Мне представляется примечательным уже само желание умудренного опытом С. Ванетика предложить нам заново перечитать ранее опубликованное: тут и небезосновательная уверенность автора в «качестве литературного продукта», и другая, более глубокая мысль – а давайте-ка посмотрим на себя, так сказать, с высоты прожитого. Ванетик не боится обвинений в сиюминутности и устарелости своих статей прошлых лет. Потому что все они и сегодня читаются на одном дыхании. К тому же – удивительное дело! – многие с годами словно обрели некий дополнительный смысл. И даже сугубо исторические очерки об известных государственных деятелях ХХ века, чьи судьбы и деяния всем знакомы едва не «до боли», воспринимаются с каким-то свежим, сегодняшним «подтекстом».

Испытавший на себе столь распространенное со времен перестройки искушение «поговорить о политике», С. Ванетик сумел придать значительную прочность попыткам реализовать «разрешенное право на свободу слова». А помогает ему ясная, раз и навсегда выбранная жизненная позиция, свое, если хотите, философское кредо. С ним во многих вещах можно спорить, с чем-то не соглашаться, но нельзя не уважать его убежденность. И каждому ли, разменявшему девятый десяток, дано оставаться настолько деятельным, причастным к жизни страны? Вот почему его политические эссе – отнюдь не «разговор о политике», а, как правило, размышления об устройстве жизни. Как человек своего поколения, Ванетик высоко ставит дарованную свободу слова, принимаемую современной молодежью как нечто само собой разумеющееся. Не случайно очерк «Невыездной Пушкин» он заканчивает так: «…одно то, что писать можно свободно, о чем думаешь, без цензуры и страха перед властями, это, право же, немало. Об этом вслед за Пушкиным мечтали многие поколения писателей Российской империи и Советского Союза».

Примечательно, что в другом очерке – «Трагедия сословия» – автор, по сути, развивает свою мысль далее, анализируя сегодняшнее положение литературы и литератора: «Коммерческая цензура оказалась едва ли не более жестокой, нежели политическая… Истинно художественная литература в значительной степени вытесняется остросюжетными и щекочущими нервы, скандальными и сенсационными поделками, «клубничкой» и прочей продукцией так называемой массовой культуры». Печалясь о творческой судьбе коллег по перу, Ванетик вместе с тем явно озабочен духовным наполнением, точнее – дефицитом оного – всего нашего общества, а молодежи – в особенности.

Мне весьма симпатичен язык и стиль изложения, присущие Семену Ефимовичу. В спокойном тоне, четко и одновременно очень образно говорит он с нами о том, что его беспокоит, что нравится или не нравится, насыщая фразы необременительно точными, нередко прямо-таки «вкусными» причастными оборотами. Например, предвыборные размышления о «много обещающих» кандидатах в депутаты Госдумы сопровождает вот таким эмоционально нагнетаемым пассажем избирателя: «А так хочется не продешевить, не прошляпить, не проворонить, не свалять дурака…» Сразу понимаешь: человеку действительно не все равно, какую галочку поставить в бюллетене, ему хочется верить в подлинность обретенных демократических свобод. Сбудутся ли его пожелания счастья своей стране и себе?

Естественно, даже рассуждая о политике, политиках и политических событиях, Ванетик остается верен себе как человек, склонный к усмешливой иронии, к юмористическому взгляду на отдельные факты и характеры. По-своему весело и даже, я бы сказала, занимательно, рисует он мир рекламы «у них» и «у нас» в очерке «Что нового у дяди Сэма?». С другим эссе – «Пути лицемерия» – мне лично в чем-то хотелось бы поспорить, в частности, не могу согласиться, что жизнь «при СССР» была вся пронизана лицемерием, что «лицемерие было одним из характерных признаков советского общества» и т. п. И тогда, и сейчас в жизни есть лицемерие, но есть и искренность. И делать лицемерие «привилегией» нашего недавнего прошлого, наверное, не стоит, особенно если вспомнить все про того же «дядю Сэма» и вовсю эксплуатируемые им пресловутые двойные стандарты: это ли не апогей лицемерия? Но, однако, тем и хороша добротная публицистика, что побуждает к дискуссии! А потому книжку Ванетика я прочла от корки до корки с истинно гурманским удовольствием, заочно то споря, то соглашаясь с уважаемым автором. Жаль, что и на ней отразилась современная тенденция издателей достойно оформлять лишь боевики да розовенькие мело-драмы, а умные книги сшивать наскоро… Но главное ведь – что там, за обложкой…

Наталья БЫКОВА