Михаил Назимов

Михаил Назимов

Его причастность к декабрьским событиям берет начало в 1817 – 1818 годах, когда Назимов служил вместе с К. Рылеевым в одной части, расквартированной у города Павловска Воронежской губернии. Позже связь их возобновилась в Петербурге. В 1823 году Назимов вступил в Северное тайное общество, стал его деятельным членом. Во время восстания 14 декабря находился в отпуске в Пскове, вскоре выехал в Петербург, где был арестован. За отсутствием улик его поначалу освободили. Однако в ходе следствия над членами тайного общества фамилия Назимов упоминалась несколько раз. И вот вновь арест. 27 декабря Михаила Александровича допрашивал сам император Николай I.

Назимов был осужден по VIII разряду, приговорен к лишению чинов, дворянства и 20-летней ссылке. Мать обращается с прошением о свидании: «В вдовстве моем я оплакала потерю сына моего, пушечным ядром под Данцингом в кампании 1812 года раздробленного…», – пишет она императору. Марфе Степановне и брату Сергею позволили свидание. Больше им не суждено было встретиться – мать и брат умерли до возвращения Назимова на родину.

Ссылку Михаил Александрович отбывал сначала в Верхнеколымске Якутской области (это было одно из самых отдаленных мест ссылки), а с января 1827 года – в слободе Витим Киренского уезда Иркутской губернии. В 1829 году Назимов подал прошение на имя Николая I: «Всемилостивейший Государь, не лишите со свойственной Вам благосклонностью удостоить меня места в рядах храбрых воинов действующих армий Вашего Императорского Величества. Счастливым себя почту, если могу заменить в них собою рекрута…

Мая 7-го дня 1829 г. Слобода Витим».

Однако высочайшего соизволения не последовало, о чем 24 июля 1829 года военный министр Чернышев сообщал иркутскому гражданскому губернатору, через которого подавалось прошение.

На следующий год, в августе 1830-го, Назимова из Витима перевели в г. Курган Тобольской губернии. Здесь он оставил о себе очень добрые воспоминания. В Кургане по его проектам строились дома горожан и был возведен Богородице-Рождественский собор. Сохранилось несколько замечательных карандашных портретов ссыльных декабристов, сделанных Назимовым. Местная администрация все время аттестовала его как лицо, отличившееся примерным образом жизни и хорошим поведением.

Еще два года спустя штабс-капитан лейб-гвардии саперного батальона Илья Назимов обратился к шефу жандармов А.Х. Бенкендорфу с ходатайством о дозволении брату поступить рядовым в Отдельный Кавказский корпус. Ходатайство вновь было отклонено Николаем I. В резолюции говорилось: «Он более виновен, чем другие, ибо мне лично во всем заперся...».

Только в 1837 году последовало разрешение на перевод Назимова из Кургана рядовым на Кавказ. По дороге на Кавказ Назимов сдружился с поэтом-декабристом Александром Одоевским, который также был определен рядовым в действующую армию на Кавказе. В штабе войск Кавказской линии и Черноморья Назимов получил назначение в Кабардинский Егерский полк, стоявший в станице Пашковской, и 16 октября покинул Ставрополь. В эти дни в городе находился М.Ю. Лермонтов. Можно с полной уверенностью заключить, что знакомство Назимова с поэтом могло иметь место в первой половине октября 1837 года. Впоследствии, в 1840 – 1841 гг., Михаил Александрович неоднократно встречался с Лермонтовым в Пятигорске и Ставрополе. Многие очевидцы, знавшие Лермонтова, отмечали, что Назимов был на Кавказе в числе самых близких поэту людей.

Весной 1838 года Михаила Александровича перевели в прикубанскую крепость Прочный Окоп в 65 верстах от Ставрополя. В письме к товарищу-декабристу И.Ф. Фохту в Курган Назимов делился своими планами: «А я жду разрешения по просьбе моей отправиться в большую экспедицию на берег Черного моря, там будет сделан десант для построения двух крепостей. Здоровьем своим доволен: раз только схватил лихорадку, в три дня отделался от нее одним голодом. Климат здесь здоровый, ветры беспрестанные, как в Кургане. Чем ближе к Черноморью, лихорадка чаще и сильнее; там места низменнее и сырее. За Кубанью же начинается край подле большого снежного хребта, который лежит отсюда в полутораста верстах и в ясную погоду очень красиво рисуется под темной синевой неба на южном крае здешних далей…».

Летом Кабардинский Егерский полк участвовал в экспедициях в горы. Назимова как специалиста по саперному делу полковые командиры использовали при строительстве мостов, дорог, фортов. В апреле 1839 года Назимов был произведен в унтер-офицеры. В 1840 году Назимов служил в Лабинском отряде под начальством командующего Кубанской линией генерала Г.Х. Засса. В плане отряда предполагалось устройство трех укреплений на Лабе. 25 апреля 1840 года отряд собрался в Прочном Окопе. Об этом периоде А.П. Беляев вспоминал: «Из наших товарищей-декабристов в отряде были М.М. Нарышкин, М.А. Назимов, А.И. Вегелин и К.Г. Игельстром. Когда мы приехали, то в юрте Нарышкина всех нас помещалось пять человек».

В ноябре 1840 года Назимова произвели в юнкера. Служба его на Кавказе продолжалась около девяти лет. Только в 1846 году, когда все его товарищи вышли в отставку и он сам дослужился до чина подпоручика, Назимова уволили с военной службы. 22 июня 1846 года был подписан приказ об отставке Назимова «с производством в поручики».

Таким образом, декабрист полностью отбыл 20-летний срок наказания по приговору Верховного уголовного суда. В письме к Ивану Пущину Назимов сообщал: «На вопрос твой, кто из наших остался на Кавказе, кажется, я уже отвечал тебе, что никого. Я последний оставался там и возвратился оттуда…». (Впрочем, последним оказался А.И. Сутгоф, переведенный рядовым из Сибири в 1848 году и окончивший свой жизненный путь капитаном в 1872 году в Боржоми. – Прим. автора.).

О высоких моральных качествах М.А. Назимова сохранилось немало добрых отзывов его сослуживцев. К его словам и мнению прислушивались и нижние чины, и офицеры. А.П. Беляев так отозвался о нем: «По своему уму, высоким качествам, серьезности, прямоте характера, правдивости М.А. Назимов слыл и был каким-то мудрецом, которого слово имело для многих большой вес». Похожее мнение о Назимове мы встречаем в воспоминаниях декабриста Н.И. Лорера: «Немного людей встречал я с такими качествами, талантом и прекрасным сердцем…».

Михаил Александрович Назимов прожил долгую жизнь. Весной 1847 г. он женился на Варваре Яковлевне, урожденной Подкользиной. Поселившись в с. Быстрецове Псковской губернии, он вскоре приобрел широкую известность своей щедрой благотворительностью. По вступлении на престол императора Александра I с Назимова, как и с большинства его товарищей, сняты были все ограничения, и он принял деятельное участие в крестьянской земской реформе, состоя с самого введения земства сначала гласным, с 1861-го – мировым посредником, а затем в течение многих лет председателем Псковской губернской земской управы. В этой последней должности Назимов особенно много потрудился над вопросами о равномерной раскладке земских сборов, о возможности лучшей организации народного образования и о призрении бедных. В 1866 году году он был выбран почетным мировым судьей по Псковскому уезду.

Скончался Михаил Александрович 9 августа 1888 года на 88-м году в Пскове.

,

Он более виновен, чем другие... / Газета «Ставропольская правда» / 20 октября 2015 г.