Десять лет назад по благословению и при непосредственном участии архиепископа Ставропольского и Владикавказского владыки Феофана на базе бывшей ученической бригады в окрестностях станицы Темнолесской появился Спасо-Преображенский духовный центр по реабилитации людей, попавших в наркотическую зависимость. Основатель центра – депутат краевой Думы Николай Новопашин, он же руководит им и сегодня.

Спасо-Преображенский духовный центр по реабилитации людей, попавших в наркотическую зависимость

Спасо-Преображенский духовный центр по реабилитации людей, попавших в наркотическую зависимость

© Фото: Эдуард КОРНИЕНКО

Спасо-Преображенский духовный центр по реабилитации людей, попавших в наркотическую зависимость

Спасо-Преображенский духовный центр по реабилитации людей, попавших в наркотическую зависимость

© Фото: Эдуард КОРНИЕНКО

Спасо-Преображенский духовный центр по реабилитации людей, попавших в наркотическую зависимость

Спасо-Преображенский духовный центр по реабилитации людей, попавших в наркотическую зависимость

© Фото: Эдуард КОРНИЕНКО

Спасо-Преображенский духовный центр по реабилитации людей, попавших в наркотическую зависимость

Спасо-Преображенский духовный центр по реабилитации людей, попавших в наркотическую зависимость

© Фото: Эдуард КОРНИЕНКО

Спасо-Преображенский духовный центр по реабилитации людей, попавших в наркотическую зависимость

Спасо-Преображенский духовный центр по реабилитации людей, попавших в наркотическую зависимость

© Фото: Эдуард КОРНИЕНКО

Спасо-Преображенский духовный центр по реабилитации людей, попавших в наркотическую зависимость

Спасо-Преображенский духовный центр по реабилитации людей, попавших в наркотическую зависимость

© Фото: Эдуард КОРНИЕНКО

Спасо-Преображенский духовный центр по реабилитации людей, попавших в наркотическую зависимость

Спасо-Преображенский духовный центр по реабилитации людей, попавших в наркотическую зависимость

© Фото: Эдуард КОРНИЕНКО

Спасо-Преображенский духовный центр по реабилитации людей, попавших в наркотическую зависимость

Спасо-Преображенский духовный центр по реабилитации людей, попавших в наркотическую зависимость

© Фото: Эдуард КОРНИЕНКО

Спасо-Преображенский духовный центр по реабилитации людей, попавших в наркотическую зависимость

Спасо-Преображенский духовный центр по реабилитации людей, попавших в наркотическую зависимость

© Фото: Эдуард КОРНИЕНКО

Изначально здесь были только полуразрушенные здания, но постепенно силами реабилитантов и руководства центр преображался. А сегодня превратился в живописное место: аккуратные домики, ухоженные клумбы. Но добраться до Спасо-Преображенского не так уж и просто. Заасфальтированной дороги нет, и часть пути приходится преодолевать по грязи. Однако сложный путь стоил того. Сегодня в центре событие – крестят одного из реабилитантов, Салавата. В центре есть свой небольшой храм. Правда, здесь еще не все доделано: нужно заниматься внутренним убранством.

– Все сможем, все сделаем! – рассказывают мне реабилитанты, которые постепенно «стекаются» в храм помолиться за товарища.

Тем временем духовник этого центра, священник Александр готовится к таинству. На лице Салавата смирение, он давно уже принял решение стать православным и рад, что наконец-то его желание воплощается в жизнь. Теперь его будут звать Серафим. Именно такое имя он выбрал для крещения. На Ставрополье мужчина приехал из Башкирии. Говорит, что сестра посоветовала.

– У меня дурная привычка есть… Выпивать люблю, – со смущением рассказывает Салават. – Я еще на родине пытался вылечиться, жил в реабилитационных центрах. Но ничего мне не помогало. Пару месяцев – и я опять начинал пить. А здесь, думаю, все получится. Религия – это свет для меня.

