Несколько дней назад я и не думала, что судьба сведет меня с интереснейшим человеком – Александром Пильцовым, бывшим военным моряком, мастером точной механики, немного астрономом, коллекционером и по совместительству фотографом.

Александр Пильцов в изомузее

Александр Пильцов в изомузее

© Фото: Дмитрий СТЕПАНОВ

Александр Пильцов

Александр Пильцов

Квартиру пронзила трель звонка. Дверь открылась, и на пороге меня встретили милейшие люди – Александр Ефимович и его супруга Фаина Александровна. С первых секунд появилось ощущение, что попала в необычный дом: модель Солнечной системы, карты звездного неба на стенах, книжные полки, набитые научной и художественной литературой. Многочисленные чемоданы, ящики, шкатулки и различные контейнеры скрывали свои загадки.

– Мне 79 лет, но меня никак не выгонят с работы, – с юмором говорит о себе Александр Ефимович.

А стаж у нашего героя, поверьте, немаленький. Он был сигнальщиком во время службы на Военно-морском флоте, потом работал в таксопарке, вплоть до закрытия предприятия, и по совместительству в оптике «Гемер», сотрудником которой, кстати, остается по сей день. Но заказы в основном берет на дом.

Различная оптика – его давняя страсть. С 1968 года А. Пильцов увлекся фотоаппаратами и ремонтировал их в объединении «Объектив», а также принимал бесчисленное количество заказов на ремонт медицинской техники.

– Как-то я переделывал фотоаппарат Pentacon под свою собственную конструкцию, в итоге удалось изменить принцип работы счетчика пленки, – вспоминает мастер. – Это позволяло сделать больше снимков – не двенадцать, как было написано на упаковке, а все восемнадцать, что очень нравилось фотографам. У меня такой аппарат до сих пор где-то лежит.

– Я заметила у вас на стене карты звездного неба: как вы увлеклись астрономией?

Александр Ефимович на несколько секунд покинул комнату и вернулся уже со странным внушительным предметом в руках, аккуратно расчистил место на своем рабочем столе и с гордостью водрузил на столешницу, как выяснилось, модель Солнечной системы:

– Ее я собрал сам, долго искал и заказывал детали через Интернет, мастерил. И вот, собственно, результат – действующая модель. Можно наблюдать цикл оборотов, которые совершают планеты вокруг Солнца. Я же служил на флоте, а в море без звезд никуда. Стал изучать астрономию – понравилось.

Затем Александр Ефимович указал рукой в сторону одной из загадочных коробок на шкафу:

– Как думаете, что там?

Угадать у меня не получилось. Тогда наш герой достал из коробки, не поверите, радиоуправляемый вертолет и показал мне, как это работает. Игрушка жужжала и летала по комнате, пока не приземлилась на ковер.

– Да, есть у меня и такое хобби. Расслабляет. Вы бы посмотрели в Интернете, какие чудеса с этими вертолетами вытворяют профессионалы. Они у них передвигаются быстрее автомобилей.

А вот его основное рабочее место: стол, заваленный различными инструментами, материалами, железками, применение которым я не знаю. И как памятник среди этого творческого беспорядка возвышается микроскоп.

– А чего вы удивляетесь? – спросил меня Александр Ефимович. – Часто приходится работать с очень мелкими деталями, без микроскопа никуда, помогает мне в работе над медицинской техникой. А сейчас я ремонтирую вот эти часы. Интересные, правда? Дочка привезла. Приобрела по случаю. Часы не шли – маятник был оторван. Вот я уже почти починил. Часы старые, с очень сложным механизмом, можно заводить всего лишь раз в год. А маятник, посмотрите, он не раскачивается, как обычно бывает, а ходит по кругу.

Потом пришел черед чемоданов с головоломками. Александр Ефимович продемонстрировал мне свою коллекцию. Это кубики Рубика разных видов, пятнашки, шкатулки с секретом, чего только нет. Практически все собрал сам.

– Скажите, откуда силы на столько увлечений?

– Все очень просто, я трудоголик. Знаете, это, наверное, уже болезнь. Вот тридцать два года работаю без выходных, а если и находится свободная минутка, то трачу ее на развитие. Всегда что-то делаю, создаю. Стараюсь отовсюду извлечь знания и пользу, даже литературу читаю в основном научную, техническую.

– Наверное, это все непросто?

– Отнюдь, мне это нравится. Вот только хотелось бы научить молодежь всему, что знаю сам. Найти себе ученика, наверное. Но это трудно, механика, к примеру, очень кропотливое дело, а нынешние молодые люди в большинстве своем неусидчивые, привыкли жить на всем готовом. А хотелось бы, чтобы молодежь следовала старой истине: созидание – это то, что делает нас и страну сильными и мудрыми.

Юлия ПАВЛУШОВА