,

"Сегодня мне придется спеть за троих – и за Квазимодо, и за Фролло, и за Феба, потому что вырваться сюда в Ставрополь смог я один", – так начал свое общение со ставропольской публикой солист Московского театра оперетты Антон Макарский, однажды, как говорится, проснувшийся знаменитым – после премьеры мюзикла "Нотр-Дам де Пари", того самого, что стал одним из наиболее заметных культурных событий минувшего сезона в столице и кассеты с записями которого крутят сейчас десятки тысяч плейеров по всей стране.

Антона пригласили в Ставрополь на наш фестиваль "Музыкальная осень..." как вполне вписывающегося в девиз "Звезды земли Ставропольской". Ведь, как уже писала наша газета, он родом из театральной династии, два поколения которой успешно трудились на сценах драматического и кукольного театров Ставрополя. Хотя сам Антон жил в городе в отроческом возрасте всего год, но связи с ним не теряет, постоянно общаясь с многочисленными, как он сам сказал, родственниками, и ныне работающими здесь.

– Я просто не мог отказаться от такого приглашения и буквально "выдрал" один день из своего жесткого графика, чтобы поучаствовать в фестивале, – признался артист публике, восторженно приветствовавшей его в зале Дворца культуры и спорта профсоюзов.

И ничуть об этом не жалеет, как он скажет в антракте, за кулисами. Ведь он при всей суматошности нынешней жизни вообще и актерской в особенности удивительным образом сохранил по-человечески теплые чувства к Ставрополю, светлые воспоминания о нем. Здесь впервые всерьез попытался заняться конным спортом, позже, живя уже в Пензе и сравнивая тамошних лошадок со ставропольскими, пришел к выводу, что наши не в пример лучше. Тогда он бросил увлечение верховой ездой, но, судя по всему, привязанность к этим добрым и очень красивым животным у Антона осталась в сердце. Москва пока не дает ему физической возможности вернуться к этому спорту, времени катастрофически мало. А явно хотелось бы вновь почувствовать себя лихим наездником...

Но пока у Антона Макарского большую часть времени и сил отнимает театр, о котором, правда, он сам говорит, что это "не совсем мой театр". Имея в виду, что участие в единичных постановках, пусть даже таких успешных, как "Нотр-Дам...", еще не есть сформировавшийся театр, и не ясно, родится ли он когда-нибудь. Если родится, Антон готов в нем работать на более прочной основе, а пока коллектив, удачно собранный для российской версии знаменитого французского мюзикла, до этого "калькированного" в шести странах мира, работает над следующей постановкой. На сей раз – оригинальной, специально под них создаваемой теми же авторами, что делали еще "Метро". И будет это ни больше ни меньше чем мюзикл... "Ромео и Джульетта". Трудно сейчас пока представить, как шекспировская трагедия трансформируется в мюзикл, тем более нам, здесь в провинции не имевшим возможности видеть и французский...

Пути творчества неисповедимы, и так получилось, что драматический актер А. Макарский неожиданно запел в музыкальном спектакле.

– Певцом я себя не считаю, – говорит он абсолютно без какой бы то ни было рисовки. – Наоборот, остаюсь именно драматическим, рад, что окончил именно Щукинское. Ну да, пою, умею петь, но ведь – петь, а не вокализировать! Для меня в любом персонаже на первом месте – его суть, смысл того, о чем пою. Попадание в резонатор – это уже вторично. Может быть, это как раз то, что и нужно в мюзикле... А вот жена у меня настоящая певица! – добавляет с нескрываемой гордостью и нежностью. – Она, мне кажется, способна вывести российскую эстраду на мировой уровень. Я же больше актер. Хотя если кто-нибудь предложит сольный проект, думаю, что не откажусь.

Он, однако, "пригодился" не только в мюзикле. Параллельно активным репетициям в театре не менее напряженно снимается в кино. В совершенно иной ипостаси и иных заданных обстоятельствах. Ибо фильм – будущий телесериал под весьма характерным названием "Буровая", и Антон там играет соответственно бурильщика. Но бурильщика не того "стандарта", к коему когда-то наш зритель привык по так называемым "производственным" лентам, а иного, нынешнего образца: он там будет гонять на джипе, летать на вертолете, кататься на вышке с риском для жизни. Кроме того, по сюжету у Антона есть еще одна роль – прапрадеда героя, влюб-ленного в хантыйскую девушку, которая заводит его, нелюбимого, в болото, где он и тонет... В общем, экзотики предостаточно. Но для актеров она оборачивается дополнительными нагрузками: Антону уже довелось "тонуть" в болоте, а там сейчас уже, сами понимаете, не жарко. В общем, пришлось потом настоящим бурильщикам в настоящей сибирской бане отогревать артиста народными средствами.

– Было весело, – улыбается Антон своим воспоминаниям.

А мне подумалось, что теперь, после встречи с ним на фестивале, тысячи ставропольцев обязательно включат свои телевизоры, когда в программе появится сериал "Буровая", чтобы увидеть своего любимца еще и с экрана. На концерте ему удалось несколькими песнями безоговорочно завоевать зал. И не один лишь популярный хит "Belle" тому причиной. Мы услышали несколько самых разных произведений, в каждом из которых приоткрылась какая-то иная черточка его дарования: и в песне Луи Армстронга (на английском языке!), и в полублатном-полупечальном "Конвое" Игоря Димарина, и в лирическом "Листопаде", посвященном "всем самым красивым женщинам Ставрополя"... Там всюду, несмотря на различие тем и жанров, действительно есть смысл, столь ценимый артистом. Вроде бы простенькая ситуация несложившейся любви – "Я назначил ей свиданье в раю, обещал ей, что приду в небеса..." – но эта крохотная история превращается в целый мини-спектакль. И, конечно, недаром с такой неохотой отпускал его зал со сцены, из дальнего ряда прозвучало как общий порыв: "Антоша, приезжай еще!".

Будем надеяться, что приедет. Хотя он сегодня – лишь в самом начале пути, который еще бог знает как сложится. Старт блистателен и многообещающ. Как и очевидное огромное желание артиста работать. С максимализмом молодости, которой "все плечу", он полон творческого азарта и одновременно этакого критического настроя. Например, почти "приговорил" к отмиранию стационарный театр, называя его "устаревшей системой, в которой актеры превращаются в ремесленников". Далее, впрочем, признает, что все-таки в каждом театре есть интересные идеи, интересные постановки и потрясающие актеры. И все же, по мнению Антона, такой привычный нам "старый" театр – уже некий пережиток. У меня не было времени с ним поспорить, да, может быть, и не нужно этого делать. Есть артист – несомненно талантливый, на которого есть спрос, и это главное. А жизнь сама рассудит, какой нам нужен театр, какое кино, какие герои и сюжеты.

* * *

– Мне все интересно попробовать, – в этих простых словах столько желания работать, чего-то искать и находить, что, думаю, мы еще не раз услышим имя Антона Макарского и наверняка порадуемся его новым успехам.

Наталья БЫКОВА

"Было весело тонуть в болоте!.." / Газета «Ставропольская правда» / 11 октября 2002 г.