А докажите, что белое есть белое

Педагог, преподаватель, учитель... Кто, будучи в здравом уме и трезвой памяти, станет утверждать, что это совершенно разные должности? Между тем вот уже несколько лет преподаватели Кисловодской музыкальной школы № 1 имени Рахманинова никак не могут доказать Пенсионному фонду очевидное: и когда их называли преподавателями, и когда педагогами, и когда педагогами дополнительного образования, они делали одну и ту же работу – учили детей музыке.

В какие только инстанции преподаватели музыкальной школы за эти годы не обращались! И в муниципальные, и в краевые, и в федеральные. Наиболее откровенен был начальник управления науки и образования Министерства культуры РФ В. Зива. Он честно ответил кисловодчанам: «В настоящее время состояние нормативно-правовой базы таково, что доказать работу с детьми в вечерних музыкальных школах можно только в судебном порядке». Но в декабре минувшего года рухнула и эта надежда. Судья Кисловодского городского суда Г. Казакова отказалась принять исковое заявление Г. Шевцовой к управлению Пенсионного фонда РФ по г. Кисловодску об установлении факта тождества должностей. Обоснование: «...в связи с неподведомственностью установления данного факта судом».

Круг замкнулся. А ведь, помимо Г. Шевцовой, только в одной Кисловодской музыкальной школе № 1 положительного решения суда ждали еще десять преподавателей. А сколько их по всему Ставропольскому краю, сколько их будет через три – пять лет! Но, увы...

Проблема возникла в 1991 году, когда вышло постановление Совета министров РСФСР «Об утверждении списка профессий и должностей работников образования, педагогическая деятельность которых в школах и других учреждениях для детей дает право на пенсию за выслугу лет». В этом списке о детских музыкальных, художественных, хореографических, театральных и других школах искусств просто не вспомнили.

– Это и есть глубинная причина конфликта, – считает директор Кисловодской музыкальной школы № 1 А. Николаев. – Культура была и остается всего лишь «прилагательным».

Посыпались бесчисленные жалобы и обращения. И вот в мае 1993 года Министерство культуры РФ выступило со специальным разъяснением, из которого следует, что школы искусств являются образовательными учреждениями школьного типа. Для части музыкальных работников проблемы на этом закончились. Но для другой части только усугубились.

Без всякого подвоха кадровики музыкальных школ записывали в трудовую книжку кому «преподаватель», кому «педагог», справедливо полагая, что это одно и то же. Вот и в трудовой книжке Галины Шевцовой в 1981-м появилась запись: «Принята в качестве педагога специального фортепиано». Кто мог подумать, что спустя десятилетия это обернется слезами, обидами, многолетней нервотрепкой. Дело в том, что в списке профессий, утвержденном Совмином, и в последующих ведомственных документах, подготовленных на его основе, есть слово «преподаватель», но нет слова «педагог». А потому, когда пришло время, все, у кого в трудовой книжке значилось «преподаватель», спокойно получили пенсию за выслугу лет. А для их коллег, которые в соседних кабинетах точно так же учили детей музыке, но у которых в трудовой книжке записано «педагог», начались мытарства.

Работа преподавателя, в том числе в музыкальной школе, требует таких затрат душевных сил, что редко кто выдерживает более 25 лет. Так что досрочная пенсия за выслугу лет отнюдь не чья-то блажь, а объективная необходимость. Но и для тех, кто в состоянии полноценно трудиться более четверти века, эта пенсия жизненно необходима. Будет ли толк от внезапно возникшего национального проекта в сфере образования, еще неизвестно, но пока зарплата преподавателей кисловодской «Рахманиновки» – одной из лучших музыкальных школ края – составляет около двух тысяч рублей. Так что добавка в полторы тысячи пенсионных рублей для немолодых людей, которым уже трудно по совместительству работать в нескольких местах, весьма уместна. Можно понять их волнения, переживания...

Бывший министр культуры края Е. Луганский на обращение работников Кисловодской музыкальной школы ответил, по сути, отпиской. Он сообщил им, что «обязанность исправления ошибок, допущенных в записях в трудовых книжках работников, возлагается на администрацию учреждения». Но такое исправление бывший директор школы В. Володарский под свою ответственность внес еще в 1996 году. У Г. Шевцовой и других педагогов в трудовой книжке появилась запись: «Считать работающей в должности преподавателя с 1. 01. 92 г.». Да только для Пенсионного фонда эта запись ничего не значит. Ведь во всех первичных документах с 1992 по 1996 год эти люди проходят как «педагоги». И чиновники недрогнувшей рукой вычеркивают эти четыре года из стажа на получение пенсии за выслугу лет.

Помочь педагогам мог бы суд. Три года назад судья Предгорного районного суда В. Климентьева вынесла решение в пользу преподавателя по классу баяна Лермонтовской музыкальной школы Н. Кустовой, которая была в точно такой же ситуации, что и Г. Шевцова, другие преподаватели Кисловодской музыкальной школы. Она подтвердила, что работа Н. Кустовой с 1992 по 1996 год в должности «педагог» является работой, «включаемой в специальный стаж, дающий право на досрочную пенсию по возрасту...» Судьи Кисловодского районного суда такую ответственность на себя брать не хотят, иски преподавателей рассматривать отказываются.

Могли бы помочь преподавателям и краевые власти. Правительство Москвы подобную проблему закрыло еще в 1995 году, выпустив постановление, в котором четко говорится: «Время работы после 01. 01. 92 г. в должности педагога музыкальных школ до внесения записи в трудовую книжку о работе преподавателем в соответствии с приказом Министерства культуры № 283 от 31. 08. 90 г. засчитывается в выслугу для назначения пенсии, принимая во внимание, что имело место несвоевременное переименование должностей». То есть московские власти не побоялись сказать, что федеральные коллеги напортачили, и исправили их ошибку. Примеру москвичей последовали во многих регионах. Но только не в Ставропольском крае. По мнению адвоката Л. Власовой, которая вплотную занималась этим делом, краевой Думе даже сейчас не поздно принять правовой акт, удостоверяющий тождество должностей «педагога» и «преподавателя». В таком случае у судей было бы основание принимать к рассмотрению иски Г. Шевцовой и ее коллег.

Есть и третий путь доказать очевидное. Он наиболее юридически обоснованный, но и наиболее длинный. Согласно постановлению правительства РФ от 11. 07.2002 г. № 516 «Об утверждении Правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии...» Министерству труда и социального развития РФ по представлению федеральных органов исполнительной власти предоставлено право устанавливать тождество профессий и должностей. Для этого министерство культуры Ставропольского края должно представить необходимые документы в свое федеральное министерство и убедить его выступить с инициативой по установлению тождества должностей с 1992 по 1996 год.

Понятно, что для нового министра культуры Т. Ивенской это дополнительные хлопоты, дополнительная головная боль. Но речь- то идет о живых людях...

Николай БЛИЗНЮК