Один из «уклонистов», приписанных к Степновскому райвоенкомату, скрывается в Израиле, второй – в Сирии, несколько человек – на Украине. Всего же от службы в армии отлынивают около тридцати призывников.

Наверное, и этими показателями обусловлено решение краевых властей и вышестоящего военного начальства, определившее Степновскому РВК одно из последних мест по итогам осеннего призыва. Но не только. Большую роль сыграло немалое число «возвратов». То есть юношей, признанных районной военно-врачебной комиссией годными к службе, вышестоящая ВВК направляла на дополнительное обследование или же принимала решение об освобождении парней от призыва.

Кого в этом винить? Военкома подполковника Евгения Шерстобитова? Его подчиненных? Специалистов районной ВВК?

Прежде чем отвечать на эти вопросы, следует, видимо, сослаться на сведения, полученные от главы районной администрации Ивана Мещерина. По его словам, только в минувшем году из района уехали более четырехсот жителей. Немалая часть из них – врачи, средние медработники, учителя. То есть те, от которых в немалой степени зависят подготовка юношей к службе и организация призыва.

– У нас не хватает специалистов, – комментирует ситуацию подполковник Шерстобитов, – поэтому в состав военно-врачебной комиссии мы ежегодно вынуждены включать врачей из Ставрополя: рентгенолога, психиатра, окулиста. В самом райвоенкомате по штату имеется только один фельдшер. Но и эта ставка была укомплектована буквально перед началом текущего года…

Кто постарше, помнит, как заботились о здоровье призывников в «застойные» шестидесятые-семидесятые. Лет с четырнадцати проводились регулярные медобследования подростков. Кого-то на операцию направляли, кому-то коррекция зрения требовалась… Когда ребята достигали семнадцатилетнего возраста, специалисты районной ВВК уже имели полную картину состояния здоровья каждого призывника. Ошибки при вынесении вердикта «годен» – «не годен» были крайне редки. А ныне?

Сейчас более или менее серьезные обследования начинаются, когда ребята уже учатся в десятом-одиннадцатом классе. Тут за своевременность диагнозов, а тем более за то, что парней удастся подлечить, ручаться уже не приходится. Как, например, определить психологическую устойчивость будущего солдата, если в районе нет толкового врача-психиатра? В краевой центр (за 350 километров) всех призывников везти? Во-первых, накладно. Во-вторых, не может врач в течение рабочего дня принять, скажем, пятьдесят человек. В-третьих, определить степень пригодности парня к службе зачастую непросто. Вот что говорит врач-психиатр Юрий Махиборода, на две недели откомандированный в Степновский РВК из Ставрополя:

– Многие юноши очень плохо говорят по-русски. И попробуй определи: действительно ли слабо знают язык, или, как говорят, «придуриваются». В некоторых муниципальных образованиях, например, Иргаклинском, менее половины русскоязычного населения. Образовательный уровень молодежи нередко можно сравнить с уровнем сороковых-пятидесятых годов (в этом году на комиссию пришел призывник, который ни читать, ни писать не умеет). Но в сороковых была винтовка-трехлинейка, а сейчас – современнейшее оружие. Как парень будет служить, если элементарных команд не понимает?

Ладно, оставим медицину. Но задержимся на образовании. Еще одна проблема в том, что немалое число призывников учится в Ставрополе и других городах края. Повестки с требованием явиться на призывную комиссию многие студенты попросту игнорируют. Мол, у нас имеются справки, дающие право на отсрочку. Зачем лишний раз от занятий отрываться.

Но в том-то и дело, что официальную отсрочку от призыва согласно действующему законодательству предоставляют не вузы, а именно призывные комиссии. Не явился по повестке, – могут не только к административной, но и к уголовной ответственности привлечь. Правда, не только великовозрастные студиозусы, но и их родители это не всегда понимают. Вот и получилось, что ВВК в канун весеннего призыва в Степновском районе без уважительных причин не прошли более четырех десятков юношей. Придется, наверное, с помощью милиции доставлять…

А теперь давайте вернемся к «уклонистам». Их розыском занимается помощник начальника второго отделения РВК майор запаса Валерий Пономаренко. По его словам, нередко «косят» от армии студенты коммерческих вузов, которые не имеют государственных лицензий, но справки тем не менее демонстрируют. Есть случаи, когда, к примеру, жители Ставрополья – уроженцы, некоторых других соседних республик – перед призывом уезжают на малую родину и там пасут в горах скот или занимаются другим отхожим промыслом до достижения 27-летия. Найти их трудно.

Но еще труднее заставить служить тех, кто скрывается в ближнем и дальнем зарубежье. К примеру, Виктор Пишель нашел себе убежище в Германии, Руслан Давыдов – в Израиле, Магомед Гасанов – в Сирии, Ибрагим Гасанов – в Киргизии…

Перечень можно продолжить. Но разве в этом суть? Не будешь же из-за одного призывника направлять дипломатическую ноту в МИД какого-либо государства. На смех поднимут. Хотя работникам военкоматов, находящихся в глубинке, поверьте на слово, не до смеха.

Алексей ЛАЗАРЕВ