На днях в Москве прошел первый Всероссийский съезд адвокатов. Его главный итог – создание Федеральной палаты. Руководить деятельностью высшего органа самоуправления российских адвокатов будет совет. В него вошли наиболее авторитетные специалисты из различных регионов России. В их числе и президент адвокатской палаты Ставропольского края Ольга РУДЕНКО.

– В России и без того не счесть всякого рода бюрократических структур. Так ли необходимо было создавать еще и Федеральную палату адвокатов?

– Подобные сомнения возникают не только у вас. И от своих коллег слышала язвительное: мол, вот учредили министерство по делам адвокатуры. Но я считаю, что единый федеральный орган адвокатского самоуправления необходим. Ведь кто-то же должен представлять интересы адвокатов на государственном уровне.

– Какие еще обязанности возложены на Федеральную палату?

– Она будет проводить экспертизу нормативных актов, касающихся адвокатуры, координировать деятельность адвокатских палат субъектов Российской Федерации. Еще одно очень важное направление – методическая и информационная помощь, обобщение практики, повышение квалификации адвокатов.

– Ольга Борисовна, как вы думаете, в России действительно не хватает высококвалифицированных адвокатов?

– Высококвалифицированных специалистов у нас не хватает во всех отраслях. Но юристы находятся в особенно сложном положении. На сегодня российское законодательство таково, что разобраться в нем весьма трудно. К тому же оно очень обширное и чуть ли не еженедельно меняется. Целиком охватить, уследить за всеми поправками практически невозможно. Поэтому сейчас многие адвокаты стали специализироваться по каким-то определенным категориям дел. Так что если в той проблеме, с которой обратился гражданин, адвокат разбирается недостаточно, то он обязан порекомендовать коллегу, способного дать более полную и квалифицированную консультацию.

– Но ведь адвокат живет исключительно на гонорары. Неужели он вот так добровольно откажется от денег в пользу своего коллеги, а по сути конкурента?

– Зарабатывать любым способом нельзя. Это понимает подавляющее большинство адвокатов. В нашей среде и прежде старались придерживаться принципа: честность-добросовестность-компетентность. Но на прошедшем съезде мы решили придать моральным требованиям еще больший вес и впервые после 1917 года приняли кодекс профессиональной этики. Причем взяли его не с потолка: в основу лег кодекс присяжной адвокатуры дореволюционной России.

– Ну а если все-таки алчность возобладает и адвокат, пренебрегая профессиональной этикой, возьмет деньги за некомпетентный совет?..

– Клиент вправе предъявить претензии на неправильные действия или бездействие адвоката как через суд, так и в адвокатскую палату. Все без исключения адвокаты, практикующие на территории Ставропольского края, являются членами нашей палаты. Включая и тех, кто представляет филиалы коллегий адвокатов других регионов России. Поэтому квалификационная комиссия адвокатской палаты может принять жесткие меры к любому нарушителю кодекса профессиональной этики.

– Бытует мнение, что юристов, и, в частности, адвокатов, в нашей стране развелось немерено. Насколько оно справедливо?

– Однозначно ответить трудно. Юридические факультеты появились во многих государственных и частных вузах. Но далеко не все дипломированные юристы находят работу по специальности. В том числе и не все адвокаты востребованы. Кстати сказать, на эту ситуацию можно взглянуть и под другим углом. В развитых европейских странах один адвокат приходится в среднем на 300 жителей. В Ставропольском крае – на 3000.

– И чем же среднестатистический ставропольчанин так резко отличается от среднестатистического голландца или немца?

– Современное российское общество состоит из немногих очень богатых и многих бедных. Среднего класса, который является основой любого развитого гражданского общества, у нас практически нет. Я имею в виду людей, которые достаточно зарабатывают, чтобы иметь квартиру, машину, оплатить учебу своих детей. Чтобы один раз в год с комфортом отдохнуть на курорте. И, в числе прочего, без затруднения оплатить услуги адвоката. Именно представители среднего класса составляют львиную долю клиентуры адвокатов в западных странах.

Другая проблема – крайне низкий уровень правосознания граждан Российской Федерации.

– Здесь я с вами согласен на все сто процентов. Сколько раз приходилось выслушивать, особенно в глубинке, излияния по поводу самоуправства начальников, просьбы припугнуть, похлопотать. Но стоит спросить: «А почему вы в суд не обратились?» – сразу отводят глаза.

– Обижаться нашим людям надо прежде всего не на начальника, а на себя. Если ты согласился получать по ведомости минимальную зарплату, а фактически в несколько раз большую, то не жалуйся, что тебе начислили мизерную пенсию или больничные. Другой пример. Гражданин, не подумав, заключил сомнительную сделку, а потом спохватился, да уже поздно: признать сделку недействительной крайне сложно. На Западе люди каждый подобный шаг непременно обсуждают с адвокатом. У нас же почешут затылок: чего это я сто рублей буду отдавать в юридической консультации, сам не соображу, что ли…

– Помните известный кавказский тост: «Желаем здоровья, а все остальное мы тебе купим». Существует мнение, что в нашей стране все можно купить, в том числе и нужное тебе решение суда.

– Если так рассуждать, то у нашей страны нет будущего. А я вижу, как постепенно меняются приоритеты. Да, блат, деньги еще имеют влияние. Но если действовать грамотно и настойчиво, то почти всегда можно отстоять свои права в тяжбе с «денежным мешком». И, надеюсь, чем дальше, тем больше будут выступать на первый план закон и компетентность.

Николай БЛИЗНЮК