Игорь Алексеевич, сидя в кафе, ждал встречи с незнакомой женщиной – будущей свекровью своей единственной дочери. Сваха (он так уже ее называл), узнав о свадьбе, настоятельно потребовала именно такой встречи – наедине с Игорем Алексеевичем. Это прождало множество вопросов.

Володя, будущий зять, был его подчиненным. Он приехал сюда год назад сразу после окончания военного училища. С первых же дней всем понравился: интеллигентный, эрудированный, честный и порядочный. Быстро завоевал дружбу сослуживцев. Поскольку территория городка ограничивалась одной улицей, а вся культурная жизнь – Домом офицеров, то Володя и Лена – дочь Игоря Алексеевича вскоре познакомились.

Леночка училась в финансово-экономическом институте в ближайшем областном центре, на выходные каждый раз приезжала домой. Конечно, всех перипетий их любовной истории никто не знал, но около месяца назад она привела своего избранника домой, и тот торжественно попросил у ее родителей руки их дочери. Те были просто в шоке, начали отговаривать молодежь от скоропалительной свадьбы, советовали подождать, получше узнать друг друга, поближе познакомиться семьями. Но оказалось, что их советы несколько запоздали: смущаясь, лейтенант сообщил, что у них будет ребенок.

Володя сомнений не вызывал. Да и семья у него была вполне респектабельная: отец – профессор, детский хирург, мать – журналист, опубликовала несколько книг, средний брат – студент мединститута, есть еще младшие братишка и сестренка. Игоря Алексеевича всегда удивляло, как Володины родители при своей занятости смогли воспитать такого хорошего парня. Сам он был единственным ребенком и всегда мечтал о большой и дружной семье, но мечта не сбылась...

Игорь Алексеевич задумался: а не повторит ли Володя его собственную судьбу? В юности Игорь тоже был хорошим парнем: прекрасно учился в школе, мечтал стать офицером, как отец, ушедший на фронт и прослуживший в армии всю жизнь. Легко поступил в училище, хорошо его закончил. Не прикрываясь отцовскими заслугами, поехал по распределению в отдаленный гарнизон, где служил не за страх, а за совесть.

Здесь Игорь познакомился с дочерью одного из старших офицеров. Вероника (все звали ее Никой) была милой скромной девушкой, к тому же начитанной. Встречи с ней разнообразили довольно скучную холостяцкую жизнь. Игорь привык к Нике, в кругу друзей стал называть ее «моя».

Вскоре ему предоставили отпуск, и он уехал в гости к задушевному другу по училищу Андрею в город Изобильный. Здесь встретили его как родного. И именно тут Игорь впервые в жизни влюбился по-настоящему, до беспамятства – в сестру Андрея Наташу. Она закончила первый курс исторического факультета пединститута, собиралась преподавать в школе историю. Высокая, статная, с темно-каштановыми вьющимися волосами и темно-вишневыми глазами, каких Игорь никогда до этого не встречал, – настоящая красавица.

Их любовь была бурной и страстной. Перед отъездом Игорь сообщил своей возлюбленной, что хочет на ней жениться. Она не возражала, но попросила ничего не говорить ее родителям, пока он не посоветуется со своей матерью, чтобы та благословила их.

Он вернулся в часть окрыленный. Однако тут его ждали отнюдь не приятные новости: Ника сообщила, что она беременна...

Естественно, расстроенную девушку он успокоил, уверил, что все будет хорошо, но сам был далек от спокойствия: перед его взором стояло лицо Наташи, которую он любил и боялся потерять. В то же время он с горечью понимал, что его безрассудство в отношении Ники весьма смахивает на подлость.

И он пришел к окончательному решению: за все свои поступки человек должен отвечать. Наташе будет очень больно, но она сильная, выдержит, а Ника сломается. К тому же примешивалась мыслишка о том, как же ему дальше жить здесь, смотреть в глаза Нике, ее родителям, окружающим, когда они узнают о его низости?

Игорь написал письмо Наташе, в котором сообщил о том, что до встречи с ней у него была девушка. И он, дескать, когда встретил Наташу и полюбил ее, хотел честно на ней жениться, но, вернувшись в городок, узнал, что его бывшая подружка ждет от него ребенка. Весьма сожалеет, мол, о случившемся, но должен жениться, исходя из интересов ребенка. Просит прощения... Будет вечно любить...

Вечером Игорь пошел к родителям Вероники и попросил ее руки.

Довольно скоро пришло письмо от Наташи – сухое, холодное, хотя девушка пожелала ему счастья в семейной жизни.

Свадьба была веселой, шумной. Потом начались будни. Возвращаясь со службы, молодой муж находил дома порядок и уют, вкусный ужин, внимание и заботу жены, стал привыкать к семейной жизни, хотя Наташу никогда не забывал.

