Наша налоговая служба демонстрирует трогательную заботу о сохранности наличных средств у предпринимателей.  

Врач

Эта забота напомнила мне старый анекдот. В глухой деревне в старой избе сидит за столом дед и вздыхает. Бабка беспокойно спрашивает его: «Ты, старый, часом не заболел?». А дед отвечает: «Да я-то не заболел, но вот Гондурас меня беспокоит». Но если от беспокойства деда Гондурасу ни тепло, ни холодно, то предпринимателю порой от заботы налоговиков хоть в петлю лезь.

А суть в том, что в далеком 1993 году советом директоров Центрального банка России был утвержден Порядок ведения кассовых операций в Российской Федерации. И в соответствии с данным документом установлена обязанность каждого предприятия иметь для осуществления расчетов наличными деньгами специально оборудованную кассу. Это должно быть изолированное помещение с усиленными стенами и потолком, решетками на окнах и дверях, тревожной кнопкой, «пристрелянным» сейфом и т. д. Причем утвержденный порядок не делает различия между микропредприятием и крупным заводом, не учитывает объемы возможных поступлений наличных денежных средств – будь то двести рублей в захудалом аптечном пункте или миллионы у акул бизнеса... Вынь да положь им кассовую комнату.

Почему именно налоговую службу так беспокоит этот вопрос, непонятно. У каждого предприятия есть договор с банком, и именно с этим финансовым учреждением, казалось бы, следует договариваться по данной проблеме. А налоговики должны следить за своевременностью поступления платежей в бюджет. Однако ж...

Документ до поры до времени лежал где-то «под сукном». Но в прошлом году налоговые сборы сократились, а наполнять бюджет необходимо, вот он и пригодился.

Каждому здравомыслящему гражданину и, конечно же, государственному служащему понятно, что 99 процентов представителей малого да и среднего бизнеса не в состоянии содержать такую кассу. Просто финансов не хватит. Да к тому же у большинства помещения арендованы, и хозяева вряд ли готовы разрешить капитальные перестройки. Но кого это интересует?! Исключений не предусмотрено.

У врача-стоматолога, где квартальный оборот не превышает пятидесяти тысяч, нашли в сейфе восемь тысяч – и оштрафовали за это на 40 тыс. рублей. Факт, что эти деньги были приготовлены для покупки расходных препаратов, без чего невозможна работа врача, – никого не интересующие детали. Я привел конкретный пример деятельности Межрайонной инспекции ФНС. Именно ее представители, сделав «контрольную закупку» там, где трудятся один врач и одна медсестра, и не найдя иных нарушений, вспомнили о кассовой комнате. «Мы уж к вам самые мягкие меры применили», – с улыбкой сообщили они шокированному «приговором» врачу.

В стране с тех давних времен, когда принимался этот порядок, произошли кардинальные изменения, только ленивый сегодня не говорит о приоритетах развития и поддержке малого и среднего предпринимательства. Поэтому просто издевательски выглядят действия чиновников, столь формально понимающих свои обязанности. Более того, вышеупомянутый нормативный акт не только является непреодолимым порой административным барьером на пути развития предпринимательства, но также имеет ярко выраженные признаки коррупциогенности: кто может гарантировать, что за 10-15 тысяч рублей проверяющий не «закроет» глаза на отсутствие кассовой комнаты?! А вот если предприниматель желает решить вопрос честно, то его шансы на выигрыш дела, например, в суде, близки к нулю.

Существует лишь один(!) прецедент такого рода, когда суд – Красноярский апелляционный, – разобрался-таки, что факт наличия денег в сейфе не является доказательством их хранения. Эти средства могут быть через несколько минут сданы в банк или потрачены на нужды предприятия и т. д. Оказывается, законодательством не определено, что же такое «хранение денежных средств вне кассового помещения». И все же в подобной ситуации прочие суды безоговорочно поддерживают налоговые органы.

«Если закон не устраивает никого, его надо менять», – именно такую мысль не так давно высказал наш премьер-министр В. Путин. Но что-то не торопятся менять пресловутый Порядок наши заботливые финансовые органы. Вот только от такой их заботы все больше предпринимателей подумывают о прекращении своей деятельности.

Н. АНАНЬЧЕНКО. Директор НП «Организация частной системы здравоохранения СК».

* * *

«СП» обратилась с просьбой прокомментировать письмо Н. Ананьченко к председателю комитета Думы края по экономическому развитию, торговле, инвестициям и собственности Б. Оболенцу.

– Это напоминает историю с кассовыми аппаратами, которые когда-то пытались насадить повсеместно, независимо от того, какой вид налога платит предприниматель, – пояснил Борис Андреевич, – пока не восторжествовал здравый смысл и перестали наконец настаивать на наличии фискальной машины для тех, кто находится на упрощенной системе налогообложения. Понадобилось немало времени, для того чтобы проблему решить в пользу малого бизнеса. Всем было понятно, что требование нелепое, однако контролирующие органы, приходившие с проверками, были обязаны за отсутствие кассового аппарата наказывать. Вот и выкручивался каждый, как мог.

Вышеназванной инструкции ЦБ уже 17 лет. Когда ее принимали, и ситуация была иная: на рынке не было такого количества малых предприятий, как сегодня. И вот теперь, когда в результате прокатившегося кризиса снизились доходы бюджета, о подзабытом было документе вспомнили. Только правоприменительная практика за прошедшие годы изменилась. А в итоге та же ситуация: все правы, а по существу – нонсенс. Налоговая служба в данном случае лишь выполняет инструкцию и формально верна букве закона. Хотя, спрашивается, ну зачем тому же стоматологическому кабинету специально оборудованная комната, которая увеличит расходы этого совсем уж малого предприятия и вынудит поднять плату за услуги? И самое обидное, что даже те предприниматели, которые готовы отстаивать свои права, не в состоянии доказать нелогичность применения данной инструкции ко всем без исключениям бизнес-структурам. Вот прошлогодний случай из практики Федерального арбитражного суда Северо-Кавказского округа, куда обратилось ООО «БатСбыт», чтобы опротестовать решение Ростовского областного арбитража, наложившего штраф в 40 тысяч рублей за отсутствие пресловутого кассового помещения. Однако юристы фирмы так и не смогли ничего доказать и дело проиграли. И это обычная практика. Так что другие уже и не пытаются «кнутом обух перешибить».

Проблема состоит в том, на мой взгляд, что вертикаль власти мы выстроили, а вот систему обратной связи так и не настроили. А без этого не может быть достаточно эффективной экономики и гражданского общества. Спасибо хочу сказать автору письма, который нашел в себе мужество озвучить проблему, которая, безусловно, нуждается в скорейшем решении. Что надо сделать? Как депутат краевой Думы я готов подготовить депутатский запрос в соответствующие инстанции, поднимать этот вопрос на различного ранга трибунах, в частности, на заседании совета при губернаторе по социально-экономическому развитию края, в состав которого вхожу. Малый бизнес способен двинуть экономику вперед, поднять уровень жизни, увеличить число рабочих мест, заполнить те рыночные ниши, которые пока не востребованы, увеличить доходы бюджета. Президент и премьер страны придают важное значение мобильности этого сектора экономики, призывая «не кошмарить бизнес», расчистить его дорогу от бюрократических рогаток. Жаль, что на деле этот путь оказывается непростым и не таким быстрым, как хотелось бы. 

Людмила КОВАЛЕВСКАЯ

Ох уж эта забота! / Газета «Ставропольская правда» / 13 мая 2011 г.