Сцена из спектакля «Моя дорогая Памела».

Сцена из спектакля «Моя дорогая Памела».

© Фото Андрея Логинова.

Сцена из спектакля «Моя дорогая Памела».

Сцена из спектакля «Моя дорогая Памела».

© Фото Андрея Логинова.

Историей про такую вот симпатичную старушку и ее неожиданные приключения порадовал режиссер Ставропольского академического театра драмы им. М. Ю. Лермонтова, заслуженный деятель искусств РФ Валентин Бирюков, поставивший комедию Дж. Патрика «Моя дорогая Памела». В репертуаре ее название напечатано по-английски – «My darling Pamela», а второе авторское название по-русски – «Ах, как бы нам пришить старушку?!», но уже в скобках. Жанр спектакля обозначен как фарс, к этому коротенькому термину я бы уверенно добавила – фарс со смыслом и с чувствами. Собственно, в переводе с французского «фарс» буквально означает «начинка» («фарш»), словом, некая смесь, если продолжать пользоваться кулинарной терминологией – что-то вроде винегрета. Весьма неплохое блюдо, согласитесь!

В первой премьере сезона театра драмы все соответствующие жанру «ингредиенты» налицо. Во-первых, добротный исходный драматургический материал, неоднократно проверенный успехом в сотнях театров мира. Во-вторых, это один из любимейших жанров постановщика – немаловажный факт! В-третьих, собран отлично сработавшийся ансамбль актеров, каждый из которых и сам по себе талант, и абсолютно точно «подобран» на роль. И, наконец, все участники, видимые и невидимые (оформители, костюмеры, балетмейстер), поработали со вкусом и азартом, вполне подходящими случаю. В итоге – удача, свидетельством чему и аншлаги, и то внимание, с каким зал следит за происходящим на сцене, и то, как искренне и адекватно (то смехом, то особенной тишиной, то аплодисментами) реагирует публика на предложенное зрелище.

Теперь попробуем подробнее остановиться на вышеназванных «ингредиентах». Об авторе пьесы не будем, ибо что уж добавить к устоявшемуся всемирному признанию? Разве что небольшую «справку» для читателя, что пьеса выдержана точно в обозначенном жанре, уходящем своими корнями в давнюю историю театра: примерно в пятнадцатом веке на европейских сценах начала формироваться такая форма, объединившая, казалось бы, несоединимое – патетику и торжественность с юмором и даже шутовством. Кстати, и весьма родственные фарсу наши русские потешные, скоморошьи забавы не только веселили, а по-своему и просвещали народ. И вовсе не случайно фарс быстро стал истинно народным, подлинно демократическим зрелищем, эту популярность он сохраняет и доныне. Ставропольские театралы знают особое тяготение режиссера Бирюкова именно к этому жанру. Так стараниями и творческим вдохновением Валентина Валентиновича на ставропольской сцене живет в лучшем смысле слова «народный» театр: веселый, лукавый, где-то хулиганистый, где-то мило-сентиментальный и... умный. Не сомневаюсь: и нынешняя премьера займет свое достойное место.

Исполнительский состав спектакля собрал очень сильных актеров труппы, среди которых, естественно, особо следует выделить народную артистку России Наталью Зубкову в главной роли. В богатом послужном списке актрисы, которую зритель помнит и властной королевой, и светской львицей, и романтической героиней, и коварной обольстительницей, и жестко-расчетливой деловой женщиной, Памела сразу «расположилась» на особицу... Да, публика, можно сказать, уже привыкла видеть Н. Зубкову каждый раз в совершенно новом образе. Но смею заявить, даже в столь широком диапазоне Памеле прямо-таки суждено стать персональной жемчужиной актрисы. Ведь на ней, по сути, держится спектакль. Не в обиду будь сказано партнерам по сцене, просто уже сама героиня сосредотачивает на себе главное внимание зала. Наталья Зубкова очень точно и чутко уловила характер персонажа. Действительно, внешне ее Памела Кронки – ну вылитый божий одуванчик, как говорится, в чем душа держится. Упавшая с некогда светских высот в самую безнадежную нищету, Памела сохранила непостижимо искреннюю чистоту помыслов и детски наивный взгляд на мир. Что воспринимается окружающими едва ли не «сдвигом», которым не грех и попользоваться в своих, отнюдь не самых благородных целях. Чудачка-бомжиха Памела, обитающая в полуразвалившемся, давно утратившем былое великолепие родовом гнезде, в своей заброшенности, никому ненужности вызывает щемящее чувство сопереживания. Смеясь над ее восторгом по поводу собранных на помойке «свежих» чайных пакетиков, над ее простодушной готовностью подружиться с нежданными товарищами, за этой забавной (потешной!) оболочкой зритель угадывает Человека, Характер, Душу. И влюбляется в божий одуванчик вместе с «товарищами», столь комично, в духе классической комедии положений, обретенных героиней.

