Завтра состоится расширенная коллегия министерства образования СК, посвященная преподаванию в школах края русского языка. Проблема не только назрела, но, возможно, и перезрела. Уровень грамотности учащихся постоянно снижается, речевая культура падает. В преддверии коллегии по инициативе министерства серьезный разговор на эту тему состоялся между учеными-филологами и педагогами.

Чтобы определить масштаб отдельного события, необходимо увидеть его сквозь призму общего, соотнести планы. В Ставропольском государственном университете прошел "круглый стол" по проблемам преподавания русского языка в общеобразовательных учреждениях Ставропольского края в условиях поликультурной среды. Казалось бы, целиком профессиональная проблема. Но речь идет о нашем общем деле – русском языке. То, что с ним происходит, касается всех нас, потому что происходит с нами.

Многие полагают, что засилье иностранных слов – основная угроза русскому языку. Все же главная опасность – в переворачивании языковых пластов. Кому-то надо, чтобы благородный и благозвучный русский язык оказался в подполье, а на его место вышла та часть русской лексики, которая на Руси всегда боялась света... Эта беда – наша пореформенная реальность, и торгаши словами, Ерофеев и Ко, например, заполонившие все книжные магазины, объявили поход "на кладбище русской литературы". Такой вот общий фон. Отсюда и значение "круглого стола", собравшего представительную филологическую аудиторию: профессорско-преподавательский состав ставропольских госуниверситета и государственного пединститута, краевого института повышения квалификации работников образования, преподавателей и руководителей педагогических колледжей и лицеев. Сразу определились, что дискуссия не будет носить научного характера – именно это и придало ей общественное звучание. Общая интонация обнаружилась в серьезной тревоге ученых за современное состояние русского языка. Но никто не ограничивался только описанием проблем. Цель встречи – высказать свой взгляд, предложить определенные рекомендации. Вот отрывки из выступлений, отразивших мысль и дух состоявшегося события.

Е. Атарщикова, кандидат педагогических наук, доктор юридических наук, завкафедрой лингводидактики СГПИ:

– Деградация речевого общения ведет к деградации нации. Нельзя игнорировать ментальность этноса, его базовые ценности. Происходящий сегодня языковой беспредел – национальное бедствие России.

В. Грязнова, доктор филологических наук, профессор, завкафедрой общего и славяно-русского языкознания СГУ:

– Правительство практически не обращает внимания на возможности русского языка как значительного экспортного продукта. Что-то случилось... Демократия...

Л. Луговая, доцент кафедры современного русского языка СГУ:

– Сегодня в крае работают 3000 учителей русского языка, в прежние времена их было 5000. Ни школа, ни учебники не отражают происходящих в русском языке изменений, но их отражают программы для поступающих в вузы...

Ю. Леденев, доктор филологических наук, профессор кафедры общего и славяно-русского языкознания СГУ:

– Сократился количественный состав филологического факультета университета: сейчас набирают 50 человек, а было 100 и более. Надо, чтобы органы образования выявили реальные потребности края в кадрах. Мы можем своими силами подготовить квалифицированные учебники для школ, но необходимо, чтобы министерство образования пошло на договорные условия...

И. Шаповалова, проректор СКИПКРО, доктор педагогических наук, профессор:

– Как предмет русский язык относится к числу нелюбимых – почему? Да, он труден, но это не объяснение. Все бросились изучать английский, потому что он вышел на рынок. Однако вспомним, что сказали вернувшиеся на Родину некрасовские казаки: "Слава Богу, мы вернулись к русскому языку..."

К. Штайн, профессор кафедры современного русского языка СГУ:

– Русский язык труден, пока мы отдельно изучаем суффиксы и приставки, в то время как необходимо переживание русского языка, погружение в литературные тексты и реальную культурную среду. Образец в крае существует. В середине XIX века Ставропольская гимназия, лучшая в России, изучала русский язык как предмет мысли и духа. В условиях многонационального состава была создана великолепная модель, где русскому языку отводилась стратегическая роль: легче обучить кавказские народы русскому, чем потом гасить войны на Кавказе.

Н. Клычникова, замдиректора Ессентукского педколледжа:

– Мы провели анкетирование, и выяснилась страшная картина: в сельской школе разве что только дворники не преподают русский язык. А мы говорим, что лишь СМИ дают плохой образец. Убеждена, в педагогических заведениях необходимо иметь лингафонные кабинеты для изучения русского языка. Но это вопрос к нашему министерству образования.

В. Белозеров, проректор СГУ по учебной работе:

– И все-таки центральной фигурой в общеобразовательном учебном заведении была и остается фигура учителя русского языка. Знания, которые он дает, остаются с нами на всю жизнь. Тем более назрел вопрос о пересмотре параметров квалификации учителей и совершенствовании преподавания русского языка в условиях сосуществования национальных культур.

...Итак, в сфере русского языка назрел конфликт между традиционной русской культурой, устремленной к просвещению народа, и психологией рынка, устремленной к его развлечению. По сути дела – конфликт цивилизаций. Перед гуманитарной интеллигенцией России стоит необыкновенно сложная задача: предложить решение "русской идеи": как стать современной нацией, не переставая быть русским и – российским – народом? Учитель русского языка Н. Романова из Михайловска отметила: "Может быть, каждый из нас делает свое дело, но необходимо объединить усилия".

Светлана СОЛОДСКИХ

Мы вернулись к русскому языку / Газета «Ставропольская правда» / 25 декабря 2002 г.