Лена Гузева с дочкой Настей

В десятилетнем возрасте Луи Брайль был зачислен в Парижскую школу для слепых. Здесь обучали грамоте, музыке, вязанию и ткачеству. Для занятий предоставлялись книги, изданные рельефно-линейным шрифтом. По многим предметам учебников не было, не существовала тогда и система записи нот для слепых, поэтому методика преподавания была основана на восприятии информации на слух. Луи Брайль был одним из способнейших воспитанников, и после окончания учебы ему предложили остаться работать младшим учителем-репетитором. Затем он стал преподавать географию, алгебру и музыку.

Еще будучи учеником, Луи Брайль мечтал создать систему рельефно-точечной письменности, которая была бы удобной для восприятия на осязание, позволяла точно отражать все особенности того или иного языка, записывать цифры, химические и физические знаки, ноты. Он работал над ней долгие годы, и вот наконец в 1837 году увидела свет книга «Краткая история Франции», набранная рельефно-точечным шрифтом Брайля. Так новая система письменности, основанная на рельефном шеститочии, официально обрела право на жизнь. Им также был создан специальный прибор для письма, с небольшими изменениями он дошел до нашего времени. В России первая книга по системе Брайля была издана в 1885 году.

Лену Гузеву в небольшом Ипатово знают многие, если не все. Говорят, она хороший массажист – кроме классического, владеет методикой еще десяти видов массажа, смело работает не только со взрослыми пациентами, но и с малышами. А еще это крепкий духом и интересный в общении человек. Все правильно. Но во сто крат больше ценишь вышеупомянутые качества, познакомившись с ней.

Дело в том, что Лена – незрячая, и со своей бедой она, как и французский мальчик Луи, повенчана с детства. Хотя когда-то все было нормально – обычный ребенок, до школы выучила буквы, знала много стихов, считала до ста… Потом случилось непонятное – вдруг стала резко терять зрение, и мир словно погрузился в сумерки. Конечно же, родители пытались спасти свое дитя от надвигающейся беды, но и они, и врачи оказались бессильны.

Вместо обычного первого класса Лена оказалась в интернате для незрячих детей в Кисловодске. Однако детское горе и воспринимается по-детски. Попав в среду таких же, как она, Лена не отчаялась, а, наоборот, проявила лучшие свои качества. Конечно, нелегко было переучиваться, ведь она в отличие от других знала начертание всех букв, которые теперь приходилось распознавать как какие-то точки. После школы поступила в медицинский колледж и годы учебы считает лучшими в своей пока еще небольшой жизни: ведь именно здесь она осознала, что нашла свое призвание, что выбранная профессия важна и благородна и что ее руки гораздо сильнее и чувствительнее, нежели у людей обыкновенных, зрячих.

Два года прошло после училища. Лена вернулась в родной город. Родители, чтобы облегчить дочери жизнь, оставили квартиру на пятом этаже в доме без лифта и переехали в домик «на земле». Плюсов в этом, конечно, немало – не нужно хотя бы бегать на рынок за каждым пучком петрушки. Светлане Егоровне – матери девушки – за перенесенные страдания впору памятник ставить. Ведь горе, случившееся с Леной, пришлось ей пережить дважды: история с внезапной потерей зрения повторилась и с младшей дочерью Гузевых. Сейчас Галя учится в том же колледже, что окончила ее сестра. А дедушка с бабушкой растят двух внучат – Ленину Настену и Галиного Максима. Лена, хоть и получила жестокий урок предательства от близкого и любимого человека, все же не отчаялась и ни разу не пожалела, что дала жизнь этому маленькому прелестному созданию. Девочке скоро исполнится пять лет, и более сообразительного, доброго и заботливого ребенка представить невозможно – ей в семье просто не нарадуются. Она и с мамой погулять любит, и фильм любой, что по телевизору смотрит, прокомментирует, и с Максимом, словно опытная нянька, возится.

Но, конечно, и проблем в семье Гузевых хватает. А самая большая – тяжело им с окраины добираться до детского сада, да и магазины, больница, социальные службы тоже находятся в центре. Ходить без сопровождающего Лена не может, а потому каждую минуту рядом с ней мама, которая от перенесенных испытаний тоже здоровьем не блещет. Глава семейства Сергей Викторович всю жизнь шоферовал, а сейчас подрабатывает на стройке и днем практически не бывает дома, так что весь груз проблем лежит на его жене. Была у Гузевых машина, и Светлана Егоровна успешно на ней ездила, да только век автомобиля вышел, а новый купить уж не по силам. Попробовала Лена просить помощи в социальной службе, но ей ответили, что нет такого закона, чтобы слепому человеку машину выделить. Хотя мало кто из инвалидов, скажем, Великой Отечественной сам способен управлять льготной «Окой». Их, больных, немощных и нередко тоже слепых, чаще всего возят близкие: в больницу, сбербанк, в гости. И вовсе не из каприза хочется Елене машину, а чтоб облегчить жизнь родителям. Двое незрячих детей в одной семье – это уж чересчур. И никто, никакой чиновник не считает себя виновным в том, что девочки лишились зрения. Лишь в школе, а потом и в колледже выяснилось, что у многих папы служили в ракетных войсках – как у Лены с Галей.

У Гузевых полно цветов: и во дворе, и в доме. Лена знает, какого они цвета, как называются. Не только боль, но и красоту она познает своими чуткими руками. Между прочим, она до сих пор видит цветные сны. В них – себя, счастливую и беззаботную, Настеньку – русое голубоглазое солнышко, котенка из своего детства… Она, наперекор судьбе, не хочет воспринимать мир в черном цвете. Считает, что главное в этой жизни – не обозлиться на всех и вся, не потерять устойчивость и веру в завтрашний день – дай Бог, будет он светлым.

А еще она пишет стихи и хорошо поет – в школе занималась вокалом и училась игре на баяне. На фестивалях, традиционно проводящихся в «День белой трости», она обычно исполняет песни из репертуара Дианы Гурцкой, любимой певицы всех, кто не может познавать мир посредством собственных глаз. Многие зрители не могут сдержать слез. Случалось несколько раз петь и под караоке – очень понравилось, но все же, будь у Лены такие деньги, потратила бы она их скорее всего не на музыку, а на компьютерное обследование глаз. Она не теряет надежды – а вдруг чудо возможно… Ведь выпускают же в Израиле компьютерную мышь для слепых, и с ее помощью человек может пальцами «разглядеть» компьютерную графику, играть в игры и читать тексты, написанные как обычными буквами, так и шрифтом Брайля.

Разработал мышь и основал компанию по производству уникального оборудования выходец из России Роман Гузман – после того как его дочь в результате несчастного случая лишилась зрения. Стоят такие штучки недешево – несколько тысяч долларов, однако министерство образования Израиля снабдило ими школы для слепых детей. Но, как говорится, куда нам до Израиля. Хотя к компьютеру Елена Гузева неравнодушна. Недавно вернулась из Ставрополя окрыленная: была в библиотеке для слепых, где она берет справочную литературу по медицине, и ей пообещали научить работать с компьютером. Так что с нетерпением ждет следующей поездки. Между прочим, и в краевом центре у нее есть уже свои клиенты – взрослые и малыши, чью боль она чувствует не только руками, но и сердцем.

Надежда БАБЕНКО