Выяснилось, что установление точной даты празднования Дня археолога в России требует исторических изысканий. В календаре дат и событий, изданном агентством ИТАР-ТАСС, он значится 8 августа. Но традиционно российские археологи отмечают его сегодня. Об этом рассказал мне кандидат исторических наук, директор ГУП «Наследие» министерства культуры СК Андрей Белинский.
Развалины византийской церкви

Развалины византийской церкви

© Фото: Андрей Белинский

Праздник полуофициальный, искатели древностей назначили его для себя сами, и было это еще в советские времена, примерно шесть десятков лет назад. По этому поводу существует несколько легенд, одну из них Белинский мне рассказал. Звучит она не очень почтенно, однако доказывает, что археологи – люди с юмором.

Якобы в конце сороковых годов прошлого века, 15 августа, в некую археологическую экспедицию приехала с проверкой комиссия из Москвы и обнаружила, что посреди рабочего дня специалисты... ну, не то чтобы валяются пьяные, но на ногах держатся не очень крепко. Времена были суровые, археологи струхнули и на ходу сочинили, что отмечают свой профессиональный праздник. И тут же разослали телеграммы в другие экспедиции, чтобы там не подвели...

Дальнейший наш разговор с А. Белинским также касался легенд и мифов, однако затрагивал уже темы серьезные. Дело в том, что Андрей на днях вернулся из Турции, где ГУП «Наследие» уже второй год участвует в международных исследованиях близ современного города Динар, который в древности был одним из важнейших центров Персидской державы. Проект называется «Келены-Аапамея-Киботос»: царская резиденция во Фригии» – по именам стоявших здесь когда-то древних городов. Осуществляется он Академией наук Франции и германским институтом классической археологии Мюнхенского университета, а ставропольчан пригласили как уникальных специалистов по так называемым «недеструктивным» методам археологических исследований. Изыскания они ведут с помощью анализа и дешифровки аэро- и космофотосъемки, используют высокие технологии в области геофизических исследований. В группу геоинформационных систем и дистанционного зондирования земли, кроме представителей «Наследия» Андрея Белинского и Алексея Довгалева, входит также польский ученый Кшиштоф Мисиевич – профессор археологии и доктор геофизики. В этом году он испытывал в Турции новый прибор градиентометр, который помогает обнаруживать археологические объекты под землей на основании разницы геомагнитных потенциалов.

– Прошлым летом, – рассказал А. Белинский, – в ходе экспедиции мы нашли древний город, открыли несколько крупных земледельческих систем, которые увидеть можно было только сверху, используя космосъемку. Целью изысканий 2009 г. стало не только обнаружение новых археологических памятников, но и привязка объектов к древним историческим источникам. Это оказалось очень интересным делом и привело к неожиданным открытиям.

Места эти, нужно сказать, овеяны легендами и мифами. Там берут начало реки Меандр и Марсий. Древнегреческий миф повествует, как сатир Марсий победил в игре на флейте бога Аполлона. Разгневанный Аполлон содрал с Марсия шкуру и прибил ее в пещере.

Пещера известна, мы ее видели. Шкуру, правда, нет... Любопытно другое. Все древние источники утверждали, что общий исток рек Меандр и Марсий находился на некотором расстоянии от этого места, в современном исчислении – километрах в семи, а вытекали они из озера Алакрена. Озеро сильно поросло камышом, разглядеть там что-либо невозможно. Но однажды, работая с космоснимком, я вдруг увидел, что по дну Алакрены действительно проходят два древних речных русла. Более сильное упиралось в дамбу, построенную здесь лет тридцать назад. Если мысленно продолжить этот некогда мощный водный поток дальше, то он на своем пути упрется в горный хребет.

