Дело о турбине

Дело о турбине

Еще в майских указах Президента Российской Федерации были прямые указания по повышению прозрачности работы российских судов. Что ж, теперь мы видим, как эта прозрачность повышается на конкретных примерах. Изучая судебную практику родного края, можно натолкнуться на целый ряд дел, решения по которым, мягко говоря, выглядят неоднозначными. Поводом для детального рассмотрения судебного производства стало нашумевшее разбирательство с корабельной турбиной, ответчиком по которому выступает страховая компания федерального уровня. Несомненно, страховщики – частые гости в российских судах, и тому есть множество причин. Вы сами знаете, как трудно временами получить положенное возмещение по автостраховке.

И тем не менее необходимо соблюдать равенство прав всех сторон судебного разбирательства. Но в данном конкретном случае чем пристальнее мы смотрим на это разбирательство, тем больше становится очевидным, что в беспристрастности суда появляются большие сомнения.

Упомянутое нами дело тянется уже с 2013 года. Некая организация застраховала грузоперевозку турбинной установки в крупной федеральной страховой компании. При погрузке механизма в грузовой автомобиль КамАЗ в г. Пятигорске произошел обрыв стропильных тросов, в результате которого двигатель упал на асфальт с высоты 5 метров и получил серьезные повреждения. Казалось бы, рядовой случай, случается сплошь и рядом. Договор страхования был заключен в отношении турбинной установки с серийным номером 35 и предусматривал ответственность страховщика при погрузке-разгрузке и перевозке груза. Эксперты страховой компании прибыли на место события для оценки повреждений. Страхователь предъявил экспертам поврежденную турбинную установку, но с серийным номером 4, то есть агрегат, не предусмотренный договором страхования. Представленный двигатель находился в разукомплектованном состоянии, с нарушением инструкции по консервации изделия, без заводской тары, в поврежденном состоянии при ударе о землю, с повреждениями, которые были получены в неустановленное время до заявленного падения турбинной установки.

При дальнейшем разбирательстве выяснилось, что сам факт погрузки двигателя в грузовой автомобиль не подтверждается, т. к., согласно свидетельским показаниям, заверенным нотариусом г. Пятигорска, ни самого КамАЗа, ни его водителя в момент аварии на территории страхователя не находилось. Деталь перемещалась в неких иных целях, что подтверждают показания оператора крана. Таким образом, страховое событие не случилось, более того, страхователь предъявил представителям страховой компании совершенно иной двигатель, отличный от указанного в страховом полисе.

В подобных обстоятельствах страховая компания не нашла причин для выплаты страхового возмещения. Страхователь немедленно обратился в суд для взыскания средств со страховой компании. И тут начинается самая интересная история.

Во-первых, сумма иска составила более 70 млн рублей! Именно за такую сумму страхователь продал двигатель компании сторонней организации, которая, в свою очередь, поручила именно страхователю обеспечить перевозку двигателя. Сделка была оплачена векселем на указанную сумму. Здесь важно понимать, что замена денежного обязательства вексельным влечет для продавца имущества большие финансовые риски, поскольку к моменту предъявления векселя к оплате имущество уже должно быть передано покупателю, а сама оплата будет зависеть от наличия у него необходимых денежных средств. Согласно же бухгалтерскому балансу компании-покупателя за 2012 год, величина активов ее составляла сумму столь незначительную, что говорить об обеспеченности векселя не приходится. В подобной ситуации принятие простого векселя в качестве оплаты за поставляемое оборудование стоимостью 71,5 млн рублей сложно объяснить с точки зрения разумности и осмотрительности. Сам факт такой сделки не может не вызывать подозрений.

Страхователь организовал экспертизу турбинной установки. Независимый оценщик полностью подтвердил стоимость детали. В отчете об оценке эксперты сослались на коммерческое предложение завода – производителя механизма, в котором указана стоимость аналогичной детали. Однако в ответ на официальный запрос страховой компании завод-изготовитель сообщил, что компания-оценщик не обращалась к ним за подобными разъяснениями, более того, в представленных независимой экспертизой документах указана фамилия представителя завода, которого на самом деле не существует. Таким образом, оценка выглядит уже не то чтобы независимой, но и очень сомнительной в своей юридической чистоте. А согласно данным информационной системы СПАРК «Интерфакс», бухгалтерская и финансовая отчетность той самой компании-оценщика заканчивается уже далеким 2007 годом. Достаточно странно для организации, успешно проводящей вроде бы независимую экспертизу, за которую, очевидно, получает вознаграждение и обязана отчитываться об уплате налогов. Впрочем, в свете всех событий возможно, что оценщик получил вознаграждение за такое удобное страхователю заключение. Но можно ли тогда назвать такую оценку независимой, большой вопрос.

