Как обмелел «Терек»

На первый взгляд факт возбуждения уголовного дела вызывает недоумение: с какой стати правоохранители стали копаться в делах давно минувших дней, выясняя, был ли шесть лет назад град в Буденновском районе. Но по большому счету сомнение в сокрушительности градобоя – лишь часть запутанной и давней истории конфликта: было ли неизбежным или фиктивным банкротство ЗАО «Терек». Вкратце о развитии событий: в советские времена винсовхоз «Терек», расположенный в одноименном поселке, был одним из самых сильных сельхозпредприятий края. Однако в 1996 году на смену бывшему директору В. Самарскому, к этому времени преобразовавшему совхоз, который стал собственностью всех четырех сотен трудившихся в нем людей в ЗАО, пришел его бывший заместитель В. Сосиков.

И в феврале 2000 года, не проводя собрания акционеров, не поставив в известность ни совет директоров, ни наблюдательный совет ЗАО, В. Сосиков обращается в арбитражный суд с просьбой ввести на предприятии первую фазу процедуры банкротства – временное наблюдение. Почему? Судя по заявлению директора, у предприятия скопилось долгов на восемь миллионов 340 тысяч рублей, погасить которые ЗАО не в состоянии из-за низкой ликвидности активов и основных средств предприятия. И это при том, что по годовому балансу на момент обращения руководителя ЗАО в суд предприятие имело основных фондов на сумму более 40 миллионов рублей, а долг кредиторам составлял в два раза меньше заявленного в арбитраж – 4,924 млн., т. е. в десять раз меньше имеющихся в «Тереке» оборотных средств.

Забегая вперед отмечу, что позже Сосиков выдвигал немного иную версию. Дескать, в 1999 году он познакомился с директором ЗАО «Октябрьское», расположенного в соседнем селе Архангельском, Игорем Джусоевым, который предложил ему создать на базе «Терека» совместное предприятие: «Терек» будет поставлять виноматериалы, а «Октябрьское» разливать вино в бутылки. Идея замечательная, но были и препятствия: на тот момент в ЗАО «Октябрьское» была введена процедура банкротства, а внешним управляющим был Юрий Тищенко. Да и сам «Терек» был должен энную сумму пензенскому спиртзаводу, и в обеспечение иска пензенцев на виноматериалы «Терека» был наложен арест. Так что счастливое сотрудничество отодвигалось на неопределенный срок. И тут какая-то умная голова дала Сосикову совет – дескать, если хочешь, чтобы с виноматериалов сняли арест, в ЗАО необходимо ввести процедуру банкротства. Сосиков поспешил воспользоваться подсказкой.

В общем, суд ходатайство директора о введении на ЗАО первой фазы процедуры банкротства удовлетворил, и по рекомендации комитета по оздоровлению временным управляющим хозяйства был назначен уже знакомый нам Юрий Тищенко. А спустя месяц уже он, как временный управляющий, предоставляет суду протокол собрания кредиторов и собственный отчет, из которых следовало, что предприятие не способно удовлетворить требования заимодавцев, и посему следует ввести на «Тереке» внешнее управление.

Надо сказать, что в своем директорском кресле В. Сосиков не удержался – его сменил Юрий Тищенко, заместителем которого стал бывший главный агроном Сергей Касилов. А затем несчастья посыпались как из мешка – на хозяйство с завидной регулярностью обрушивались градобои. В 2000 году, гласят документы, стихия уничтожила практически весь урожай, не пощадила она предприятие и в 2001-м. Посему в сентябре 2002 года ЗАО «Терек» было объявлено банкротом и продано новому хозяину – ООО «Вина Прикумья 2000», образованному на базе ЗАО «Октябрьское», а возглавил «новорожденного» все тот же И. Джусоев. Более трехсот бывших акционеров «Терека» в один миг лишились не только доли в предприятии, но и заработка.

Ныне в хозяйстве трудятся лишь несколько десятков коренных жителей района, а основная рабочая сила нанимается из Дагестана. Почему? Видимо, такова воля нынешних хозяев. Тем временем бывшие акционеры ЗАО «Терек» все эти годы добиваются правовой оценки развала своего хозяйства.

