Епископ Ставропольский и Невинномысский Кирилл

Епископ Ставропольский и Невинномысский Кирилл

© Фото: Эдуард КОРНИЕНКО

– Уважаемый Владыка, вот уже минул первый год Вашего архиерейского служения на Ставропольской кафедре. Прежде всего хочется спросить: как Вы сегодня чувствуете себя на северо-кавказской земле — назначенным на пост или уже признанным своей многотысячной паствой?

 - Итоги первого года пребывания в Ставропольской и Невинномысской епархии меня радуют. Чувствую ли себя признанным паствой — думаю, да, это так. Не было ни одного неприятного ощущения от встреч с людьми, прежде всего верующими, конечно, – и в храмах, где совершал служение, и при встречах, и в общении с прессой. Сегодня меня просят еще больше встречаться, больше проводить архиерейских служб, участвовать в светских мероприятиях. Моя деятельность воспринимается положительно — таково мое внутреннее психологическое ощущение. Стараюсь, насколько хватает времени, искренне трудиться.

Хотел бы остановиться на некоторых, по-моему, успешных свершениях. Нами открыты 15 комиссий и отделов епархии, отвечающих за конкретные виды деятельности. Например, отдел по делам молодежи, отдел по работе с верующими военнослужащими (сегодня, как вы знаете, в соответствии с подписанным президентом законом, в армии создаются такие должности), отдел по казачеству и другие. Отделы регулярно, примерно раз в неделю, собираются для обсуждения насущных проблем с благочинными округов и настоятелями приходов. Это тот механизм, который был очень нужен в помощь епископу в управлении епархией.

– Да и сама епархия, наверное, созрела для такого более четкого оперативного управления?

– Совершенно верно. Проведена большая работа по его упорядочению. Появились финансово-экономический и протокольный отделы, а также отдел, обобщающий опыт приходов, занимающихся сельскохозяйственной деятельностью. Земли у нас пока немного (в аренде либо в собственности), но думаю, она будет прибавляться. Так, в селе Бурлацком Благодарненского района священник имеет в аренде 1800 га пашни, у него великолепные результаты, на вырученные средства построил храм и уже занимается отделкой, а также социальной работой на селе, при этом дает работу на земле односельчанам.

– Вы много успели поездить по краю, со многими встречались, самые разные вопросы решали. Что дали Вам, главе епархии, эти встречи, навели ли на какие-то важные мысли, быть может, побудили внести что-то в Ваши планы?

– Да, к примеру, сформирована специальная программа епархии по Восточным района края. Нас не могут не тревожить наблюдаемые там отток русского населения, отсутствие рабочих мест, национальные конфликты и т. д. Программа предусматривает строительство новых храмов, подготовку кадров священников, которых пока мало. Причем, их не просто не хватает, как в ряде других мест, но там священнику невозможно выжить в финансовом отношении. Значит, нужно этого священника не только подготовить, но еще и профинансировать его работу. Не менее важная задача – поддержание возрождения казачества на Востоке Ставрополья. Нам удалось привлечь спонсорские деньги и направить их в Левокумский и Нефтекумский районы в помощь казачьим классам и казачьей молодежи. В Левокумском в этом году впервые открывается такой класс и молодежный центр «Русич», где ребята изучают казачью историю и традиции.

Были открыты епархией и новые центры духовной реабилитации наркозависимых, а такие сегодня должны быть в каждом районе. Появился постоянно действующий консультативный пункт, куда могут обращаться родители или сами зависимые, где с ними проводят предварительные беседы.

Приятно, что обновился епархиальный сайт в Интернете, он стал более содержательным и практичным, удобным. Не случайно на семинаре епархиальных сайтов Юга России наш смотрелся очень хорошо и отмечен.

– Признаюсь, владыка, я тоже практически каждый день его смотрю с большим интересом!