За внешним благополучием он не замечал плохого самочувствия жены по утрам, ее бледности, вялости. Теща, которая нередко к ним наведывалась, почему-то поговорить об этом с зятем так и не решилась. Придя однажды утром, она застала свою дочь без сознания.

Нику спасли, а ребенка – не удалось. Оказалось, что у нее был скрытый сахарный диабет, а беременность ухудшила его течение.

Со временем горе отступило, врачи подобрали Нике нужное лечение, жизнь вошла в колею. Женщина закончила техникум, устроилась на работу, состояние ее стабилизировалось, и врачи разрешили подумать о новом ребенке. Игорь и родители жены буквально пылинки с нее сдували, лишь бы все было хорошо. Родилась девочка, которую они поспешили назвать Наташей. Но вечером она умерла.

Утрата ребенка, которого она видела, держала на руках, пусть всего лишь несколько минут, Нику просто раздавила. Выписавшись из больницы, она целыми днями сидела дома, перестала общаться с людьми, при виде маленьких детей у нее начиналась истерика.

Наконец, Игорь от всего этого устал. Чаще обычного вспоминал Наташу – свою потерянную любовь. И однажды позвонил ее брату. Андрей обрадовался звонку, рассказал о своих успехах, о родителях. Когда Игорь спросил о сестре, тот сказал, что она замужем, растит сына-непоседу... Игоря как будто обухом по голове ударили: теперь Наташа для него потеряна навсегда!

...Размышления Игоря Алексеевича прервал трамвайный звонок. С минуты на минуту должна была появиться будущая сватья. И вот он увидел направившуюся к нему высокую статную женщину. Он встал, приветствуя ее:

– Наталья Евгеньевна?

– Да, Игорь Алексеевич, вы не ошиблись. Я просила вас о встрече – надеюсь, об этом никто больше не знает?

Итак, знакомство будущих родственников состоялось. Игорь Алексеевич начал задавать банальные вопросы о дороге, о здоровье, но Наталья Евгеньевна прервала его:

– Извините, я не за этим сюда приехала. У нас есть более важные темы для обсуждения.

– Что случилось?

– Мой сын не может жениться на вашей дочери.

– Почему? Он женат или есть невеста?

– Володя не женат, нет у него и невесты. Но жениться на вашей дочери ему не следует.

– Он не любит Леночку? Но ведь у них будет ребенок...

– К моему глубокому сожалению, мой сын искренне любит вашу дочь, но жениться на ней я не могу ему позволить. Это мой материнский долг.

– Чем моя дочь не устраивает вас? А судьба ребенка вас хоть чуть-чуть волнует? И вообще что за околесицу вы несете?

– Причина самая элементарная и непоправимая: инцест! Думаю, вам известно, чем это грозит потомству?

– Причем здесь инцест? Какие родственные связи могут быть между нами? Я вас первый раз в жизни вижу!

– Как вероломны некоторые мужчины! Сначала клянутся в любви до гроба, потом бросают соблазненных дурочек, спустя десяток лет и вовсе их не узнают... Володя и Леночка – единокровные брат и сестра!

Игорь Алексеевич остолбенело смотрел в редкостные вишневые глаза.

– Наташа? – вдруг осипшим голосом прошептал он.

– Да, это я, – Наташа. А Володя ваш сын.

– Но почему ты мне не сообщила тогда? Почему вышла замуж за другого? Почему я узнаю об этом только сейчас? – У него мелко дрожали руки.

– Я в то время была молода и слишком не опытна... Да и не боялась остаться одна, верила, что наша любовь навеки...

Собравшись с мыслями, он спросил:

– Кто, кроме тебя, знает, что Володя мой настоящий сын?

– Об этом знает и всегда знал только мой муж, Саша.

– Он знал, когда женился на тебе?

– Вот именно. Более того. Он женился на мне, узнав, что я беременна и брошена, хотел помочь мне, спасти мою репутацию, уберечь моего сына от прозвища незаконнорожденного – Натальевича.

Сколько всего нового для Игоря Алексеевича поведала ему Наташа.

– Конечно, нам было нелегко, – продолжала собеседница. – Но нам помогали родители, а также брат Андрюша. Наш сын ни в чем не нуждался. Мой муж оказался любящим отцом. Мне до сих пор кажется, что он любит Володю больше, чем всех наших детей. Такой глубоко порядочный, добрый, великодушный, исключительный во всех отношениях человек заслуживал настоящей любви... И я не могла его не полюбить. Ты должен быть благодарен Саше за все. Тогда я была еще очень молода, могла сломаться, наломать дров, о чем потом жалела бы всю жизнь. Саша ни разу не дал мне понять, что сожалеет о чем-то. Ты, как мужчина, можешь представить, что он испытал, когда узнал, что девушка, которую он любил и надеялся назвать своей женой, была соблазнена и, беременная, брошена залетным молодчиком. Несмотря на материальные трудности, мы были счастливы. На выпускном курсе у нас родился второй сын. Мы получили дипломы уже будучи родителями двоих сыновей.