Вера для каждого реабилитанта стала основой излечения. Кажется, что в церкви лица бывших наркоманов и алкоголиков светлеют и преображаются.

– Когда есть духовный стержень, когда прислушиваешься к голосу своей совести, когда понимаешь, что в любом случае грядет Суд Божий, тогда не будешь грешить и заниматься непонятно чем, – рассказывает мне отец Александр.

После обряда реабилитанты разбредаются по своим делам. Их много, и надо все успеть сделать. Хозяйство, кухня, теплица… Дров, в конце концов, нужно нарубить. Центр – это своеобразная автономия. Практически все, что нужно для жизни, реабилитанты добывают, выращивают и делают сами. Трудотерапия – это вторая составляющая излечения.

Виктор в центре полгода. Слышен столичный акцент, оказывается, действительно он не местный, приехал из Санкт-Петербурга, который упорно продолжает называть Ленинградом. Мой новый знакомый уверен, что жизнь наконец-то начала налаживаться.

– Я попал сюда, потому что хотелось пожить еще хоть немного, – его голос очень решительный. – Вылечусь и уеду в Крым.

– Поддались общенациональному патриотическому настрою, что «Крым – наш»? – интересуюсь я.

– Он всегда был моим! – напористо отвечает Виктор. – У меня там живет бабушка, есть дом. Я хочу продолжать работать в порту, как в Ленинграде. Там меня выгнали из-за наркоты…

Прогуливаясь по территории центра, встречаем Александра. Бойкий молодой мужчина в красной куртке с радостью вступает в диалог. Ему скрывать нечего, у него жизнь благодаря центру тоже стала лучше.

– Я долго употреблял наркотики. Мне, по большому счету, уже было на все наплевать. Дошел до того, что три раза попадал в реанимацию. Казалось, что все, умер. Но почему-то выживал… Если бы не решился бросить, то уже, наверное, не разговаривал бы сейчас с вами. Надо было срочно что-то делать, иначе четвертой реанимации я бы уже не пережил. Поэтому и начал искать варианты. И вот оказался в центре, – делится Саша, он приехал на Ставрополье из соседней Ростовской области.

Говорит, что в центре народ разный. Средний возраст реабилитантов – 30 лет. Самому молодому 22, а самому пожилому за 70. Многие приходят сюда, как и он, по своей воле. Но есть и такие, которых родственники привозят «силком». Как раз они чаще всего не выдерживают трудного быта.

– Никого не заставляют тут находиться. Но мы с каждым беседуем. Вот закружило у него в голове: хочу домой – и все тут. Тогда все собираемся, разговариваем, узнаем, почему человеку плохо у нас. Часто убеждаем. Мало кто вот так взял и ушел. Мы все стараемся поддержать друг друга, не вспоминать о «темной стороне» прошлого. Поэтому потихоньку забываешь о вредных привычках. Здесь совсем другие проблемы, другие вопросы нужно решать. Получается, просто не до того, чтобы вспоминать о наркотиках или алкоголе, – говорит Саша.

– А как же физическая зависимость? – интересуюсь я.

– Самое страшное – в нашей голове, в мыслях. Все зависимости от того, что у нас душа слабая. Поэтому и тело сдается, хочет выпить, покурить, уколоться. Тут выход один: нужно развивать силу воли. Через Бога или через какие-то другие моменты, у кого как получается. Никаких медикаментов. Все на духовности. Только так ты становишься сильнее. А если и таким образом не получается, то помогает пример товарищей, которые бросили. Самое главное, что все от тебя зависит, – делится Александр.

Виктор тоже уверяет меня, что коллектив сильно влияет на выздоровление.