– Создана служба безопасности из терских казаков — около 30 человек, состоящих в реестровом Терском войске, служат на постоянной основе, охраняя главные объекты епархии — Казанский и Андреевский соборы, архиерейское подворье, семинарию и ряд других. Все казаки православные, многие – бывшие офицеры с хорошей подготовкой, видно, что они крепки не только физически, но и духовно.

Совместно с миграционной службой нами на базе семинарии открыт класс русского языка для мигрантов. Заметьте: не в обычной государственной школе, а в епархии. Думаю, это говорит о том, что приезжие, будучи, кстати, в основном, не православными, нам доверяют. Семинаристам пришлось немного потесниться, а что делать?.. Сейчас в классе занимаются 60 человек, а желающих гораздо больше, так что будем открывать такие в других благочиниях, в частности, в городе Георгиевске.

– Вот сколько добрых дел — и всего за один год…

– На основании решения Архиерейского собора РПЦ в епархии создана попечительская комиссия для престарелых священнослужителей и мирян, долго трудившихся при храмах, по болезни или инвалидности нуждающихся в помощи. Очень важно не забывать своих. А вскоре намечается замечательный праздник на Неделе жен-мироносиц, следовавших за Христом, помогавших ему и апостолам, находившимся у его Креста… Их подвиг вспоминает и восхваляет церковь, чествуя и всех православных женщин — это наша альтернатива празднику 8 Марта, причем этой альтернативе уже две тысячи лет! В поселке Рыздвяном соберутся все матушки епархии — супруги наших священников со своими батюшками, они представят ярмарку замечательных рукоделий и кулинарных рецептов, покажут концерт. Проведем чествование многодетных семей — таких у нас около 70, из них половина имеют пятерых и более детей. Стараемся также заботиться о тех семьях священников, где есть больные детки.

Важный переходный период переживает духовная семинария, как и все учреждения образования Церкви, вслед за светскими вузами переходя на новую систему обучения. После получения семинарией аккредитации ее выпускники будут получать документы государственного образца. На семинарию я обратил внимание сразу по приезду в епархию: очень важно получить новое здание. Часть ранее принадлежавших семинарии у нее были отняты. Нынешнее же помещение не только тесное, но еще и аварийное, поскольку находится на опасном обрыве, мы вынуждены часть ребят отселить в другие корпуса. К счастью, уже получено согласие министра обороны РФ о передаче нам здания на улице Морозова, 17, идет подготовка документации.

В прошлом году мной совершено освящение пяти храмов епархии, строится еще немало и уже образовалась даже очередь на архиерейское освящение. За год 34 человека рукоположены в сан священника и дьякона, это немало, но нужно больше. Стало доброй традицией ежегодно проводить летний православно-мусульманский лагерь молодежи, кроме того православная молодежь успешно проявила себя и в лагере «Машук».

– Наверняка Вы помните свои первые впечатления от встречи со Ставропольем. Спустя год насколько эти впечатления оказались верными? Имею в виду и людей, и уклад жизни, и саму атмосферу этой жизни.

– Сразу по прибытии в епархию были самые лучшие впечатления и от людей, и от духовенства, и от всего, что ранее сделано на Северном Кавказе моими предшественниками. Сегодня мое мнение лишь укрепилось.

– А народ хорошо запомнил Ваше первое публичное появление — большой Крестный Пасхальный ход по улицам Ставрополя, тогда получилось достаточно необычное массовое красивое действие.

– В этом году такой же Пасхальный ход обязательно совершим! Епархия у нас замечательная, и уже очень многое сделано, в том числе и с моим участием, надеюсь, так же будем двигаться и дальше.

– Не скрою, Владыка, часть паствы смущает факт совмещения Вами весьма серьезных постов — правящего архиерея, наместника крупного монастыря, руководителя важного Синодального комитета: столь широкий объем работ не отдаляет ли от конкретных забот епархии?

