В феврале-марте 1954 года состоялся Пленум ЦК КПСС, который принял решение поднять производство зерна в стране, повсеместно распахать большие площади целинных и залежных земель от южных районов страны (Северного Кавказа, Поволжья, Казахстана, Алтая) до южных сибирских краев. Отбор добровольцев шел по строгим правилам: требовались прежде всего механизаторы, строители, монтажники, полеводы. Всем выезжающим полагались солидное подъемное пособие, бесплатный проезд и питание в пути.

Мне, в ту пору заведующему сельхозотделом и члену бюро Ставропольского крайкома ВЛКСМ, как и всему нашему коллективу, много пришлось потрудиться в первые целинные 1954 – 1957 годы. Дважды я возглавлял эшелоны ставропольцев на целину: весной 1955 года в Хакасию и летом 1956-го на уборку целинного урожая в Казахстан. Не скрою, командовать такими эшелонами молодых, задорных было необычайно трудно.

В эшелоне, отправлявшемся в Хакасию на постоянное жительство, набралось около 900 человек. Состоялись шумные проводы целинников на митинге на главной площади Ставрополя, а затем на вокзале. Несмотря на мартовский мороз, много сотен горожан проводили состав. Пассажирский поезд был украшен кумачом «Ставрополье – целине Хакасии!» и другими лозунгами.

С первых же часов поездки надо было установить жесткий порядок. До сих пор вспоминаю своих помощников Павла Еременко, Василия Алешкина, Владимира Горяинова, Владимира Строева, Василия Зиборова и других. Они помогали мне держать в тонусе наш довольно разношерстный коллектив. Поездка прошла без каких-либо происшествий. На место все прибыли в добром здравии.

Не обошлось, конечно, без неожиданных приключений. Первое началось в Москве, когда нас с Курского решили перебросить на Ярославский вокзал, чтобы оттуда через Урал двинуть в далекую Сибирь. Но для перекомпостирования билетов требовалось немедля собрать с каждого пассажира дополнительно деньги. Когда старшие по вагонам спешно собрали их и принесли мне, я, откровенно говоря, малость вздрогнул. Набралась сумма во много десятков тысяч рублей. Таких денег (стоимость дюжины легковых автомобилей) я еще не держал в руках. Рассовав казну по карманам, прихватив своих телохранителей, приказав им ни на метр не отходить от меня, я примчался в кассу. После крепкой ругани старшая кассирша разрешила нам зайти внутрь. Вывалив на пол гору денег, мы долго и нудно считали их, пока не сошлись на нужной сумме.

Были моменты и другого «кино». За Уралом нам пришлось наблюдать, как при подходе эшелона к вокзалу местный базарчик, торговавший провизией, вязаными вещами, как ветром сдуло. Оказывается, перед нашим эшелоном прошли московские и ленинградские поезда целинников. Почувствовав вольницу за Уралом, в эшелонах нашлись отдельные ухари, которые в стиле Стеньки Разина грабастали с полок неказистый товар и, не расплатившись, тут же разбегались по вагонам. Пострадали даже некоторые вокзальные буфеты. Поэтому, увидев издалека целинный поезд, разукрашенный красными плакатами, торговки моментально убегали подальше.

Ставропольчане подобных выходок не допускали. Красноярский край, куда входила Хакасия, встретил нас необычайно торжественно. Первым был город Ачинск. Митинг, оркестр, теплые приветствия, подарки шефов. Далее наш путь поворачивал резко на юг, в Абакан. Мощное раздолье вокруг – реки, горы, леса. Прославленные места – Шира, Крутояр, Назарово, где-то в стороне Минусинск, Шушенское. Наконец Абакан. Областные организации заранее распределили ставропольцев по МТС и хозяйствам. Мне лишь пришлось высказать пожелание не разъединять земляков. С просьбой согласились. Так что отряды из городов Ессентуки, Минеральных Вод, Новоалександровского, Аполлонского районов и других были сохранены на новых местах работы. Грустно было расставаться с земляками, которые за время в пути успели подружиться. Раздав по отрядам многочисленные подарки шефов, я распрощался со своим эшелоном. Стоит сказать, что многие из наших целинников неоднократно отмечались наградами за отличный труд.