Люблю грозу в начале мая

Выяснять, был ли градобой, «назначенный» главным виновником бед бывших акционеров ЗАО, пришлось, как говорится, на местности. Потому что кроме как в отчете руководства «Терека» упоминания о стихии, от которой пострадало хозяйство, нигде нет. Даже в районных газетах, подробно описывавших природное бедствие 2001 года и поименно перечислявших пострадавшие хозяйства.

Оппоненты Тищенко и Касилова уверены, что градобой, обрушившийся на район, был лишь удобным поводом для списания урожая и выбивания материальной помощи из казны. И что якобы фотографии, зафиксировавшие ущерб, – не что иное, как липа. Дескать, снимали люди по указанию руководства старые теплицы и прочие объекты, которые и так уже были разрушены. Сами же Тищенко и Касилов стойко стоят на том, что градобой был. Даже для беседы с журналистом пригласили свидетелей бедствия.

И вот что интересно: те, кому удалось удержаться в числе работников нынешнего ООО «Вина Прикумья», говорят, что был. А те же, кто остался без работы и ничем с руководством хозяйства не связан, утверждают, что не был. Впрочем, в Плаксейке, которая граничит с полями «Терека», жители град помнят. Но так ли велик был нанесенный им ущерб, как утверждают акты, составленные руководством предприятия и заверенные высоким районным начальством, сейчас и выясняет ГСУ при ГУВД по СК.

Что написано пером

Комиссионные акты об этих стихийных бедствиях 2000-го и 2001 года любопытны, загадочны и порой вызывают откровенное недоумение. Например, акт о стихийном бедствии 2000 года гласит: «28 июля в ЗАО «Терек» выпал интенсивный град, сопровождавшийся шквальным ветром, повреждены гроздья, листья, лоза винограда. В дальнейшем в результате сильной засухи... относительная влажность воздуха в течение 22 дней была ниже 30%, 28 дней наблюдались суховеи, в связи с чем произошла гибель винограда на площади 103 га». Ничего необычного, если бы не маленький нюанс: документ составлен 29 июля, подписан и утвержден главой района... 31 июля, т. е. получается, что последовавшую за градобоем длительную засуху со всеми мельчайшими подробностями авторы документа предвидели заранее? Да уж, такой экстрасенсорной прозорливости и Кашпировский позавидует. Не менее ярок текст акта о градобое -2001: «14 мая, в период колошения озимой пшеницы и ярового ячменя, роста побегов и гроздей винограда, выпал интенсивный крупный град. В связи с чем произошла гибель урожая озимой пшеницы на 381 га, ячменя на 10 га и винограда на 202 га. На виноградных кустах были повреждены гроздья, листья, лоза». Ничего не скажу по поводу колошения пшеницы, а вот в том, что в середине мая виноградники могут похвастаться гроздьями, сильно сомневаюсь. Чай не в Африке живем, на Ставрополье в эту пору янтарная ягода только цвести начинает. И то в лучшем случае. Причем виноград – растение любопытное, у него на случай гибели основной плодоносящей есть так называемая спящая или замещающая почка. Убьет непогода основную почку, начинает развиваться и плодоносить спящая. Но как бы то ни было, часть урожая в обоих случаях была списана, общий ущерб оценен в 13 миллионов рублей, компенсация из федеральной казны получена. Причем, как уже установило следствие, никто из членов комиссии, подписавших акт о градобое, на место события не выезжал...

От мертвого осла уши

На определенные сомнения в масштабах постигших «Терек» катастроф наводит, например, листание газетных подшивок. Вот, например, «АиФ-Северный Кавказ» за 29 августа 2002 года, статья «Кого благодарить гурманам», в которой Игорь Джусоев и Юрий Тищенко бодро рапортуют об успехах и о скором расцвете ЗАО «Терек», ожидаемых от деятельности тандема «Вина Прикумья 2000» – «Терек». Читаем: «Ранее «Терек» практически все виноматериалы поставлял за пределы Ставрополья. Вместе с ними уходила и значительная часть акцизных сборов... И бюджет края недополучал очень существенные деньги. Теперь же акцизы с вина, разлитого на «Винах Прикумья», остаются целиком и полностью в пределах края. Ежемесячно это предприятие пополняет краевой бюджет на 500-700 тысяч рублей, не считая других видов налогов. Поэтому создание нового производства имеет большую бюджетную, а значит, и социальную значимость. Плюс ко всему новые рабочие места. И это в селе, где найти работу всегда очень тяжело». И чуть ниже, после бодрого рапорта о том, что винограда здесь не просто очень много, а скоро будет еще больше: «А в ближайший месяц начнется производство еще 3 десертных и одного вида красного сухого вина. Будут выпускать и чистосортный «Саперави».

