Отпечатки пальцев. Дактилоскопия

В 1902 году некий Гарри Джексон 41 года от роду оставил свои грязные следы на подоконнике одного из домов лондонского района Денмарк-хилл, из которого украл всего лишь бильярдные шары. Он и не догадывался о том, что эти следы приведут его в тюремную камеру, а его имя – в анналы истории. Не устарел этот способ воздать преступникам по заслугам и сегодня, в третьем тысячелетии.

Сотрудников экспертно-криминалистических отделов милиции зачастую называют бойцами невидимого фронта. На первый взгляд их жизнь не так богата на приключения, как, например, у коллег из уголовного розыска: нет ни погонь, ни засад и задержания преступников. Но тем не менее ни одно раскрытие преступления, как правило, не обходится без их участия.

Лишь после того как эксперт осмотрел место происшествия, зафиксировал обстановку и собрал возможные улики, к делу приступают остальные милицейские службы.

Чтобы «нащупать ниточку», ведущую к преступнику, эксперты проводят самые различные исследования, начиная от традиционных и известных всем снятия «пальчиков», оставленных на месте преступления, и заканчивая сложнейшими почерковедческими, баллистическими, трасологическими, технико-криминалистическими исследованиями документов, экспертизой холодного оружия. Не последнюю роль в успешном выполнении задачи играет интуиция.

– Чтобы раскрыть преступление, нужно попробовать поставить себя на место преступника, постараться мыслить его категориями и понять образ его действий, – говорит заместитель начальника отдела криминалистических экспертиз ЭКЦ ГУВД по СК Леонид Плешков. – Следующий этап – определение объектов для исследования, где преступник мог оставить свой след. Следы остаются всегда: обуви или взлома, запаховые или биологические, как например, потожировые выделения то ли отпечатки пальцев. Всем памятно громкое убийство, случившееся на улице Мира краевого центра, когда двое подростков лишили жизни своего приятеля, чтобы завладеть его сотовым телефоном. Уходя из квартиры жертвы, они подожгли мебель. Но, несмотря на это, наши сотрудники быстро сумели найти и отпечатки пальцев убийц, и иные доказательства, указывающие на то, что в квартире побывали посторонние. И на основании наших заключений были установлены лица, виновные в совершении преступлений.

Но не только «пальчики» могут выдать своего хозяина. В практике Плешкова был случай, когда предстояло найти очень предусмотрительного домушника, который, обчистив жилище, умудрился там не наследить. Однако вскоре преступник был изобличен – его подвела страсть к фруктам. Злодей, скрываясь с поживой через сад обворованных хозяев, прельстился яблоком. Но оно оказалось кислым, и вор, разок куснув плод, выбросил его. И готово дело – яблоко подобрали дотошные эксперты, сняли с него слепок зубов. «Зубки» же «пришлись по размеру» одному из подозреваемых.

Пользуются эксперты и достижениями одорологии – криминалистической науки о запахах и запаховых следах. Так что если правонарушителю и удалось однажды скрыться, его ароматная «визитная карточка» все равно у милиционеров имеется – в распоряжении ставропольских правоохранителей имеется целая база «законсервированных» запахов, оставленных на месте преступления.

– Запахи собирают просто: например, в помещении, где было совершено преступление, подвешивается специальная ткань, которая в течение часа впитывает в себя все «обонятельные компоненты», – рассказывает Плешков. – Затем эти кусочки ткани укладываются в герметично закрывающиеся емкости. А когда появляется у следствия подозреваемый, то специально обученные собаки могут «узнать» его по запаху. У него нет шанса остаться неопознанным, даже если он с момента преступления и сменил свой парфюм. В отличие от одеколонов, духов и дезодорантов, чьи соединения очень летучи и быстро испаряются, индивидуальный запах человека очень стоек и практически так же неизменен, как отпечатки пальцев. Как-то раз мы таким способом уличили автомобильного вора – он влез в машину и украл магнитолу, но, видимо, на радостях от удачного «набега» потерял в салоне свою шапку. Есть и определенные секреты в методах работы…

Как ни странно, но уровень преступности все больше зависит от конъюнктуры рынка. Если в

90-х годах прошлого века львиную долю преступлений составляли заказные убийства, то сегодня у нас волна «графологических» махинаций: злоумышленники пытаются подделывать подписи на различных кредитных поручениях, «стряпают» фальшивые документы. Однако благодаря спецам-экспертам им редко удается выйти сухими из воды. Почерк, оказывается, очень многое может «рассказать» о своем хозяине: пол, возраст, национальную принадлежность, уровень образования. И даже поведает об эмоциональном состоянии человека, в котором он писал: был спокоен или возбужден, писал добровольно или под принуждением.

Задействуют экспертов-криминалистов и тогда, когда на первый взгляд преступления и не было. Например, в прошлом году в Андроповском районе сотрудники ГИБДД остановили «Неоплан» Цхинвали – Москва. В салоне милиционеры обнаружили мешки с 19 саблями и 10 кинжалами. Документов на груз у водителя не было, и оружие направили на экспертизу.

– Конечно, мы неоднократно работали со старинным оружием, – рассказывает Плешков, – но чтобы сразу 29 экземпляров доставили! Нашей задачей было установить – боевое это оружие или нет. Оказалось, боевое – в отличном состоянии, хоть сейчас в сечу. Кроме того, и антикварное, изготовленное в XIX и начале XX века. Ориентировочная стоимость коллекции около полумиллиона долларов США.

Недавно на вооружении ставропольских экспертов появилась и полностью укомплектованная ДНК-лаборатория. ДНК-анализ, или генотипоскопия, как еще называют подобное исследование, – наиболее эффективный метод идентификации личности: ведь ДНК у каждого живого организма индивидуальна и неизменна на протяжении всей его жизни и даже после смерти. Это особенно важно для судебной медицины. Конечно, работу эту приятной не назовешь: все-таки большинство преступлений, по которым специалистам-генетикам приходится проводить исследования, имеют трагические последствия: сожженные или обезображенные до неузнаваемости трупы, изнасилования с последующим убийством жертв. Однако будет ошибочным говорить о том, что подобные исследования направлены лишь на доказательство вины того или иного подозреваемого. В практике милицейских экспертов довольно часты случаи, когда проведенная экспертиза, наоборот, позволяла оправдать человека, на которого по каким-то причинам пало подозрение. Но пока ДНК-технологии – удовольствие из разряда дорогих. Кстати, техника, в отличие от людей, порой отказывается работать (не говоря о точных показателях) в каком-нибудь подвале, который краевая милиция может для себя арендовать. Нужна раскрываемость – нужны помещения, а пока обычная дактилоскопия остается основным «оружием». А еще сейчас в мире всерьез задумываются над тем, не стоит ли возобновить некогда «отправленную в отставку» идентификацию преступников по ушным раковинам. Ведь многие домушники во время «дела», прислушиваясь, прикладывают ухо к дверям или окнам, перед тем как выставить их, и вместо отпечатков пальцев оставляют отпечатки ушей.

( При содействии пресс-службы ГУВД по СК.)

Юлия ФИЛЬ