно из ярких событий, что сохранились в памяти Муслимет Одековны. В те годы, когда здесь выращивали хлопок, она работала в поле и стала победителем соцсоревнования. Ее позвали на слет передовиков в Пятигорск. Они, несколько человек, отправились на вертолете. Этот случай оставил в памяти Муслимет Одековны только добрые воспоминания.

Уже будучи в пожилом, даже преклонном возрасте, она вспоминала, как в 50 – 60-е годы прошлого века они человек по пять-шесть ездили в гости на бричке, запряженной лошадьми, в Туркменский район (а это около

300 км). Днем ехали, вечером останавливались на ночлег где-нибудь в степи, разводили костер, готовили еду. Через неделю они добирались до родственников. Гостить могли несколько дней. Потом предстоял обратный путь.

Беркелиевы родили и воспитали десятерых детей. Их с малых лет приучали к труду. Муслимет Одековна вспоминала, сколько хлеба она пекла каждый день, в каких огромных кастрюлях готовила еду для всей семьи и не только. Она всегда была гостеприимной. Дети росли, прибавлялось забот. Женился старший сын Садык. Семью радовали две его дочери, сам он работал бухгалтером в совхозе. Но стали неожиданными для всех горькие потери. Семья пережила смерть старших детей – сына Садыка (1941 – 1971) и дочери Мерджен (1947 – 1981).

Но жизнь продолжалась, подрастали другие дети. В те годы в Уллуби-Юрте была только начальная школа, и детям приходилось ходить на учебу в Уч-Тюбинскую восьмилетку, позже – учиться в Каясулинской школе и жить там в интернате. Старший сын Даут долгое время работал чабаном в совхозе, потом в тракторной бригаде сторожем. Сын Абдул-Кадыр учился в Грозненском нефтяном училище, Саид – в Георгиевске, стал автомехаником, Абдул-Кахир – в Ставропольском политехническом институте, работает в газовой службе. Сын Абдуразак стал строителем.

Особая гордость семьи – это дочери. Разият окончила медицинский институт, вернулась на родину и стала работать врачом-терапевтом. Менара окончила Пятигорский институт иностранных языков и стала учителем, а третья дочь, Динахан, окончила экономический факультет Ставропольского политехнического института.

Давным-давно все они обзавелись своими семьями, вырастили детей, женили сыновей, выдали замуж дочерей, и многие из них уже бабушки и дедушки.

*****

Дурды Беркелиевич и Муслимет Одековна прожили долгую жизнь, полную трудностей, потерь и побед. Они не сломились, удары судьбы их закалили. Их главная победа – дети, внуки и правнуки. К тому времени, когда они еще были живы, у них было 30 внуков и 30 правнуков. Пусть их век будет мирным. Любовь, внимание тем, кто рядом, а тем, кого уже нет, наша память.

Любовь и память / Газета «Ставропольская правда» / 18 мая 2018 г.