– Безусловно, пастве хотелось бы, чтобы архиерей больше находился среди нее, но сегодня я имею послушания и в Москве. По делам Синодального комитета по казачеству много езжу по казачьим регионам России, Украины, Белоруссии… Все это конечно сокращает время моей деятельности на Ставрополье, но таковы реалии жизни церкви, в церкви все совершается по послушанию, которое мы не выбираем, а должны исполнять.

– С другой стороны, послушание в Донском монастыре, историческом, святом для России месте, наверное, и Вас самого как-то поддерживает, укрепляет…

– В этих трудах, казалось бы, отвлекающих архиерея от дел епархии, много полезного, они расширяют мое видение ситуации, а посещение других регионов, встречи с духовенством и казачеством – это тоже опыт, который потом используется и в Ставропольской епархии. Донской монастырь — величайшая святыня церкви с 420-летней историей, там – Донская икона Божьей Матери, там – мощи Патриарха Тихона, там – некрополь, где захоронены 4000 знаменитейших людей России, духовенства, военных, интеллигенции. Несомненно, все это помогает мне, дает определенный заряд. Московские должности дают возможность чаще общаться со Святейшим Патриархом, а общение с этим уникальным человеком каждый раз привносит новый импульс, обогащает знаниями на пользу моей работы в том числе и на Ставрополье. Так что не только минусы есть в такой занятости… Кстати, моими стараниями многие ставропольские священники, никогда не бывавшие в Донском монастыре, там уже побывали, участвовали в службах с Патриархом, а поездки паломников Ставрополья по святым местам обязательно предусматривают посещение обители, о которых потом люди рассказывают с таким восторгом.

– Так что через вас, Владыка, протянулась живая ниточка от Ставрополья к Донскому монастырю… Кстати, во вверенной вам обители ежегодно совершается уникальный чин — мироварение. Это можно считать особым доверием, поручением обители?

– Так сложилось. Одно из семи таинств церкви — миропомазание, совершается над каждым человеком, принимающим христианство. Миро приготавливается по специальной старинной рецептуре при молитвах священнослужителей. Когда-то это совершалось только в мироваренной палате Кремля, но затем богослужения в Кремле были запрещены, и с 1948 года, со времени передачи церкви малого собора Донского монастыря (тогда еще не весь монастырь вернули, а лишь один храм) и доныне именно в нем совершается мироварение, установлена специальная печь… Заранее подготавливается до 50 ингредиентов (коренья, травы, минералы, смолы), привозимых из ряда стран, заливается все в большую емкость (до 200 литров) и в Великий понедельник Патриарх совершает в малом Донском соборе водосвятный молебен, возжигает печь, в которой трое суток при непрерывном чтении Евангелия идет процесс приготовления святого миро. В Великий четверг Патриарх освятит его специальным чином уже в Богоявленском соборе Москвы. Потом миро хранится в Патриархии, выдается по специальным прошениям правящих архиереев на все епархии, включая зарубежные.

– Владыка, что Вы можете сказать о духовенстве Ставрополья, насколько священнослужители отвечают современному уровню образования и темпу жизни, а, быть может, чему-то у ставропольских батюшек можно поучиться?

– Духовенство Ставрополья меня весьма радует, практически все оно имеет прекрасное образование, полученное в Ставропольской духовной семинарии. А многие еще и в Духовных академиях учились или учатся, некоторые даже в аспирантуре. Это замечательная основа, дающая мне возможность говорить с батюшками на одном языке, а им — со своей паствой, заниматься миссионерской деятельностью на достойном уровне. В современных мегаполисах духовенство живет более комфортно, имея и бытовые, и финансовые преимущества, а все это, к сожалению, расслабляет. А на Ставрополье батюшки ближе к народу, не избалованы жизнью. Дисциплинирует и непростая обстановка на Кавказе в целом. В нашем крае трудятся довольно сильные батюшки, активно участвуют в общественной жизни, в образовании, культуре, наделены талантами, успешно ведут умные, хорошие блоги в Интернете, отвечают на вопросы людей. И лично подают пример пастве своими крепкими здоровыми многодетными семьями. Вот почему они весьма уважаемы, имеют авторитет нередко даже выше, чем у глав администраций.