– Мы же все через это проходим, поэтому поддерживаем друг друга. Смотришь на них и стараешься равняться, – говорит он и продолжает. – Я до этого побывал во многих центрах реабилитации, но медикаменты не дают такого эффекта. Пролечился таблетками, тебя прокололи, прокапали, вышел спокойный и здоровый. Думаешь, что все нормально, а потом начинаешь опять… Главное – это психология. Я, когда сюда приехал, думал: ну и че? Веры у меня никакой не было, хоть я и крещеный… Постепенно стал молиться, пришел к Богу, хоть и не сказал бы, что я к нему окончательно пришел. Но, знаешь, теперь у меня так: встал утром, помолился… Сам! Никто не заставляет! И день проходит как-то без напряга. Это придает силы.

– А как вы справились с физиологической зависимостью? – задаю и ему тот же вопрос.

– Я не встречал ни одного наркомана, который умер бы «на ломках». Они проходят примерно через неделю, – отвечает мой собеседник.

Помогает и ежедневный труд. Виктор, например, старший по хозяйству.

– Мне кажется, что оно у нас мегабольшое! Десять свиней, шесть коров, две лошади, много кур, козы… Почти все, что на столе, наше, – говорит он, заходя в местную столовую.

Там все в густом пару: горячий гороховый суп разливают по тарелкам. Все проголодались, но за стол без молитвы не садятся. За обедом продолжаем разговор.

– Вова вот тоже любитель выпить, – говорит Саша, показывая на одного из мужчин, – сам-то он парень неплохой.

Вова в этот момент скромно улыбается и недоверчиво смотрит на меня. Рассказ о нем продолжает Саша.

– Парень отлично знает технику, хочет жениться. Но чтобы продолжать нормально жить, надо перестать бухать, – говорит он.

– А что привело к такой жизни? Вот конкретно вас?

– Захотелось ярких красок. А тут еще возможность была…

– Вы хорошо зарабатывали?

– Хорошо – не хорошо, а на наркоту хватало. Оно затягивает так, что сам не замечаешь. По чуть-чуть, по чуть-чуть… Звучит банально, но поначалу действительно кажется, что в любой момент можно бросить. Но потом без этого становится совсем невесело. Следующий этап – ты не можешь без них жить, потому что у тебя ломка, – делится Александр.

– Начал употреблять, потому что просто хотел попробовать, что это такое. Влез в это болото, – вступает в разговор Виктор. – Я делал это втихаря от всех, никто и не знал. А когда выяснилось, были со мной всякие поучительные беседы. Всем обещал, что не буду, не буду, не буду и… опять тихарился, а это самое страшное – больше втягиваешься. С женой я развелся. С сыном она мне не запрещает общаться, но мы видимся только тогда, когда я в трезвости. Теперь вот думаю, лишь бы он никуда не влез. Это самое главное, чтобы молодежь не начинала. Я очень переживаю за своего сына.

– А как нужно воспитывать детей, чтобы они не начинали?

– Чаще показывать, к чему это приводит. Чтобы они понимали, что если будут вести такой аморальный образ жизни, то у них не будет ничего. Ни хороших машин, ни красивых жен… Вообще ничего.

После обеда идем к теплице. Здесь меня знакомят еще с одним Виктором. Он здесь «главный».

– Зимой у нас в основном только зелень растет. А летом и помидоры, и огурцы, и все что хочешь, – с гордостью рассказывает мужчина. А еще он занимается разведением птиц.

– Это мои павлины, – показывает в конец теплицы «хозяин», мы подходим ближе, и он рассказывает: – Это Вася и его «жены», Белка и Фенька. Пойдем, я тебе остальных птиц покажу.

В птичнике у него не только куры, но еще и фазаны.

– Девочки, где Алмаз? Застеснялся что ли? – ласково спрашивает Виктор у своих «подопечных». – Алмаз – это красивый самец фазан. Но от нас он почему-то прячется. Хочется, чтобы было что показать. Вот так приезжают гости, а у нас свой зоопарк есть.

Наши разговоры прерывают колокола: реабилитантов созывают на ужин. Вечером они почитают книги, посмотрят православное видео, помолятся и лягут спать в своих кельях. А завтра снова начнут путь возвращения к жизни. Обязательно с молитвой и трудом.