И несмотря на все приведенные доказательства и сомнительность наличия застрахованного агрегата в принципе, судья первой инстанции О. в г. Пятигорске полностью признает правоту страхователя и выносит решение о выплате страхового возмещения. При этом само дело рассматривалось со значительными нарушениями с точки зрения процессуальных норм. На протяжении нескольких судебных заседаний в нарушение ст. 228 ГПК РФ игнорировалась необходимость ведения протокола. В ответ на запрос страховой компании о представлении протоколов заседаний для изучения судья О. ответила в духе, что вас много, а я одна, чтобы протоколы готовить. Блестящий пример для возвышения авторитета судебной системы.

В ходе слушаний по делу, по мнению ряда юристов, судья О. неоднократно нарушала процессуальные нормы. Она задавала наводящие вопросы свидетелям истца, отказывалась принять во внимание доказательства ответчика, позволяла себе комментировать ход выступлений страховой компании с видом заранее принявшего решение человека.

Впрочем, наше удивление покажется чрезмерным, особенно если слегка ознакомиться с судебной деятельностью госпожи О., хорошо известной на Ставрополье. На ее действия уже неоднократно поступали жалобы граждан на процессуальные нарушения в ходе рассмотрения дел, чаще всего на грубое нарушение сроков изготовления и выдачи судебных решений. Только в течение 2010 года в адрес совета судей Ставропольского края на г-жу О. поступило 24 обращения, 12 из которых признаны обоснованными. Совет судей тогда постановил привлечь судью О. к дисциплинарной ответственности за систематическое нарушение Закона «О статусе судей в Российской Федерации». Прошло несколько лет, но ситуация не сильно изменилась. Судья О. не учла полученных уроков и при рассмотрении данного дела продолжала нарушать процессуальные нормы.

Тем не менее решение судьи совершенно однозначно – взыскать страховое возмещение. И вот уже суд второй инстанции в Ставрополе отказывает страховой компании в проведении судебной экспертизы турбинной установки, посчитав, что ранее сделанного анализа вполне достаточно. Об особенностях независимого исследования мы уже рассказали выше. О случаях волокиты и затягивания рассмотрения дела и говорить не приходится. По мере рассмотрения дела дважды менялся и состав судейской коллегии. И каждый снова знакомился с материалами дела, занимающими не один том, снова требовал доказательств и снова в них сомневался. И в итоге – вторая инстанция полностью согласна с выводами суда в Пятигорске – выплате быть! Обоснование такого решения – на совести самих судей.

Год назад в Ставропольском крае сменился председатель суда – высокий пост занял Евгений Кузин. Главной целью его работы стало именно наведение порядка в судах края. Он, будучи человеком военным (до прошлогоднего перевода в Ставрополь был зампредом Ленинградского окружного военного суда), тяготеет к конкретике. Всего полгода назад на специальном семинаре, подводя итоги работы судебной власти Ставрополья в 2014 году, Евгений Борисович особо отметил, что 4,3 тысячи судебных дел были рассмотрены с нарушением сроков, и пригрозил подчиненным наказывать их за волокиту по всей строгости.

Особенности работы ставропольских судов хорошо известны в крае. На том же совещании полпред президента Сергей Меликов говорил о том, что суды на Ставрополье нередко принимают решения, явно лежащие за пределами правовой логики. Еще одно регулярное нарушение – несоблюдение порядка извещения сторон: присылают их или задним числом, или за несколько часов до начала заседания, или вообще не присылают. А вот это, жестко заметил Кузин, уже уголовно наказуемое деяние. Причем, как правило, не извещают вовремя именно ответчиков. Истцы сами обратились в суд за правдой, они все равно придут…

Борьба со всеми вышеперечисленными явлениями и является первоочередной задачей нового председателя краевого суда. Конечно, год на посту – слишком короткий срок для решения всех накопившихся проблем. Но первые эффективные шаги уже видны. Ведутся действия по реальному исполнению указов президента. Проводятся проверки качества работы судов на всех уровнях, ведется активная борьба с процессуальными нарушениями и волокитой при рассмотрении дел. Есть настоящие успехи, но путь впереди еще трудный. Хочется надеяться, что все «особенности» ставропольского правосудия скоро останутся в прошлом. И дело о пресловутой турбине придет к справедливому завершению.

Сергей ФИЛАТОВ.

Дело о турбине / Газета «Ставропольская правда» / 25 сентября 2015 г.