– В последние годы стал едва ли не модным среди журналистов вопрос об отношении церкви к политике. И все же не могу на задать его Вам, поскольку церковь — это люди, граждане России, живущие всеми сегодняшними проблемами и радостями. Как может церковь помочь людям разобраться в сложных вопросах бытия, политики в том числе? И кстати, как сложились Ваши отношения с органами власти Ставрополья?

– Мы живем в условиях формирующихся демократических институтов, когда кто-то обвиняет власти в разных грехах, в удалении от демократии, на это нам часто пеняют господа из Америки… Но с древних времен умнейшие люди поняли, что демократия не идеальна, Иоанн Златоуст, имевший великолепное образование, писал о ней весьма негативно, а он знал, о чем писал. Место церкви — в примирении спорящих сторон, в умиротворении. Уже не раз говорилось, что на митинги приходят граждане одной страны, все они — наша паства. Наверное, там бывают и провокаторы, но из-за них тысячи людей называть врагами Отечества ни в коем случае нельзя. Церковь всегда была и, я уверен, будет той нейтральной площадкой,на которой можно попытаться договориться.

В социальной концепции Русской Православной Церкви четко записано: ни один священник или епископ не имеет права состоять в какой-то партии или политическом движении, откровенно поддерживать то или иное из них, не может быть избран в законодательные или исполнительные органы власти. Наша забота – донести до граждан, находящихся по разные стороны политически дискуссий, что у нас есть общие ценности, прежде всего – наше любезное Отчество с его великой культурой. Почему сегодня в обществе столько ненависти? С одной стороны, люди видят факты коррупции и беззакония на разных уровнях власти, в силовых структурах… С другой, почва для ненависти – отсутствие нормального духовного воспитания. На мой взгляд, не надо обвинять всех вокруг, а начать каждому с себя. Беседуя с молодыми или еще будущими священниками, говорю им: вы должны быть чрезвычайно требовательными к себе и снисходительными ко всем остальным! Тогда будете настоящими пастырями. Если все так будут подходить к себе, в нашей стране все изменится кардинально, и не путем революции, а путем духовно-нравственной эволюции человека.

С органами власти края у нас отношения хорошие, власти реагируют на все наши обращения, от мер обеспечения безопасности до вопросов практической деятельности религиозных организаций. Однако, сказать откровенно, случается медлительность в принятии решений, индифферентность, что ли… Некоторые представители органов власти почему-то считают, что раз церковь отделена от государства, то должна жить своей внутренней жизнью. Это совершенно неверно. Более того, есть немало законов, в том числе о передаче имущества религиозного назначения, которые просто нужно элементарно выполнять. Я понимаю, органы власти не могут нам помочь финансами по закону — нет строки в бюджете. Но не понимаю, когда мы занимаемся каким либо добрым делом, тем же строительством храмов, в которые будут приходить все, в том числе близкие родственники чиновника, а то и он сам за духовными нуждами, а чиновник, ссылаясь на все тот же закон о бюджете, не пошевелит и пальцем, чтобы привлечь спонсора, призвать на помощь епархии! К счастью, есть у нас и настоящие единомышленники во власти, понимающие, что церковь не для себя открывает центры реабилитации, поликлиники, летние лагеря. Я уже называл наши курсы обучения мигрантов русскому языку, куда приходят люди разных конфессий. И в нашей благотворительной столовой мы принимаем всех, не спрашивая о религиозной принадлежности. А чиновники порой отгораживаются рамками служебных полномочий… Впрочем, черствость, наверное, присутствует и у некоторых наших священников, как и в обществе в целом.

– Пожалуй, к политическим вопросам можно отнести и вопросы межконфессиональных отношений, актуальные для многонационального Кавказа. Вы удовлетворены выстраиванием сотрудничества с конфессиями региона?

