Теневой сектор экономики на Юге России, по разным оценкам, занимает от 30 до 60 процентов, т. е. достиг таких масштабов, которые угрожают национальной безопасности России. Это означает, что тема имеет первостепенное значение не только для экономического и политического развития регионов, но и для целостности государства. Д. Козак и А. Черногоров

"Теневая экономика – это одновременно следствие и причина неэффективности власти, поэтому речь идет не только о правоохранительных методах борьбы. Главное – устранять причины и условия, порождающие эти явления", – отметил полномочный представитель президента в Южном федеральном округе Д. Козак на состоявшемся вчера в ставропольском правительстве совещании, где обсуждались методы борьбы с экономическими преступлениями на Ставрополье. Вел совещание специально прилетевший руководитель Федеральной службы по финансовому мониторингу В. Зубков. Это первое мероприятие, проведенное ведомством на региональном уровне.

По самым скромным оценкам, ущерб бюджетной системы от теневой экономики на Юге России в 2004 году зашкалил за 50 млрд. рублей. Тогда же финансовая помощь из федерального бюджета всем субъектам РФ, входящим в округ, составила 47 млрд. рублей. Цифры – вполне сопоставимые, т. е. на самом деле округ не дотационный, а скорее коррумпированный. Весь вопрос в том: как заставить полукриминальные структуры платить налоги?

Анализ, проведенный полпредством, показал, что в неформальном секторе работают 2 млн. 360 тыс. человек, или 27,5%. Это в среднем по югу страны. А, например, в Дагестане – 43%, в Кабардино-Балкарии – 37%, в Карачаево-Черкесии – 36%. Большое количество юридических лиц не предоставляют налоговой отчетности и не платят налоги.

По оценкам заместителя полпреда А. Починка, самая обширная ненаблюдаемая экономика, т. е. не фиксируемая официальной статистикой – в Дагестане, где она составляет примерно 42%. Для сравнения: в Ростовской области – почти 25%, на Ставрополье – более 20%. Краснодарской край от «тени» в одном только сельском хозяйстве недосчитался миллиарда рублей. В целом же на Юге России нелегально продается около трети зерна.

– На Ставрополье зерно производят 900 организаций, из них лишь 5% рентабельны, – говорит А. Починок. – Я понимаю, что есть реальные сложности, связанные с диспаритетом цен, и т. д. Но понимаю и другое – то, что стало нормальным явлением показывать убыточность всегда и везде. У нас уникальная страна, где убыточные организации спокойно работают по десять-пятнадцать лет…

Губернатор А. Черногоров и председатель ГДСК Ю. Гонтарь подтвердили, что ситуация в крае остается сложной. По данным краевых правоохранительных органов, здесь действуют три преступных сообщества и множество организованных преступных группировок, в т. ч. 33 этнические. В сферу их интересов традиционно входят нефтяной и зерновой бизнес, производство и сбыт алкоголя, незаконный оборот наркотиков и оружия. «Особое беспокойство вызывает рост экономической преступности, по состоянию на декабрь прошлого года таких преступлений выявлено более семи тысяч, в том числе более четырехсот – в банковском секторе. Размер ущерба превысил 3,7 млрд. рублей», – заявил глава края. Он также подчеркнул, что одной из особенностей деятельности преступных сообществ на территории Северного Кавказа является их непосредственная связь с терроризмом.

Надо сказать, что именно Ставрополье А. Починок назвал «мощной прачечной», где отмываются теневые деньги, идущие из Дагестана. А. Черногоров это фактически подтвердил, сказав на встрече с журналистами, что край граничит с восемью субъектами, и первый регион, куда заходит бизнес Дагестана, Чечни, Карачаево-Черкесии, – это, конечно, Ставрополье. «В крае достаточно развита финансовая инфраструктура, которой можно воспользоваться для легализации незаконных доходов», – добавил Д. Козак. «Поэтому надо наводить порядок. И менять ситуацию коренным образом», – резюмировал А. Черногоров.

Говоря о санкциях, руководитель Росфинмониторинга В. Зубков сообщил, что к уголовной ответственности привлечены всего 42 преступника – на 50 тысяч (!) преступлений экономической направленности, совершенных в ЮФО. Одновременно В. Зубков отметил слабую заинтересованность региональных правоохранительных структур в сотрудничестве с российской финансовой разведкой….

– Чем дотационней регион, тем больше в нем доля «тени». И, наоборот, в динамично развивающихся регионах выше уровень раскрываемых экономических преступлений, в т. ч. связанных с отмыванием доходов. Это закономерность, – подчеркнул Д. Козак.

Отвечая на вопрос «СП» о каналах хищения бюджетных средств, Д. Козак отметил, что это несомненное зло, бороться с которым можно двумя путями – совершенствуя работу органов государственной и муниципальной власти, а также повышая эффективность правоохранительной системы. А. Черногоров заметил, что сегодня особая забота правительства края – рачительное использование средств, выделяемых на реализацию национальных проектов.

В целом, В. Зубков полагает, что в России уже сложилась национальная система противодействия «теневой» угрозе, более того, она успешно интегрирована в международную систему по борьбе с отмыванием денег и финансированием терроризма. Сейчас на повестке дня стоит вопрос о ратификации международной конвенции о борьбе с коррупцией. Но успех в работе службы по финансовому мониторингу может быть достигнут только при теснейшем взаимодействии с правоохранительными и надзорными структурами в регионах. Д. Козак сказал: преодолеть коррупцию – задача № 1 на Юге России.

Александра БЕЛУЗА