Александр Резванов

Александр Резванов

С этим определением может ознакомиться не только любой студент, обучающийся по специальности «юриспруденция», но и каждый гражданин, интересующийся работой правоохранительных органов. Но что же скрывается за официальной формулировкой? Правда такова – эта профессия для тех, кто не вздрагивает при виде трупа и умеет вести жесткий разговор с «уголовными элементами». Кто морально готов постоянно сталкиваться с человеческим горем, насилием, страданием, отсутствием личного времени, напряженной ситуацией в семье. Не многие выдерживают этот марафон, часто сходят с дистанции. В профессии остаются лучшие.

О специфике работы следователя в преддверии трехлетия ведомства корреспонденту «СП» рассказал заместитель руководителя следственного отдела по Промышленному району СУ СКП РФ по краю Александр РЕЗВАНОВ.

– Следователь – своеобразный универсальный солдат. Юрист, способный разобраться в любых правовых вопросах. Юрисконсульт может позволить себе специализироваться в чем-то одном, например, договорном, акционерном или банковском праве. Следователь же обязан знать все. Ведь преступления совершаются в самых разных сферах: экономической, финансовой, в области авторского права и т. д. И чтобы довести уголовное дело до победного конца, нужно досконально выяснить, как была проведена, допустим, финансовая махинация. Сразу хочу сказать, что следственная работа не имеет ни малейшего отношения к той «беллетристике», которую часто показывают в телесериалах. Следователи не бегают с пистолетами. Их деятельность – это кропотливый допрос, работа с документами, вещественными доказательствами, координация всех следственных действий. Следователь – это своеобразный мозговой центр, в который стекается вся информация о преступлении. И он должен ее проанализировать, вычислить преступника и юридически грамотно оформить все документы дела, которое ведет.

– Неужели ваша профессия – исключительно кабинетная, без «вливаний адреналина»? Не скучно?

– Непосредственно в задержании преступников следователи участвуют редко, впрочем, определенная опасность для жизни есть всегда. Преступники зачастую пытаются всеми возможными способами повлиять на следствие – в ход, как правило, идут попытки подкупа и следователя, и свидетелей, и потерпевших. А когда «коммерческие» предложения отклоняются, тут жди угроз и запугивания. Нужно уметь не поддаваться на провокации. А насчет скуки... Скучать нам некогда. Рабочий день следователя не нормирован. Приходится и ночевать на работе, и по выходным вкалывать. Ведь криминалитет не признает ни суббот с воскресеньями, ни красных дней календаря. Единственный выход – научиться грамотно планировать свое рабочее время. Можно целый день провести в изоляторе, допрашивая задержанного, или на свежем воздухе, осматривая место происшествия, или в поездках по экспертным учреждениям. А иногда все это приходится делать в течение одного дня. А поскольку следователь, как правило, ведет сразу несколько дел, работать приходится в режиме «пожарной команды».

– Как удается не «слететь с катушек» при столь напряженном ритме?

– Благодаря силе воли, внутреннему стержню, поддержке семьи и друзей. Если в семье специфику твоей работы не понимают, ты обречен на постоянные скандалы. Это основная причина, по которой уходят наши коллеги. Мне повезло: моя супруга из прокурорских работников, не понаслышке знает, что такое быть следователем. Поэтому относится с пониманием, если меня сутками нет дома. Хотя, конечно, очень переживает.

– Какое преступление из вашей практики произвело на вас самое большое впечатление?

– Как ни странно, не кровожадное убийство, а серия мошенничеств, совершенных сотрудником милиции. Он, поскольку знал весь контингент на подведомственной ему территории, положил глаз на квартиры так называемых асоциальных личностей. Внимательно следил за их жизнью и, получая информацию, что «клиент» умер, прибирал к рукам их жилплощадь: собственноручно составлял задним числом фиктивные договоры купли-продажи недвижимости и расписку от имени покойников, что деньги они получили. Раскрыть преступление удалось благодаря бдительным соседям одной из умерших «продавщиц» квартиры. Люди подняли тревогу – мол, так и так, была у покойной наследница, а тут кто-то посторонний въехал.

В числе прочих «милицейских» дел запомнилось еще одно – в отношении сотрудника ГАИ, «стянувшего» из сейфа в отделе пачку временных разрешений на управление транспортными средствами и продававшего их тем, кто по каким-то причинам лишился водительских удостоверений. Причем покупатели были уверены, что приобретают «временки» на совершенно легальных основаниях – он умел убеждать, что закон позволяет куплю-продажу этих документов.

– Думаю, что работать по раскрытию милицейских преступлений нелегко, ведь при этом затрагивается не просто судьба конкретного сотрудника, но и честь мундира.

– Часто нам приходится в ходе расследования сталкиваться с активным противодействием сотрудников милиции. Они пытаются влиять на свидетелей, запугивают потерпевших, родственников, уничтожают документы. Иногда приходится действовать очень жестко. В частности, когда понимаешь, что подозреваемый готов на все, лишь бы избежать ответственности. Тогда мы сразу выходим с ходатайством в суд либо об отстранении от должности, либо об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу. Кстати, практически все такие ходатайства удовлетворяются.

– Что бы вы посоветовали молодым людям, которые хотят работать следователями?

– Набраться терпения. Воспитать в себе определенную жесткость и внутреннюю собранность и быть готовым к любым поворотам событий.

Юлия ФИЛЬ

Универсальный солдат / Газета «Ставропольская правда» / 21 августа 2010 г.