Сотрудники управления Федеральной службы по контролю за оборотом наркотиков по краю (УФСКН РФ по СК) разоблачили крупную организованную преступную группу, промышлявшую продажей спайса – синтетического наркотика.

Суд

К2, он же спайс

По всей России на больничных койках откачивают сотни любителей смертоносного наркотика под названием спайс. Киров, Сургут, Оренбург, Владимир – настоящая эпидемия. География ширится день ото дня. Наши, ставропольские спайсы были слабее. Но вот разоблачением группы наркоторговцев, подобной ставропольской, похвастаться может не каждый регион.

Но давайте разбираться во всем по порядку. Многие читатели ведь даже и не знают, что такое спайс и с чем его едят. Вернее, чем его наполняют. Spice ( «спайс», K2, в переводе с английского «приправа», «специя») – один из брендов синтетических курительных смесей, поставляемых в продажу в виде травы с нанесенным химическим веществом. Обладает психоактивным действием, аналогичным действию марихуаны. Спайсы появились в нашей жизни сравнительно недавно в Европе в 2004 – 2006 годах. Уже в 2008 году было установлено, что действующим компонентом смесей являются не вещества растительного происхождения, а синтетические аналоги основного действующего вещества марихуаны. Сейчас спайсы запрещены. В нашей стране тоже. Но купить их по-прежнему можно легко.

– Было можно легко, – уточняет полковник полиции Виктор Сердюков, заместитель начальника второго отдела следственной службы УФСКН РФ по краю. – Мы разоблачили преступное сообщество, которое занималось распространением спайсов, возбудили уголовное дело и сейчас расследуем его.

Преступный авторитет

Каждое дело начинается с задумки. Голова у задумщика этой преступной группы, надо признать, была светлая. Но с уголовным уклоном. Владимир Кораев (здесь и далее фамилии изменены), уроженец соседней Карачаево-Черкесии, был неоднократно судим. 22 года, проведенные за решеткой, сделали его человеком достаточно известным в криминальной среде. И вот в голове Кораева возникла мысль продавать наркотики под видом курительных смесей – причем бесконтактно.

Чем он и занялся в сентябре 2012 года на территории двух регионов – Ставрополья и КЧР. Если называть самые активные в наркопотреблении географические точки, то в крае это Ставрополь, Невинномысск, Ивановское, в Карачаево-Черкесии – Усть-Джегута, Псыж, Дружба, Черкесск. Северная Осетия пополнила «список влияния» наркодилеров чуть позже.

Организационная схема

Схема, по которой работали преступники, сейчас уже известна, она поражает своей изощренностью. Вся группа делилась на два подразделения – по регионам. В региональной бригаде свое разделение труда: руководитель, диспетчеры и закладчики.

Диспетчеры – самая удивительная преступная специализация. Именно они – ум организации. Они планировали, собирали заявки, вели переписку. И для лучшей организации труда даже организовали в Скайпе конференцию «Честный микс». Работа у диспетчеров не из легких. Целый день за компьютером. Кстати сказать, это женщины – они более внимательны. За день диспетчер принимала до 50 заказов: от трех до десяти граммов дури каждый. Она же указывала, где взять наркотики после оплаты через киви-кошельки, через которые шли расчеты. Она же отслеживала поступление денежных средств.

Надо отметить, что система конспирации была разработана тем же Кораевым на самом высшем уровне. Передача осуществлялась через тайники, например, под табличками с номерами домов. Поскольку считали систему конспирации неуязвимой, внутри нее не сильно заморачивались. Например, сообщение: «3mix, Пирогова, 65, под табличкой объявлений».

Для сотрудников наркокартеля существовал строгий запрет на общение по телефонам, тоже купленным «для служебных нужд» организацией, – только СМС, никаких голосовых контактов.

– Это далеко не полный перечень конспиративных и, я бы даже сказал, специальных приемов, – уточняет Виктор Сердюков. – Например, сим-карты менялись каждые 15 дней, киви-кошельки были оформлены на третьих лиц (людей находили на рынках), так же как и телефоны.

Безопасная закладка

Об оплате за работу в преступной организации мы еще поговорим ниже, но понятно, что закладчики – это нижняя ступень в преступной иерархии. Каждому кораевский наркосиндикат выдавал машину. Это были неприметные «Ока», жигулевские девятки и десятки. Закладчики получали деньги на ремонт авто, заправку ГСМ. Некоторым и права на вождение автотранспорта были получены (чтобы не сказать «куплены») в соседнем регионе.