Мне особенно памятно лето 1956 года. Ставропольскому краю было поручено послать эшелон добровольцев на уборку урожая в Северо-Казахстанскую, Павлодарскую и Семипалатинскую области. Буквально за неделю было подано свыше 10 тысяч заявлений. После тщательного отбора в эшелон, начальником которого я был утвержден, вошли 2200 человек от многих районов и городов края.

Никаких происшествий до приезда на целину не было. Жара, духота, неудобства никого не смущали, маменьких сынков в эшелоне не было. Первый пункт – Петропавловск, столица Северо-Казахстанской области. С областным начальством, с секретарями обкома комсомола быстро определили несколько сотен прибывших, и уже на следующий день они были на рабочих местах.

В Павлодарской области высадились весь пятигорский отряд и посланцы ряда других районов. Так же организованно прошло распределение целинников в Семипалатинской области. Огромные территории целинных областей поражают – 200 – 300 и более километров от областного центра здесь считается нормой. Мне пришлось везти большую группу на самый юг республики в Маканчинский район на границе с Китаем. Для этого нам был выделен воинский автобатальон – свыше 20 бортовых машин.

Разбросав свой огромный отряд в 19 колхозов и совхозов трех областей по огромным территориям, крайние точки которых с севера до юга по прямой составляли не менее 2500 км, я занялся черновой работой по оказанию конкретной помощи своим отрядам. Следует отметить, что целинный урожай 1956 года в Казахстане выдался просто невиданный. На многих участках снимали по 40 и более центнеров с гектара. Даже мне, ставропольцу, привыкшему к изобилию наших полей, было что посмотреть на целине.

Сложность работы по обустройству и налаживанию труда десятков моих целинных отрядов состояла в полном отсутствии всяческих средств связи (мобильников тогда не было). Не было и регулярных транспортных маршрутов в глубинные районы, где находилась главная масса целинников. Приходилось использовать нечастые заезды в областные города, где в обкомах комсомола, выслушав скудную информацию (а зачастую ее и не было) о работе и делах своих целинных отрядов, я тут же устремлялся в дальние районы, совхозы на попутках, редких автобусах, на узкоколейках с хлопающими шпалами, на повозках.

Ставропольцам, многие из которых имели опыт работы в сельском хозяйстве, приходилось дружески подсказывать работающим рядом. Наиболее профессиональные наши земляки проводили иной раз «на ходу» рабочий техникум, особенно при переходе на новые участки. Ставропольцы за три месяца работы (до конца сентября) заработали на целине (только в колхозах) более 30 тысяч трудодней, свыше 1500 человек получили грамоты, знаки ЦК ВЛКСМ, крупные денежные премии от хозяйств. Наш отряд стал победителем среди других отрядов краев и областей – пятигорчане в Павлодарской области, ставропольцы в Северо-Казахстанской. К слову, некоторые наши земляки пожелали остаться на целине.

Трудно перечислить всех героев целины – их сотни. Во многих хозяйствах, особенно недавно созданных, не хватало специалистов. Руководители совхозов, колхозов с радостью ухватились за услуги наших целинников, имевших много нужных профессий. Иван Голошубов создал бригаду по ремонту и установке автовесов на многих токах. Александр Ясный возглавил бригаду лесорубов и за неделю работы в Тюменской области доставил в свой совхоз сотни кубометров леса, срочно требовавшегося для строек. Помимо сельхозработ некоторые профессионалы открыли «полевые ателье» по мелкому ремонту и пошиву обуви, рабочей одежды. Наши целинники трудились не только в поле, но и на культстанах, токах, фермах и там, где в совхозах просто не было своих специалистов.

«Едем мы, друзья, в дальние края» / Газета «Ставропольская правда» / 17 мая 2014 г.