– Если я не ошибаюсь, ты училась на историческом. Как же ты стала журналисткой?

– По распределению мы поехали в село Донское. Саша работал хирургом в больнице, я преподавала в средней школе. В те годы редактором районной газеты был Иван Михайлович, который стал моим крестным отцом в журналистике. Он считал, что серьезные проблемные статьи должны писать специалисты, а не сотрудники редакции, поэтому привлекал к сотрудничеству всю районную интеллигенцию. И так я пошла по этой дороге.

Наталья Евгеньевна углубилась в прошлое.

– Работая в больнице, Саша получил большой практический опыт. Он еще в студенческие годы печатался в научных журналах, работа принесла, новые идеи. Его статьи заинтересовали кафедру детской хирургии Ростовского мединститута. Его пригласили в аспирантуру. Мы переехали в Ростов-на-Дону. Он защитился, стал преподавать в институте. Сыновья подросли. Материальное положение улучшилось. Мы захотели девочку. Родились двойняшки: мальчик и девочка. Работая в «Молоте», я сотрудничала и с другими изданиями. Много ездила, писала. Саша тоже не стоял на месте. Вероятно, Володя говорил тебе, что сейчас его отец – профессор, заведует кафедрой.

– А чем Володя увлекался в детстве?

– Он в детстве перепробовал многое. Но все это сразу же закончилось, когда он увидел компьютер. Увлечение новой техникой свело его со многими программистами, много раз он ездил к Андрюше в Питер. Ты, вероятно, не знаешь, что Андрей закончил академию, адъюнктуру, защитился, сейчас возглавляет научно-исследовательский центр. Володя, приезжая к нему, сидел в академии безвылазно, его не соблазняли никакие развлечения. Дружба со слушателями, которые восхищались им, подтолкнула его к военной карьере, о которой он до этого и не помышлял. Хотя, возможно, сыграли свою роль и гены... Неудивительно, что мой второй сын – прирожденный хирург. Пока не ясно, кем станут младшие. Может, хоть кто-нибудь из них пойдет по моим стопам.

Игоря Алексеевича пронзила боль: он не видел, как рос его сын! Для сына он всегда будет чужим, у него есть любимый, замечательный отец, а он в лучшем случае станет своему сыну только тестем.

Откашлявшись, он негромко произнес:

– Наташа, то, что я сейчас скажу, не должен знать никто, кроме тебя и твоего мужа.

Голос его дрогнул.

– Наши дети могут пожениться! И их малыш должен увидеть свет. Может быть, это единственный родной внук, которого мне суждено иметь. По крайней мере, я смогу назвать его своим.

– О чем ты говоришь? А вдруг ребенок родится больным?

– Ребенку ничто не грозит – не больше, чем другим нормальным детям. Володя и Леночка не могут быть братом и сестрой, потому что она мне... не родная дочь. Мы с Никой воспитывали ее с первых дней ее жизни, но мы не ее родители...

Наталья Евгеньевна потрясенно смотрела на мужчину:

– Твоя невеста тебя обманула?

– Нет. Никто не знал, что она тяжело больна. Все выяснилось, когда она потеряла ребенка и едва не умерла сама.

Бросить Нику у меня не хватило совести. Ты была не доступна для меня, а к ней я привязался, жалел ее, в некоторой степени винил себя.

Еще несколько раз она беременела, но дети погибали в родах. Врачи боялись идти на кесарево: неизвестно, какой ребенок будет, а мать может погибнуть.

Каждая такая трагедия усиливала депрессию жены и ухудшала ее здоровье. К счастью, ожидался мой перевод к новому месту службы. Мы решили удочерить чужого ребенка.

Пришлось немного обмануть родителей, сказать, что Леночка родилась преждевременно сразупосле нашего приезда в часть, а мы, якобы, это суеверно скрывали, напуганные прежними несчастьями. Нам поверили. Кроме нас с Никой до сего дня никто ничего не знал. Теперь и ты знаешь правду. Леночка стала нашей любимой дочерью. С ее появлением в доме и жене стало лучше. У нас тоже сложилась семья...

* * *

Они долго молчали. Только что через жизнь каждого из них прошли разлука, боль, горе. Но были дети, которые давали силы жить. Сегодня решалась судьба их детей. И они должны быть счастливы, ребенок должен родиться, стать их первым внуком. От них требовалось только одно: оставить прошлое в прошлом, чтобы оно не помешало будущему. И они это сделают, им для этого хватит сил!

Игорь Алексеевич с признательностью посмотрел в прекрасные вишневые глаза женщины, подарившей ему сына и новое счастье.

Екатерина МАТРАКШИНА

Перед свадьбой / Газета «Ставропольская правда» / 29 марта 2002 г.