Зачем, по чьему наущению одна группа горожан, не разобравшись в сути вопроса, усматривает злой умысел в том, что другая группа хочет молиться в своей мечети? Зачем чье-то нежелание выполнить свои должностные обязанности и возвратить мечеть по закону и по совести камуфлируется полуправдой и откровенной ложью об истории этого здания?

Если без митингового угара и пристрастия изложить правду о мечети, то в тезисной форме она заключается в следующем.

Документально известно, что здание по адресу: г. Ставрополь, ул. Морозова, 12, построено в 1913-1915 гг. Здравомыслящий, не кривящий душой человек вряд ли будет утверждать иное. Хотя отдельные лица пытаются этот очевидный факт оспаривать, выдвигая различного рода доводы.

В качестве такого довода порой приводят тот факт, что архитектором здания был русский. Да, действительно, мечеть построена по проекту русского архитектора Г.П. Кускова. Ну и что? Любой цивилизованный человек воспримет подобное явление как нормальное взаимодействие культур. Например, Санкт-Петербург – целый уникальный ансамбль памятников архитектуры – результат творчества выдающихся представителей западной культуры, которые не были ни православными, ни русскими. Хочется спросить: если Исаакиевский собор проектировал француз О. де Монферран, а Смольный монастырь – итальянец В. Растрелли, то разве это что-нибудь меняет?!

Следующий довод оппонентов заключается в том, что на строительство мечети израсходованы средства не только мусульман, но и пожертвования купечества, государства и т.д. Понятно, век тому назад веротерпимость выше ценилась ставропольскими властями, нежели теперь. И в наше время, хотя не принято об этом упоминать, свои щедрые пожертвования на строительство церквей в самом центре городов Черкесска (Карачаево-Черкесия), Каспийска (Дагестан) и во многих других местах мусульмане рассматривают как нравственный, гуманный поступок и выражение на деле религиозной терпимости.

Еще один довод связан с тем, что мечеть находится в городе, недалеко от жилых массивов. Мол, если хотят, пусть строят себе другую, за городом. Во-первых, мечеть, так же, как и церковь, синагога и т.п., бывает не за городом, а в городе. Во-вторых, и построена она была в жилом районе города, рядом с Татарским базаром, на территории усадьбы князя Д. Бибердова – мусульманина, совершившего акт дарения своей усадьбы именно под эту мечеть. В-третьих, незачем пугать неосведомленных жителей соседних домов надуманными неудобствами (призыв муэдзина к молитве и т.п.), якобы ожидаемыми в случае возобновления в мечети молитвенных служб. Следует знать, что забота о благополучии соседа – одна из важнейших обязанностей мусульманина и служба будет организована так, что никто из соседей беспокойства не почувствует.

Противники возвращения мечети выдвигают также версию о том, что якобы там «службы проходить не могли» или «только несколько раз проходили коллективные молитвы» и т.д. – варианты разные, и все они не соответствуют истине. Правда же заключается в том, что религиозные службы в мечети начались еще до завершения в здании отделочных работ в 1915 г. И прекратились они в мае 1930 г. в связи с закрытием ее во исполнение требований Постановления ВЦИК и СНК от 8 апреля 1929 г. «О религиозных объединениях». Документы об исполнении этого акта представлены в Ставропольский горсовет 29 мая 1930 г.

К слову сказать, приводить все эти аргументы даже излишне. Достаточно того, что мечеть как здание религиозного предназначения, согласно законодательству Российской Федерации, подлежит возврату верующим.

Следует отметить, что в апреле 1994 г. главой администрации города по данному вопросу было принято положительное решение с выделением, одновременно для картинной галереи П.М. Гречишкина достойного помещения в центре города. Однако через некоторое время,без объяснения причины решение было отменено.

В дальнейшем на неоднократные просьбы решить данный вопрос ответы органов местной и краевой властей сводились к тому, что мечеть признана памятником истории и культуры федерального значения, она относится к федеральной собственности и может быть передана в пользование религиозным организациям правительством РФ.

Результатом обращения в правительство России явилось распоряжение возвратить в безвозмездное пользование религиозной организации мусульман г. Ставрополя здание мечети, заключив охранный договор на использование его как памятника федерального значения.

Председатель Совета религиозной организации мусульман и имам Ставрополя неоднократно обращались в органы краевой исполнительной власти с просьбой реализовать это распоряжение, но положительных результатов достигнуто не было. Оставалось одно – обратиться в суд.

Через семь месяцев (20 января 2004 г.) Ставропольский краевой арбитражный суд решил прекратить производство дела по данному иску, аргументировав это тем, что дело неподведомственно арбитражному суду. Не странно ли – для принятия решения о неподведомственности вопроса краевому арбитражному суду понадобилось целых семь месяцев? Поскольку это определение суда можно оценить как отказ в правосудии, оно, естественно, будет обжаловано в вышестоящей судебной инстанции. Будем надеяться, что там восстановят законность.

По поручению Совета религиозной организации мусульман г. Ставрополя – председатель Совета Солтанбий БОРЛАКОВ