История многому учит. Прежде всего не поддаваться сегодняшним страстям, тем более конъюнктуре. Как известно, в современном общественном мнении словосочетание «латышские стрелки» вызывает немало противоречивых толков, особенно когда речь идет об их роли в Октябрьской революции и Гражданской войне на стороне большевистской власти. Не вызывает сомнений то, что противоборствующие силы Гражданской войны в этом кровопролитии отстаивали свой выбор, увы, не в белых перчатках. Однако на любую страницу истории, тем более на отдельных действовавших в ней личностей, все же можно попытаться взглянуть непредвзято.

Вальдемар Пучинский

Вальдемар Пучинский

Вальдемар Пучинский

Вальдемар Пучинский

Вальдемар Эдвардович Пучинский по национальности латыш. При жизни, в далекие теперь 60-70-е годы минувшего века, он был добрым другом нашего Ставропольского краеведческого музея. Каждая встреча с ним давала нам не только немало интересного, но и несла приятное, позитивное тепло, излучаемое хорошим человеком. Эффектный, статный полковник в отставке, добавлю, весьма заметный среди многих прочих горожан человек, так сказать, военной косточки, нашедший свой жизненный причал в южном Ставрополе.

До сих пор не могу найти верного объяснения, почему имя этого заслуженного воина-интернационалиста не нашло должного отражения на страницах боевой героики Ставрополья. А стоило бы знать, обращаясь к истории первой мировой войны, что латышские стрелковые части, сформированные в 1915 году по приказу Верховного командования России из жителей Лифляндской и Курляндской губерний, считались по образу сибирских стрелковых частей лучшими в царской армии. Известно, что за участие в боях на северо-западном участке фронта в Первой мировой войне более 2000 латышских стрелков были награждены Георгиевскими крестами. Неудивительно, что их боеспособность, дисциплина и надежность были в полной мере использованы при организации частей Красной армии в 1918 году.

Вспоминаю наши задушевные беседы с Вальдемаром Эдвардовичем. Он был до предела искренен, раскрывая какие-то детали непростого прошлого, но всегда ощущалось, как Пучинский категорически против одиозно подававшейся «кровавой» памяти о «латышских стрелках»… Чувствовалось при этом его волнение, проявлявшееся даже в легком акценте в речи.

«…Нас обзывали российскими жандармами, мол, кровью залили тамбовские деревни, жестоко подавляли лево-эсеровские мятежи… Что и говорить, пусть не со мной, однако было дело… Но есть же и другие факты: латышские стрелки составляли, причем долгие годы, костяк комендантской службы в Кремле, в голодные годы участвовали в облавах на спекулянтов, особенно на знаменитом Сухаревском рынке в Москве, боролись против банд Махно, в 1920 году сражались с врангелевцами за каховский плацдарм, штурмовали Перекоп и освобождали Крым… У истоков Красной армии мне довелось в составе Блиновской кавалерийской дивизии служить в Ставрополе рядом со знаменитыми земляками Иосифом Апанасенко и Василием Книгой…».

Да, Вальдемар Пучинский прошел очень большой путь от рядового бойца в далекие двадцатые годы до заместителя командира кавалерийской дивизии в Великой Отечественной войне. Об их глубоких и успешных конных рейдах в тыл врага ходили легенды, имевшие под собой вполне реальные основания. Но Пучинский всячески избегал громкого почета, хотя и безусловно заслуженного, упорно уходил от прилюдного сидения в президиумах на разного рода торжествах, избегал шумных чествований, приуроченных к красным датам календаря. Между тем показать-то ему было что: целый набор высших боевых наград – два ордена Ленина, три ордена Красного Знамени, ордена Кутузова и Богдана Хмельницкого, Отечественной войны I степени, Красной Звезды, множество других – далеко не каждому фронтовику выпала такая честь.

И невольно рождается тревожная мысль: насколько же несправедливы, даже кощунственны высказывания одного из польских (да и не только польских) лидеров, так легко искажающих правду об освободительной миссии Советской армии во Второй мировой войне. Неужели не ясно, что истории нельзя мстить? Совсем нелишне помнить всем нам, как хорошо понимал эту простую и одновременно высокую истину славный ставропольский латыш Пучинский.

Вениамин ГОСДАНКЕР, участник Великой Отечественной войны.