Закладчиков берегли. Установка была такая: в случае опасности разбей машину, брось ее, но уйди сам. Хотя, если задуматься, берегли не закладчиков, а больше – организацию, которая давала совсем неплохие доходы. Работали закладчики по ночам, в это время улицы пустынны. Легче не привлечь к себе внимания.

– Сейчас к уголовной ответственности привлекаются 16 человек из кораевской наркомафии, – продолжает Виктор Сердюков, – 12 из них находятся под стражей, еще четверо активно сотрудничают со следствием.

Немного статистики. Из 16 членов группы семь – женщины. Возраст от 24 до 29 лет. Самый старший – Кораев, ему 46.

Следствие идет, но с трудностями. Они связаны и с большими объемами, и со сложностями документирования доказательств. Ведь в Интернете все были под никами – и диспетчеры, и заказчики.

«Социальные» гарантии

Доходы мафии не подсчитать – это известно давно. Но вот к расценкам на ее службе можно присмотреться. 200 тысяч рублей в месяц – цена трудов руководителя подразделения, 100 тысяч получал диспетчер, 50 тысяч – закладчик. Работала и система поощрений и наказаний. Наказывали за снижение объемов продаж, за неверно записанные адреса, за утрату закладок.

Были и поощрения. Например, хорошим работникам за счет организации покупали путевки за границу. Не в самые «крутые» страны, но Болгария и Греция в этом списке поощрений присутствовали. За счет фирмы покупали и личные автомобили для отличившихся. А вот здесь не скупились: «Хонда Аккорд», «Мерседес ml350», «Тойота Камри», «Инфинити», «Мазда-6»... Часть из этих авто арестованы, часть находится в розыске. «Тойота» стоимостью в миллион рублей предназначалась для самого Кораева.

Доходы наркомафии такие траты позволяли. В день прибыль каждого подразделения, по подсчетам следователей, составляла 100 тысяч рублей.

Кто же пошел на службу? Отметим с облегчением, ставропольчан там не было. Всех нашли агенты Кораева в Республике Мари-Эл и Москве. Всех привезли в Ставрополь, обеспечили квартирами и работой.

Правая рука

Правой рукой у Кораева была женщина, которой он безраздельно доверял, – 29-летняя Татьяна Кущелева. Она отбирала кандидатов для работы, учила делать закладки, уходить от преследования, сидела на кассе: вела учет поступающих денег, переводила их из киви-кошельков на банковские карты и обналичивала. На нее, как и на Кораева, оформлялись машины.

И была еще одна женщина – Светлана Карсова. Гражданская жена Кораева и мать его ребенка.

Психологический акцент

Сам Кораев выступал таким криминальным пугалом. Он кричал, ругался матом, грозил расправой. Все члены группы, как потом говорили на следствии, думали, что он вор в законе, ездил на дни рождения к авторитетам, обеспечивал отдых настоящих воров в законе на Ставрополье.

Молодняк, который работал на Кораева, с одной стороны, восхищался им, чувствовал себя приближенным к преступному авторитету. Блатная пыль быстро садится на уши... А с другой стороны, ребята реально боялись расправы.

Механизм разоблачения

Самый главный вопрос, который возникает у любого читателя, возник и у меня: как удалось победить эту махину?

– Работа по этому делу велась давно совместно с Росфинмониторингом, – говорит Виктор Сердюков.- Мы видели, что регион захлестнула волна спайсов, но долго подобраться к наркодельцам не могли. А дальше все с помощью оперативной комбинации и смекалки...

Понятное дело, что больше о специфике оперативной работы полковник ничего не скажет. Да и об окончании расследования говорить пока рано. Даже установление личностей членов группы было непростым, ведь все они жили на Ставрополье без регистрации.

– По деятельности группы в КЧР, – продолжает следователь, – тоже возбуждено уголовное дело, в нем 25 эпизодов. Сейчас соединены в одно производство около ста уголовных дел по фактам распространения наркотиков на Ставрополье, в Карачаево-Черкесии и Северной Осетии.

Следствие закончится еще не скоро, хотя для ускорения процесса в УФСКН по краю создана специальная следственная группа. А пока можно констатировать: ликвидация этой группы – большое достижение ставропольских борцов с наркоторговлей.

Валентина ЛЕЗВИНА