В тот же вечер ко мне зашла коллега из французской Академии наук Лада Семенченко, которая занимается переводами древних источников с греческого и латыни и их анализом, и показала свидетельство известного финикийского автора II века нашей эры Максима Тирского, где он рассказывает об обряде жертвоприношения в тех местах. Жертвы приносились рекам Меандру и Марсию, их бросали в сильный водяной поток как раз неподалеку от горного хребта. Поток уносил их куда-то в пещеру, а дальше, под горой, разделялся на два русла. Если жертва предназначалась Меандру, тот брал свое. Если Марсию – ее получал он. Еще одна легенда, где упоминается пещера, звучит имя Марсия...

Дальше было вот что. С помощью определенных расчетов я вычислил примерное место, где могли происходить жертвоприношения, ввел данные в компьютер. На следующий день мы туда выехали. Когда запищал спутниковый навигатор, слева от себя я увидел огромную пещеру. Она, правда, была сухая, так как современная дамба перекрыла воду. Но было заметно, что когда-то по дну ее текла река. Древний автор ничего не придумал! Действительно, поток входил под гору, несся под ней на протяжении примерно семи километров, а за горой разделялся на два.

Но самое интересное оказалось впереди. Пройдя к современной дамбе, мы увидели на берегу пересохшего древнего русла в ста метрах от пещеры небольшое возвышение. После съемки, которую с помощью градиентометра провел Кшиштоф Мисиевич, там обнаружился очень любопытный объект. В центре – квадратное, пять на пять метров, каменное сооружение, причем аппаратура показала, что здесь много угля и пепла. По периметру, кольцом, – стены. Можно предположить, что это был жертвенник. Была видна даже тропинка, которая когда-то, возможно, вела к месту, где жертвенных животных бросали в бурную воду... Описанный Максимом Тирским 18 столетий назад древний обряд нашел реальное подтверждение. Такая находка, которая связывает воедино свидетельства древних авторов, современные технологии и полевые исследования, очень впечатляет.

Расскажу еще об одном эпизоде. В этом году на проекте работали специалисты по Византии во главе с известным ученым Владимиром Седовым. Их внимание привлекла византийская церковь V-VI в.в. нашей эры, находящаяся на горе напротив нашего лагеря. Среди ее руин нашли отдельное строение, то ли монастырь, то ли странноприимный дом для паломников. Место в Средние века это было известное, существовало предание, что Ноев ковчег остановился на этой горе...

Церковь расположена высоко в горах, воды в окрестностях нет, наверх ее тоже не наносишься. Невозможно понять, как же люди здесь жили.

И вот мы решили осмотреть все вокруг. Нашли остатки древней каменоломни. Увидели узкую щель, а протиснувшись в нее, обнаружили наклонный ход. Когда спустились метров на пятьдесят под землю, под ногами захлюпала вода, стали попадаться куски средневекового пифоса (кувшина). Было понятно, что это место исторически действительно связано с церковью. В самом конце подземного хода обнаружилась вырубленная в скале довольно большая цистерна, а в ней – чистейшая родниковая вода, такая холодная, что от нее шел пар и зубы ломило при сорокаградусной жаре на поверхности. Это был древний водосборник...

Мы нашли также место предполагаемого дворца царя Кира-младшего и древнего парадиса – то ли зоопарка царского, то ли заповедника для животных.

Территория Передней Азии – кладезь исторических памятников, культурно-исторических эпох. В пятидесятые годы прошлого века известный английский археолог Джеймс Меллард открыл здесь знаменитый памятник эпохи неолита и ранней бронзы Чатал-Гуюк. Он эту территорию исследовал, передвигаясь на осле, с погонщиком. А когда мы начали анализ местности с помощью новейших технологий, то открыли в десятки раз больше. Например, около двух десятков телей, высоченных холмов, образовавшихся от того, что в разные исторические времена люди жили на одном месте. Сорок метров в высоту культурного слоя... И выйти на эти памятники можно с точностью до одного метра. В прошлом году подобные находки казались нечаянной радостью. Сейчас открытия совершаются каждый день.

Лариса ПРАЙСМАН