Спектакль, как я уже сказала, изобилует отличными актерскими работами. При том, что действующих лиц не много, но каждый по-своему интересен. Прекрасно справляется с образом Человека театра Илья Калинин. А ведь роль-то, вроде бы, ничего такого... Кто-то там то ли «от автора», то ли, как в кино, «голос за кадром», своего рода театральный конферанс... Но актерские и режиссерские находки расцвечивают обезличенный персонаж множеством таких выразительных и удачных оттенков, что он становится вровень с полноправными героями, гармонично вписываясь в тот или иной эпизод, а то и связывая их прочной ниточкой саркастически-изящных умозаключений, реплик, порой и просто безмолвных проходов... Поистине: что хорошо – то хорошо. Столь же блестяще справился с поставленной задачей Владимир Петренко в роли... кота Тэрнера. Именно кота! Вы не можете себе представить человека котом? Тогда вам непременно стоит увидеть, как это делает артист: уже после первого его появления на сцене публика буквально покатыватся от восторженного смеха. Описывать это – бесполезное занятие. Нельзя же на бумаге передать его неподражаемую интонацию, равно как и пластику, и еще черт знает что такое, чем пользуется артист и чему просто не существует названия.

Совершенно неожиданен в рисунке роли врача Юрий Иванкин. Неожиданно смешон, неожиданно человечен, чрезвычайно органичен и пластичен. Его эпизод в спектакле – фактически самостоятельный моноспектакль... Но теснейшим образом связанный все же с основной линией «Памелы...», иначе он бы и не был тут нужен вовсе. Ну сказал бы кто-нибудь «на словах», что Памеле оформили страховку, а еще она умеет снять боль... Так нет, нам все это эксцентрично-весело разыграли в лицах, добавив зрительского наслаждения хорошей игрой. Боюсь впасть в повторы и увлечься панегириками, но что поделать, если вон какого прекрасного авантюриста и человека представил нам заслуженный артист России Михаил Мальченко. Как умеет он одной только знаменитой своей ухмылкой философа и нарочито-бессмысленным взглядом «вдаль» взять зал в свой актерский плен! А спустя время вдруг стать трогательно-милым влюбленным (это главарь-то и неисправимый проходимец?!), таскающим для своей бомжихи-возлюбленной еще горячие кофейники с чужих подоконников... А тут еще подоспел другой не менее колоритный персонаж – полицейский Джо (!), вкусно преподносимый Владимиром Зоря. Про такого скажут: ну и что, что туповат-простоват, зато человек добрый, хотя и себе на уме. Как он сам полагает: наверное, потому что он родом с Сицилии... Чуть меньше творческого простора у Игоря Барташа и Евгении Капраловой, исполняющих роли Брэда и Глории, но, возможно, работа над образами еще продолжается, да и не так это просто – показать процесс постепенного преображения авантюриста в личность... И чтобы было смешно, и чтобы была интрига, и чтобы, чтобы, чтобы...

Чем ближе к финалу, тем больше начинаешь себя ловить на том, что не только веселишься, но – жалеешь этих «безнадежных» обитателей дна во главе с божьим одуванчиком по имени Памела. Когда пьеса только писалась драматургом, мир был несколько иным, и наши критики говорили, что автор рисует загнивающий капиталистический Запад. Сегодня нам тоже стали до боли знакомы многие его черточки. Но! Никакой политики, господа... Нет, согласитесь, все-таки фарс, то есть винегрет, то есть смесь... В общем, отличнейшее блюдо, простите, зрелище получилось. Народ, сидящий в зале театра, просто заходится от хохота. И народ все-все понимает! Даже когда мыши, то бишь студенты актерского отделения танцуя, просто «шуршат» в заброшенном «дворце» Памелы Кронки, народ понимает: всюду – жизнь.

Наталья БЫКОВА

My darling божий одуванчик... / Газета «Ставропольская правда» / 28 ноября 2008 г.