Или вот «Ставрополка» от 18 сентября 2002 года, материал «Лоза как средство от банкротства». И здесь – ни слова о градобоях и прочих бедствиях, постигших хозяйство в прошлые годы. А, наоборот, сплошь радужные краски и победные реляции. Цитируем: «В прошлом (т. е. 2001. – Ю. Ф.) году Юрий Тищенко – внешний управляющий ЗАО «Терек», хозяйства-банкрота, перед массовым сбором винограда решил пойти на эксперимент и объявил работникам, что пять процентов от выручки, полученной от реализации свежего винограда, будут распределены в коллективе. И нововведение принесло результаты: на «Терек» пришлось 50 процентов всего винограда, реализованного тогда в крае в свежем виде. (Как же так? Ведь по актам урожай-2001 был наполовину уничтожен градом? – Ю. Ф.). Впервые за последние годы выращивание солнечной ягоды стало в хозяйстве рентабельным»; «Летом «Терек» продал 52 тонны яблок «Голден», «Спартан» и получил 470 тысяч рублей прибыли. Сейчас начался сбор винограда «Жемчуг Заала». Реализационная цена вполне сносная – 10 рублей за килограмм, поэтому ежедневно за свежим виноградом приезжают представители санаториев Кавминвод, Кабардино-Балкарии. Бывают покупатели из Калмыкии, краевого центра. 90 процентов винограда реализуется на месте... И хотя площади виноградников в хозяйстве относительно небольшие – всего 400 гектаров, урожай вырос довольно приличный»; «По традиции сбор винограда в «Тереке» завершают в первых числах октября. Очень многое сейчас зависит от погоды. И если она не подведет, в «Тереке» надеются убрать все вовремя и забыть, что недавно хозяйство было банкротом».

За сущие копейки

Вот такая идиллическая картина. Повторюсь еще раз – статья в «СП» вышла в свет 18 сентября. Меж тем, если верить документам, за пять дней до этого в ЗАО «Терек» было проведено собрание кредиторов, которым было объявлено, что хозяйство не в состоянии расплатиться по счетам, мол, провал в «Тереке» на всех фронтах, и перспектив восстановления платежеспособности предприятия нет. Главным аргументом стали последствия тех самых градобоев 2000-го и 2001 годов, которые, дескать, и подкосили «Терек» на корню, и спасти предприятие уже не могут ни Бог, ни царь и ни герой. И собрание кредиторов по предложению внешнего управляющего проголосовало за признание ЗАО «Терек» банкротом и введение конкурсного управления. И 27 сентября арбитражный суд выносит постановление о признании ЗАО «Терек» банкротом.

«Покойника» было решено продать «без проведения аукционов и торгов». Покупатель нашелся оперативно – 11 ноября 2002 года «Терек» на корню скупил партнер – ООО «Вина Прикумья 2000» во главе с генеральным директором Игорем Джусоевым. Причем, согласно договору купли-продажи, обошлось приобретение новому владельцу в сущие копейки: здание винзавода вместе со всем оборудованием оценили в 440430 рублей, а остальное движимое имущество (267 наименований) «потянуло» на 858 493 рубля. О том, что покупатель остался в явном выигрыше, а из продавцов получились никудышные купцы, говорит хотя бы то, что, например, КамАЗы проданы по 16, комбайны – по 17 тысяч рублей, трактора – по две тысячи за штуку... На металлолом сдать и то больше бы, наверное, денег выручили.

– Оценка имущества была проведена независимым оценщиком, – пояснил казус Юрий Тищенко. – Кроме того, не хотелось продавать «Терек» по частям. А хотелось передать предприятие в комплексе, чтобы сохранить его направление. Можно ли было спасти предприятие – это вопрос больной. Я как управляющий все делал, чтобы оставить на плаву «Терек», но увы...

ЭЛЬДОРАДО

Чем внимательнее вчитываешься в документацию по злосчастному «Тереку», тем более и более приходишь к выводу, что кто-то весьма могущественный был кровно заинтересован в банкротстве и последующем аккумулировании в одних, но очень «своих» руках цепочки «производство-розлив-реализация алкогольной продукции».

