– Спасибо, милая, – поблагодарила Екатерина Васильевна санитарку, вошедшую в палату со стаканом горячего молока. Ветерана Великой Отечественной войны, похоже, не очень огорчает, что нынче свой самый любимый праздник – День Победы – она проведет не на городской трибуне, а в скромной тишине больницы, куда она сама легла «для профилактики». Ветераны, старики, ордена

Здесь по крайней мере ей обеспечат и необходимый уход, и вполне заслуженное внимание – в этом больше всего сегодня нуждается восьмидесятипятилетняя фронтовичка.

Как только речь зашла о боевом прошлом, Екатерина Васильевна Санина протянула руку к тумбочке, откуда извлекла маленькую дамскую сумочку, в которой, помимо документов, хранит и всегда носит с собой самое дорогое – фотографии подруг, с которыми восемнадцатилетней девчонкой в 1942-м ушла добровольцем на фронт, и свое фото «на память», сделанное в Чехословакии, – там она закончила войну в составе 28-й армии 6-го отдельного краснознаменного полка связи.

Помимо благодарности Сталина от 2 мая 1945 года за отличные боевые действия, которой очень гордится, отважная связистка имеет медали «За оборону Кавказа», «За боевые заслуги», «За взятие Кенигсберга», орден Отечественной войны второй степени. Вспоминает, как после взятия Берлина, вместе с другими бойцами побывала в бункере Гитлера, запечатлев в памяти этот исторический момент...

– А ведь мы тогда голову на морозе мыли, не страшась болезней, – вспоминает Екатерина Васильевна, – горячую воду брали на полевой кухне, вытираться было нечем, так что короткие волосы, торчащие из-под шапки, тут же превращались в сосульки...

А еще в сумочке отыскался снимок, на котором она вдвоем с мужем – сделан он был уже после войны, а потому светящиеся от счастья лица двух молодых людей полны безоблачных надежд. И многие из них, по словам Екатерины Васильевны, тогда оправдались: жили супруги очень дружно – сначала вместе с родителями в станице Курдюковской Шелковского района Чечни, а со временем построили и собственный дом: правда, детей Бог им не дал, и после смерти мужа Екатерина Васильевна осталась одна.

– Станица расположена в живописном месте, недалеко лес, река... Если бы не эти события, никогда бы не уехала, – говорит она, утирая слезы, – ведь сколько горя пришлось хлебнуть на старости лет...

Как оказалось, об этих самых «событиях» у ветерана Великой Отечественной страшных воспоминаний теперь гораздо больше, чем о минувшей десятки лет назад войне: она рассказывает о том, как солдаты российских войск, вошедшие в мятежную республику, делились продуктами (в магазинах уже ничего не было), и о том, какая страшная участь в то время постигла многих одиноких пенсионеров: так, однажды, утром постучав к подруге, она нашла ее мертвой. Словом, один был у нее выход — поскорее покинуть родные места, и Екатерина Васильевна начала распродавать имущество. А перед тем выменяла что-то из домашнего скарба на настоящую боевую гранату. Показала ее соседям с вполне реальной угрозой: «Я – бывший солдат, прошла войну, так что шутить не буду – попробуйте только суньтесь!»

Она благополучно переехала в Дагестан к родному брату, который жил вдвоем с женой в большом доме, встретили родственницу из Чечни супруги радушно. Но буквально через неделю скоропостижно скончалась хозяйка дома, а через два месяца и ее муж. Похоронив родителей, племянники не торопили Екатерину Васильевну с отъездом из их дома, но она и сама понимала, что оставаться ей здесь было невозможно.

Вот уже семь лет живет она в Нефтекумске у племянницы, у которой и здоровья нет, да и проблем невпроворот: после смерти мужа осталась с тремя детьми, которые, повзрослев, создали свои семьи, и теперь в одном доме проживают восемь человек. Скоро в семье ожидается еще прибавление...

– У молодых свои заботы, свой ритм существования, а мне с моим здоровьем нужны тишина и покой, чтобы благополучно дожить свою жизнь, – говорит Екатерина Васильевна, – разве я не имею на это права?

С этим вполне закономерным вопросом ветеран обращалась в городскую и районную администрации, письмо было отправлено и в министерство труда и социальной защиты населения края. Оттуда пришел вполне предсказуемый ответ: Екатерине Васильевне сообщили, что президент год назад подписал указ «Об обеспечении жильем ветеранов Великой Отечественной», согласно которому до 1 мая 2010 года необходимо завершить это важное дело за счет средств федерального бюджета, но речь идет о поставленных на учет до 1 марта 2005 года. Иначе предлагаются два варианта – жилье социального найма, то есть общежитие, или дом для престарелых. По стечению тех самых обстоятельств, о которых теперь нет смысла рассуждать (ведь счет подобным историям идет на десятки), Екатерина Васильевна Санина не встала на учет в очередь на получение законного автомобиля и так необходимой ей сейчас квартиры. Она думает так: то, что старики не смогли воспользоваться предоставленными возможностями, – настоящая «диверсия» со стороны социальных служб.

– Во время войны каждый боец был на счету, почему же теперь нас, оставшихся наедине со своими бедами, не взяли под особый контроль государства? Наверное, чиновникам старики сегодня доставляют много ненужных хлопот, гораздо проще по праздникам говорить красивые слова, чем думать о том, что кто-то еще нуждается в их помощи.

Месяц назад Екатерине Васильевне Саниной пришло сообщение из администрации Нефтекумского муниципального района о том, что, несмотря на обстоятельства, в соответствии с постановлением главы города Нефтекумска, она все же включена в льготный список граждан, имеющих право на первоочередное улучшение жилищных условий – в очереди женщина оказалась 156-й. Тут же уточнение: «...строительство муниципального жилья в городе не ведется и предоставить его в настоящее время не представляется возможным».

Так что бывший сержант Екатерина Санина попала в больницу с обычным для ее возраста диагнозом: немощь и одиночество, не считая перенесенного инсульта и многих других болезней, которые в ее годы считаются вполне закономерными.

Нефтекумск.

Татьяна ВАРДАНЯН