… Под конец июля в школах края все еще пустовали триста учительских вакансий. Сообщив об этом корреспонденту «Ставропольской правды», Фаина Страчкова, начальник отдела организационного и кадрового обеспечения министерства образования СК, добавила, что данные предварительные и после 15 августа наверняка изменятся. К этому времени выпускники педагогических вузов обычно прибывают в отделы образования городов и районов, чтобы оформиться на работу по распределению. Впрочем, распределение нынче — дело добровольное, так что многие до места назначения не доедут.
Урок в школе

Урок в школе

Главный дефицит, как и всегда, учителя иностранного языка – 119 вакансий. Основной их поставщик, Пятигорский государственный лингвистический университет, по словам Ф. Страчковой, министерство не порадовал: преподавать в школах иностранный язык согласились лишь 10 процентов выпускников этого года. Еще 10 процентов — целевики из республик Северного Кавказа, которые поедут учительствовать домой. Остальные в педагоги, очевидно, не собираются. Сложно в крае и с преподавателями информатики, они затруднений с трудоустройством вне сферы образования также не испытывают. Этих недостает числом 60. Между тем иностранный язык и информатика теперь преподаются со второго класса, необходимость в специалистах возросла. Дабы эту брешь как-то закрыть, из бюджета отрасли вот уже второй год выделяют по миллиону рублей на переподготовку учителей. Физиков и математиков в Ставропольском госпединституте учат преподавать информатику, филологов и историков – иностранные языки.

В сентябре в министерстве планируют собрать руководителей вузов, в которых ведется обучение педагогическим специальностям, и, возможно, предложить вернуться к хорошо забытому старому. Например, студенты могли бы проходить педпрактику в сельских школах, где не хватает учителей, а желающие старшекурсники – переводиться на индивидуальный план и начинать в тех же школах учительствовать. Все это мне помнится по семидесятым годам прошлого века, когда я сама была студенткой педвуза...

Отчего ситуация повторяется, словно по кругу идет? Когда-то распределение было делом обязательным, и я отработала свои два года учительницей в чувашской деревне. А потом еще четыре в городской школе на Украине – по собственному желанию и вполне успешно. И все же ушла. Каждый на этой стезе остается или покидает ее по своим причинам. Мне в школе не хватало свободы, какого-то люфта, зазора между требованиями начальства и тем, что является моей индивидуальностью. Отсутствовало пространство, в котором хоть как-то можно было двигаться.

Не думаю, что есть оно у молодых учителей и сейчас. По сравнению со школой тридцатилетней давности, в нынешней формализм в виде мероприятий для галочки и невообразимой отчетности увеличился, по-моему, в несколько раз. Формальной, по мнению многих экспертов, стала и оценка знаний детей — пресловутый ЕГЭ выявляет скорее натасканность, чем умение думать. И все чаще на эту обстановку жалуются учителя не только в обычных школах, но и в лицеях и гимназиях, которые, вообще-то, создавались как островки педагогического творчества и вольномыслия. Один мой знакомый психолог на вопрос, почему в образовании не хотят работать мужчины, ответил так: они идут в школу, когда там происходит что-то новое, когда проводятся настоящие реформы. Отсюда, например, всплеск творческой активности учителей-мужчин в первые годы перестройки. Шаталов, Ильин, Волков, Амонашвили создавали свои методики и свои школы – и это было востребовано. По мнению моего собеседника, заработок здесь той первоочередной роли, которую приписывает ему общество, не играет. И, может быть, он в чем-то прав: говорят, пустуют учительские вакансии не только в сельских школах, но и в столичных московских, где со всеми местными доплатами учитель зарабатывает в разы больше, чем на периферии.

Между тем на августовских совещаниях этого года педагоги будут обсуждать президентскую инициативу «Наша новая школа». Одна из ключевых фигур там – учитель новой формации. Вот что сказал о проблемах, которые нужно решать, ректор Российского государственного педагогического университета им. Герцена Геннадий Бордовский: «В школах от учителей по-прежнему требуют одно и то же: дисциплина на уроке, успеваемость в классе, подчинение указаниям директора...»

В результате преподавание сводится к пассивному воспроизводству знаний, от которого скучно и учителю, и ученику. Педагог в «нашей новой школе» должен быть творческим человеком. По мнению многих столпов высшей школы, помочь этому может двухуровневое обучение, система «бакалавр – магистр».

Станет ли эта очередная перестройка живым делом, на которое откликаются молодые, или его в очередной раз загасят чиновничьи циркуляры – сказать пока трудно...

Лариса ПРАЙСМАН