В качестве предположения скажу, что этим «кем-то» вполне мог быть самодержец района того времени, всесильный начальник милиции Руслан Геворкян, чья бурная и весьма прибыльная деятельность закончилась «по не зависящим от него обстоятельствам» и судебный процесс над которым до сих пор не завершен. Как уже известно, под прикрытием погон Геворкян «организовал» на территории района собственный спиртзаводик ООО «Центр-Продукт». Не имея лицензий на производство, хранение и реализацию этилового спирта, завод ударно «перегонял» зерно, которое безропотно отдавали в фонд Тиграныча, как почтительно именовали Геворкяна обложенные «барщиной» руководители практически всех местных сельхозпредприятий. Но производство производством, а разливать и сбывать спирт надо. Налаживать эту деятельность самому хлопотно и дорого. А вот если заиметь «свои» предприятия, превращающие левый спирт в водку и продающие ее потом во все города и веси, это, как говаривал капитан Жеглов, – Клондайк, Эльдорадо!

Согласитесь, в подобную версию весьма удачно вписываются столь ко времени «подоспевшее» банкротство и смена собственника «Терека». Ибо в материалах уголовного дела Геворкяна и «Вина Прикумья», и «Терек» фигурируют в качестве крупных покупателей «левого» спирта.

Вот что, например, показала свидетельница, завспиртохранилищем ООО «Центр-Продукт» Надежда Л.: «Спиртовозами спирт из ООО «Центр-Продукт» вывозили только две организации: «Вина Прикумья», расположенное в Архангельском, и ГУНЭП. Данными организациями спирт вывозился очень часто. Отпуск спирта производился следующим образом: ко мне подходили либо с запиской от директора ООО, либо по его устному поручению. Никаких документов об отпуске спирта я никому не выписывала. Спиртовозы из «Вин Прикумья» никогда никто не сопровождал, были только водители».

А вот откровения водителя ЗАО «Терек» Юрия М.: «С апреля 2002 года до начала лета 2002 года, а также осенью 2002-го и зимой 2003 года я по указанию Джусоева (интересно, по чьему согласию Джусоев распоряжался автотранспортом «Терека» еще не будучи его хозяином? – Ю. Ф.) на автомобиле КамАЗ с цистернами и полуприцепом перевозил спирт из ООО «Центр-Продукт» в спиртохранилище винзавода «Вина Прикумья». А зимой 2003 года (в это время «Терек» еще не был окончательно переоформлен в собственность нового хозяина и распоряжался там пока что Тищенко. – Ю. Ф.) я вместе с двумя водителями в течение 2-3 дней перевез около 100 тонн спирта со спиртзавода в спиртохранилище винзавода «Терек». ... В ООО «Центр-Продукт» никаких сопроводительных документов на спирт не выдавали. Если меня останавливали сотрудники ГАИ и просили предъявить документы, я отвечал, что везу спирт на «Вина Прикумья», и меня сразу же отпускали».

Как говорится, комментарии излишни. Впрочем, Юрий Тищенко категорически отрицает свое сотрудничество со спиртзаводом Геворкяна. И убеждал меня, что никаких дел с «левым» спиртом не имел, хотя предложения от Тиграныча и поступали.

На голубом глазу

С ним согласились и милицейские чины Буденновского ГРОВД. Даже когда материалы о плодотворном сотрудничестве Джусоева с Геворкяном стали достоянием правоохранительных органов и в 2004 году в районный ОБЭП поступило заявление инициативной группы акционеров экс-«Терека» с просьбой отреагировать на факт незаконного оборота алкогольной продукции, ничего лучшего чем написать, что «опросить в ходе проведенной проверки гражданина Джусоева не представилось возможным, а потому в возбуждении уголовного дела следует отказать», замначальника районного ОБЭП не придумал. Что именно помешало опросить Джусоева, который ни от кого не скрывался, был у всех на виду, история умалчивает. Впрочем, таких «умолчаний» в саге многострадального «Терека» масса. Уголовные дела о фиктивном банкротстве и разнообразных неправомерных манипуляциях с «Тереком» возбуждались несколько раз. И столько же раз закрывались. Причем признаки преступления в разное время видели краевая и районная прокуратуры, краевой ОБЭП, налоговая полиция, но, как только дело приходило по подследственности в райотдел милиции, там этих признаков в упор не замечали. Справедливости ради нужно отметить, что в отношении В. Сосикова все же было возбуждено и даже доведено до суда уголовное дело по фиктивному банкротству. Но директору вновь подфартило – теперь уже Фемида не углядела в его действиях состава преступления. Ну подумаешь, завысил человек сумму долга предприятия при подаче заявления в арбитраж в два раза, с кем не бывает. Тем более пояснить, как это получилось, он не может по причине плохой памяти.