– Межконфессиональные отношения на Кавказе напрямую связаны с политическими процессами в стране. У нас сложились отличные отношения с другими традиционными конфессиями, мы регулярно общаемся, поддерживаем друг друга в сложные моменты, поздравляем в праздники… Объединяем свои усилия в работе с молодежью. Знаю по общению с руководителями других конфессий, что всем нам очень хотелось бы, чтобы в обществе меньше стало злобы. Один из главных путей улучшить межрелигиозную обстановку – улучшить образование, чтобы каждый ребенок хорошо знал свои культурные и духовные традиции. У нас же, увы, сокращается число уроков русского языка и литературы в школах, да и в иных культурных процессах не лучше… Но ведь ясно, что чем больше каждый будет знать свое, тем больше будет уважать чужое, тем меньше будет фашиствующих и бандитствующих…

– Вы с первого дня приезда в Ставрополь позиционируете себя как ревнителя казачества, и немало делаете в этом плане, достаточно вспомнить прошедшую в 2011 году очень содержательную конференцию о православном казачестве. Как сейчас развивается это направление?

– Казачество – важная составляющая российского общества, и альтернативы ей сегодня нет, так считает Патриарх и с таким напутствием он год назад направлял нас, новых архиереев, на Кавказ. И я все сделаю для возрождения казачества. Многие сегодня недооценивают казаков, между тем у них немало позитивного и полезного, прежде всего – организованность, умение и стремление трудиться, служить Отечеству, защищать его. У казаков сохраняется православная традиция, и они еще много могут принести пользы России. Стараюсь регулярно встречаться с казаками Ставрополья, во все казачьи подразделения назначены наши священники, для них проходят семинары, обращаем большое внимание на казачье образования… И мы обязательно будем эту работу продолжать.

– Вам в наследство досталась большая и трудная задача возрождения духовной святыни Кавказа — кафедрального Казанского собора. Но наверное, трудности с лихвой может окупить сознание, что именно Вашими стараниями это благое дело, кажется, близится к долгожданному завершению?

– Значительным событием минувшего года я бы назвал малое освящение Казанского собора, строительство его начато в 2004 году, в 2008-м в основном храм построен, но оставались еще недоделки. До ноября 2011-го мы провели укладку полов, отрегулировали работу котельной, благоустроили прилегающую территорию, после чего уже стало можно проводить регулярные богослужения. Казанский собор — жемчужина Кавказа, в значительной мере показатель духовного возрождения, вот почему мы так удовлетворены сделанным в прошлом году. Что позволило также принять в соборе Пояс Богородицы, принесение которого в Ставрополь стало грандиозным святым событием, всколыхнувшим весь Кавказ: за сутки здесь прошло 120 тысяч паломников.

Недавно губернатор края Валерий Гаевский, я и Владыка Феофилакт были на приеме у Святейшего. Обсуждали многие вопросы региона, а затем пригласили Патриарха на Северный Кавказ. И он сказал, что приедет в Ставрополь, когда будет готов Казанский собор! Что нас сегодня очень подвигает на труды.

– Визит Патриарха – стимул серьезный!

– Надо всем миром постараться! Может, колокольню и не успеем достроить, а вот собор очень хотелось бы, чтобы сам Патриарх освятил. Так что теперь дело за нами — духовенством, властью края и города, бизнесменами, надеюсь, решим эту задачу. Попечительский совет по воссозданию Казанского собора намерен более интенсивно работать.

– Владыка, разрешите расспросить немного о Вас лично. Известно, что Вы происходите из рода потомственных священнослужителей и Ваш выбор пути не случаен. А кого Вы почитаете своими главными духовными наставниками, учителями и путеводителями? Что для Вас является главным в человеке и его вере?

