Роман Савичев

Роман Савичев

В России вступил в силу Федеральный закон, дающий осужденным право отбывать наказание в том регионе, где проживает один из их близких родственников. Несмотря на ряд условий и потенциальную почву для коррупции, в целом этот нормативный акт положительно воспринят общественностью и юридическим сообществом. О его плюсах и минусах – комментарий нашего постоянного эксперта Романа Савичева, генерального директора ОАО «Юридическое агентство «СРВ», которое является победителем в ряде номинаций авторитетного среди юристов портала Право.ру.

– Интересна предыстория появления этого документа, – отмечает Роман Савичев. – В 2017 году Россию оштрафовал почти на 30 тысяч евро Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ), обвинив наши власти в том, что они неправомерно отправляют преступников отбывать наказание вдали от семей. Это, мол, препятствует свиданиям и нарушает право на уважение частной и семейной жизни. Если же говорить откровенно, то в России расстояния таковы, что свидания зэка с родственниками, особенно бедными, подчас вообще исключено – если ехать из одного конца государства в другой.

Решение ЕСПЧ было с пониманием воспринято омбудсменом России Татьяной Москальковой, которая подключила все силы своего ведомства, чтобы пролоббировать в высоких кабинетах соответствующие поправки в Уголовно-исполнительный кодекс РФ (УИК). По оценкам правозащитников, нововведения могут коснуться десятков тысяч семей, готовых поддержать родственника, попавшего в заключение. Омбудсмена поддержал Президент России Владимир Путин, поручивший Минюсту подготовить законопроект. К слову, будет неправильно думать, что власти ранее не обращали внимание на эту проблему. Еще 10 лет тому назад была утверждена Концепция развития уголовно-исполнительной системы РФ до 2020 года, где речь в том числе шла о реализации мер, направленных на доступность мест отбывания наказания для родственников осужденных. Поручение главы государства лишь ускорило этот процесс. В результате Госдумой был принят Федеральный закон №96 «О внесении изменений в Уголовно-исполнительный кодекс РФ», коррекция коснулась статей 73 и 81. И вот здесь я предлагаю сравнить, как было и как стало.

В соответствии со ст.73 зэки, осужденные за «обычные» преступления, должны отбывать наказание в регионе по месту жительства или в том, где его судили (во многих случаях это один и тот же субъект РФ). Гуманно? Конечно. Но если вдруг выяснялось, например, что в «родной» колонии нет мест, то в этом случае Федеральная служба исполнения наказаний (ФСИН), следуя букве закона, принимала решение отправить сидельца в исправительное учреждение другого субъекта РФ. Любого другого – хоть за тысячи километров от родни, что, конечно, печально. Так было.

Теперь же в новой редакции ст.73 зэка отправят сидеть не в любой регион, а в наиболее близко расположенный к тому, где он родился или был осужден. Но совсем другой – суровый подход к тем, кто осужден за тяжкие и особо тяжкие преступления – терроризм, бандитизм, участие в незаконном вооруженном формировании, вооруженный захват власти и другие, а также к осужденным к пожизненному лишению свободы. Для них поблажек не предусмотрено и в новой версии ст.73 – отправятся туда, куда определит ФСИН.

А теперь обратимся к части 2.1 статьи 73 – совершенно новой, ради которой собственно и был принят закон об изменениях в УИК. Отныне по письменному заявлению осужденного либо одного из его близких родственников (например, матери, отца, жены, брата, сестры) по решению ФСИН сиделец может быть направлен в исправительное учреждение того региона, где проживает его родственник. Но опять-таки при условии, если в этой колонии есть места. Если – нет, то зэка отправят в ближайший регион к месту жительства этого родственника. «Привязка» к родственнику особенно важна для тех сидельцев, которые не могут рассчитывать на отбывание срока в родном регионе, поскольку в нем вообще нет колоний – это, например, Москва, Ингушетия, Севастополь.

Перевод в регион проживания близкого родственника будет возможен только один раз за весь срок отбывания наказания, поскольку хлопоты эти недешевые. Как следует из Пояснительной записки к закону, в среднем одна перевозка осужденного железнодорожным транспортом составляет 900 рублей, а на самолете – 37 тысяч. Причем транспортировка будет производиться за счет перераспределения средств ФСИН – без выделения дополнительных средств из федерального бюджета. Так что нетрудно предположить, что процесс этот будет медленный с проволочками и не лишен коррупционной составляющей. Кроме того, если очень хочется, всегда можно «решить вопрос», даже когда в нужной колонии по месту жительства зэка нет мест. Это, конечно, большие риски нового закона, поскольку наверняка появятся решалы, которые небескорыстно возьмут на себя роль посредников между исполнительной системой, осужденными и их семьями. Однако гуманистический посыл нового закона все-таки перевешивает эти риски. Думаю, никто не будет спорить с тем, что если осужденный во время своей отсидки часто контактирует с добропорядочными людьми, с родственниками, то и желания вернуться на преступную стезю у него будет меньше.