Доверчивость и наивность буденновских стражей закона в описываемой ситуации порой просто умиляют. Все, что бы ни сказали им те, кого обвиняют в преднамеренном банкротстве хозяйства, они принимали за чистую монету. Взять, например, первое собрание кредиторов, якобы состоявшееся 6 марта 2000 года и на котором вроде бы была доказана несостоятельность предприятия. В его легитимности и правомочности до сих пор сомневаются не только бывшие акционеры ЗАО «Терек», но и ряд юристов. Дело в том, что по закону собрание кредиторов полномочно принимать решение о судьбе своего «должника», если на нем присутствуют кредиторы, сумма задолженности которым не менее 50% от общей. Так вот, судя по протоколу собрания, на нем присутствовали заимодавцы, которым «Терек» на тот момент был должен 1709 тысяч рублей из 3894 тысяч. Простая арифметика показывает, что до легитимности собрание явно недотягивало. И принятые на нем решения, по меньшей мере, незаконны. Члены наблюдательного совета ЗАО обратились в компетентные органы с требованием признать собрание незаконным. Но секретарь, протоколировавшая то злополучное собрание, заявила, что указанная цифирь – не что иное, как опечатка. И то, что документ с «опечаткой» подписан по всем правилам, – банальная невнимательность. А вообще, цитирую, «кредиторов на собрании было много, но, кто точно, не помню». Стражи порядка, взяв за основу это объяснение, выносят постановление, что оснований считать собрание «липовым» нет.

Серые кардиналы?

Все описанное выше формирует стойкое ощущение, что такая «доверчивость» неплохо поощрялась некими силами, которым очень не хотелось, чтобы на свет божий попали некие деяния. Ведь, что греха таить, даже в пресловутом деле Геворкяна чувствуются обширные «пустоты». Начальник районной милиции – фигура сама по себе не такая уж и значительная – вряд ли мог бесчинствовать и терроризировать всех хозяйственников, не имея надежной «крыши» и высокого чиновничьего благословения. А кто ныне с ним разделяет скамью подсудимых? То-то и оно. Но подозрения, как говорится, к делу не пришьешь. И все же, по-моему, именно поэтому на «эквилибристику» с «Тереком» так долго закрывали глаза те, кому по определению нужно иметь хорошее зрение.

И этот пинг-понг длился вплоть до нынешнего лета, когда градобоями заинтересовались и Главное следственное управление при ГУВД СК, и краевой УБЭП. Сейчас уголовное дело уже насчитывает семь томов, но ставить точку в этом деле рано: слишком много воды утекло, слишком много документов о хозяйственной деятельности уничтожено и потеряно.

Сами же бывшие акционеры «Терека» верят в то, что нынешнее следствие наконец-то разберется во всех хитросплетениях и истина восторжествует. А значит, люди получат возможность вновь вернуться на любимое предприятие, обрести работу и, следовательно, гарантированный кусок хлеба.

* * *

Ссылки по теме Оборотни в погонах из Буденновска (дело Геворкяна):

Оборотни в погонах из Буденновска: осужден еще один фигурант Бобряшов

Cуд присяжных вынес вердикт по "делу Геворкяна"

Сподвижники "оборотней"

На Ставрополье осуждены буденновские "оборотни в погонах" на длительные сроки

Дата приговора "оборотням в погонах" не определена

Недодавили

По-прежнему под стражей

Нужны ли присяжные Геворкяну

Милиционеров будут судить присяжные

Дело Геворкяна в суде

Взяли с поличным

Судебная перспектива "дела Геворкяна"

Камень столкновения

Начальника милиции боялись

Юлия ФИЛЬ

Крах по расчету / Газета «Ставропольская правда» / 7 декабря 2007 г.