Возродится ли инстинкт материнства?

Каким видится этот процесс человеку, который вот уже 11 лет занимается вопросами социальной защиты семьи, материнства, отцовства и детства? Наш корреспондент встретился с начальником одноименного отдела министерства труда и социальной защиты населения Ставропольского края Зоей Левченко.

– Зоя Николаевна, каждый день в органы соцзащиты за помощью приходят люди. Вы и ваши коллеги на практике сталкиваетесь с самыми разными людскими судьбами. Согласны ли вы с бытующим мнением, что Россия переживает кризис семьи?

– Продолжительный экономический и общественный кризис в стране, разумеется, не мог не задеть семью. Сегодняшнее состояние этого института – следствие общего самочувствия государства. Так что, конечно, кризис семьи есть – но, думаю, что его пик уже миновал.

– Что больше всего огорчает в вашей работе?

– Это то, что наши женщины утратили инстинкт материнства. Не по физиологическим параметрам, а по психологическим и нравственным – это самое страшное. Я считаю, что это тоже следствие кризиса культуры и морали. Все то разрушительное, что происходило в стране, наложило свой отпечаток на формирование общественной морали. Мы спокойно воспринимаем сюжеты о том, что где-то погибли пять человек, а где-то шесть… Что у нас на экране? Я не могу назвать позитивного фильма о семье, любви, отношениях между детьми и родителями. Понятно, что кино – это отражение действительности, но мы даже не пытаемся строить художественные образы, которые нацелены на то, чтобы показать что-то конструктивное. Создается не созидательный, а разрушительный посыл, он сказывается и на отношении к детям, к материнству. Заметьте, мы легко сейчас относимся и к прерыванию беременности, и ко многим другим серьезным вещам.

– Зоя Николаевна, как сказались российские катаклизмы на семьях, очевидно: бедность, беспризорничество, алкоголизм – все это приметы времени. И именно для поддержки семей, оказавшихся в трудных жизненных ситуациях, когда-то в крае начали создавать учреждения социальной помощи семье и детям. Сколько их было, когда вы пришли в сферу социальной защиты и сколько их сегодня?

– Тогда на Ставрополье было три таких учреждения, а всего в стране – семь. Так что край был впереди России всей. А сегодня у нас уже 35 служб. Это учреждения социального обслуживания семьи и детей, в них предоставляются психолого-педагогические, социально-правовые, социально-экономические, медико-социальные услуги. Службы востребованы – мы действительно работаем с бедой. Но, заглядывая в будущее, я все-таки думаю, что, когда решим проблемы с беспризорностью, бедностью и ее последствиями, а я думаю, что все-таки мы их решим, и тогда наши учреждения все равно будут нужны. Это связано с тем, что проблемы взаимоотношений есть даже в самых благополучных и цивилизованных странах, так что будем помогать строить эти отношения.

– А видите ли вы сегодня какие-то положительные тенденции?

– К нам, конечно, чаще обращаются, как я уже сказала, с бедой. Но бывает и так. Например, приходит женщина – жена «нового русского» – и говорит, что у нее есть все. Но… «тоска съедает, помогите быть полезной». И человек становится волонтером. Много других примеров, когда люди помогают кому-то.

Есть положительные сдвиги и в решении проблемы социального сиротства. В этом году в Кировском районе мы открыли семейно-воспитательную группу. Что это такое? Это когда женщина или семья числятся работниками центра, а ребенок, оставшийся без попечения, находится в доме, в семейном окружении. Это то, что ребенку ничем не заменить. Способ менее формализован, чем усыновление, и в то же время есть государственный контроль. У нас ведь при усыновлении соблюдается его тайна, и при этом пропадает всякая материальная поддержка государства. А в Центре родители получают зарплату, средства на питание и другую помощь. Эту форму мы будем развивать и дальше.

Кроме того, на решение проблемы социального сиротства, поддержку опекунов и усыновителей в послании к Федеральному собранию обратил внимание президент...

– А как вы в целом восприняли предложения президента по решению демографической проблемы?

– Скажу откровенно: и со страхом, и с надеждой. Поясню: очень многое уже упущено. Демографический кризис констатировался специалистами еще пять лет назад. А сегодня это – катастрофа. Двое детей в семье – это простое воспроизводство. Для прироста нам необходимо три-четыре ребенка. Но нужно прежде всего воскресить веру людей в какую-то стабильность и в то, что это не будет кратко-временной акцией.

Ольга БОНДАРЕВА