Солдатские треугольники... В нашей семье хранятся письма Владимира Александровича Сыпина – старшего брата моего мужа, который ушел добровольцем на фронт в 18 лет и погиб под Веной.

14 марта 1944 года он писал: «Мама, пишу, а сердце радуется: проклятым немцам приходит конец, скоро настанет то время, когда мы сможем поздравить друг друга с победой и вспомнить, что мы пережили в разлуке... Скажи Гошке, чтобы он тебя слушался. Он говорил, что тебя расстраивать не будет. Посмотрю, как он выполнит свое обещание... Спасибо тебе за твою заботу. Останусь жив – тебе будет обеспечена спокойная старость. Я уже построил примерный план нашей будущей жизни».

20 февраля 1945 года: «Мама, спешу тебе сообщить, что жив и здоров, чего и вам желаю. Нахожусь там, где никогда и не думал находиться, а именно: за границей. За эти дни я побывал везде помаленьку – и в Бессарабии, и в Румынии, и в Венгрии. Думаю, что теперь поеду в Германию – «в гости».

24 марта 1945 года: «Пишу прямо на ложе своего карабина. Сейчас дойти до Берлина, разгромить фашистскую нечисть – наипервейшая задача... Идем по горам, лесам. Места очень красивые... Буду закругляться, а то как бы немец не накрыл минометным огнем. Надо окопаться. Привет моим учителям».

Больше писем не было. Володя погиб перед самым концом войны.

Вслед за ним ушел на фронт и младший брат – Гоша. Он тоже воевал, получил медаль «За боевые заслуги». Был контужен, лежал в госпитале, а после окончания войны поступил в кавалерийское училище.

Когда мать, Мария Михайловна, получила известие о смерти Володи, она надолго попала в больницу. Ведь она уже готовилась к встрече сыновей с войны, а получила похоронку. Младший ее сын Гоша, как звали его в детстве, а теперь уже Игорь Александрович, после окончания училища был направлен в Ставрополь. К нему и переехала Мария Михайловна. До последних дней она не верила в смерть Володи: мало ли какие ошибки бывают! Ждала и надеялась, что он жив, просто задержался где-то