– Наставниками были в первую очередь родители, глубоко верующие, воспитанные люди. По линии папы это род священников, мамы — потомственные крестьяне. И хотя мама не столь образованна, но имеет острый ум, она много замечательного впитала от своей семьи, в том числе высокую нравственность и религиозность. Сочетание двух весьма религиозных родов создало уникальную обстановку в нашей семье, где четверо братьев стали священниками, а наша сестра — жена священника. Общая атмосфера чрезвычайно нравственна, я это очень ценю! Нынче недостаток многих семей — в незнании своих корней и традиций, отсюда — незнание, куда двигаться, как воспитывать детей… Может быть, кто-то за это на меня обидится, имею в виду тех, кто считает себя очень грамотным… Когда я в Нижнем Новгороде строил храм в новом микрорайоне, ко мне подошла женщина еще довольно молодая и сказала: лучше бы здесь построили клуб для наших детей. Я был поражен столь низким уровнем понимания правильного воспитания. Но это — факт, увы, не единичный. Например, сегодня в целом по России 27% родителей выбрали для своих ребят предмет «Основы православной культуры», а вот на Ставрополье таких — 62%. Обнадеживающий итог предшествующего эксперимента преподавания данного предмета.

Поэтому я так высоко ценю то, что в меня в детстве вложили мои родители. Много дал мне мой духовник, монах Троице-Сергиевой Лавры, сегодня он наместник одного из известных монастырей Москвы. Наставниками были и преподаватели духовной семинарии, и мои старшие братья. И архиереи, положившие начало воспитанию меня уже как молодого монаха: Владыка Платон Ярославский, Владыка Мелхиседек бывший Свердловский и Курганский, сейчас он на покое, Владыка Климент, тоже бывший Свердловский… И, конечно, Святейший Патриарх, который поверил в меня, избрал епископом, доверил весьма ответственные посты служения.

Встречались на моем пути высокодуховные люди, давшие крепость веры. Например, удивительный пастырь – почивший архимандрит Иоанн Крестьянкин, при том, что встреч у нас было немного. В период учебы в Духовной академии в Болгарии бесценный духовный опыт передала игуменья Серафима, возглавлявшая русский монастырь, основанный некогда эмигрантами. Родом из прибалтийских князей Фон Ливен, она имела великолепное классическое образование, получила воспитание у известного архиепископа Серафима Соболева, управлявшего русским приходом в Болгарии после революции. Эти люди стали мне путеводителями. А еще – преподобный Сергий Радонежский, у раки с мощами которого я был пострижен в монахи, и преподобный Серафим Саровский, в его Дивеевской обители я трудился. И равноапостольный Кирилл, ставший моим покровителем, когда меня в монашестве назвали в честь этого святого. А сегодня один из моих покровителей — Святитель Игнатий Брянчанинов: служу на его кафедре, являясь его преемником, и очень надеюсь, что святитель Игнатий помогает и поможет мне в дальнейшем.

– День Святой Пасхи – праздник высокодуховный и одновременно человечески трогательный. Что Вы хотели бы сказать жителям Ставрополья в канун Воскресения Христова, какие дать архипастырские наставления и пожелания?

– Праздник Святой Пасхи показывает нам во всем величии любовь Бога к человеку. Эта любовь вызвала из небытия в бытие все сущее на земле. Любовь Бога дала величайшую искупительную жертву — распятие на кресте Сына Божия… Поэтому Пасха — праздник любви, призывающий нас нести самопожертвование в отношении наших ближних и окружающего мира. Кто еще об этом говорит в нашей с вами жизни? Чаще слышим: бери, хватай, наслаждайся… А церковь говорит: потреблять нужно ровно столько, сколько необходимо, и тогда не будете бегать по магазинам за очередной не нужной вещью, а употребите время и средства на более полезное и важное. Дай Бог, чтобы все больше людей откликалось на жертву Христа и было благодарно Богу за то, что он призвал нас в этот мир, дал нам жизнь, что послал сына своего и создал церковь, в которой мы можем получить все для нашего спасения. Великий, святой, спасительный праздник. Христос Воскресе! 

Наталья БЫКОВА