Памятник погибшим военнопленным во время оккупации Таганрога 1941-1943 гг.

Памятник погибшим военнопленным во время оккупации Таганрога 1941-1943 гг.

© Фото Ларисы Шашковой

На эту публикацию пришел отклик из Шпаковского района. Житель села Пелагиада Михаил Иванович Бульба пишет нам: «Среди красноармейцев из нашего края упомянут и мой отец – Иван Андреевич. Его призвали на фронт из села Петровского (ныне Светлоград) вместе с другими односельчанами в сентябре 1941 года. С тех пор ничего не было известно. В пятидесятые годы подавал в розыск – вскоре пришло извещение о том, что мой отец пропал без вести в декабре 1941 года. И вот спустя много лет мы с сестрой наконец узнали, где находится его могила…».

По воспоминаниям родных, в начале 1942 года домой вернулся сосед-однополчанин, которого комиссовали по инвалидности. Он рассказывал, что привезли тогда под Таганрог не менее двух тысяч бойцов. Выдали им на десять человек по одной винтовке, приказав наступать. «Впереди – немцы, а сзади – свои пулеметы. Какая разница, от какой пули умирать? – рассказывал сосед. – Немцы подпустили нас поближе и начали «косить»: как шли мы, так и падали шеренгами друг на друга. Меня ранило. Очнулся ночью – вокруг трупы, слышны стоны. Отца вашего я больше не видел. Звал его какое-то время, а потом с трудом отполз назад. Там меня свои и подобрали. В госпитале ампутировали руку и отправили домой…» – эти слова односельчанина навсегда врезались в память осиротевших детей. Михаил Иванович Бульба пишет: «С тех пор мы считали, что отец погиб под Таганрогом, но похоронку на него так и не получили».

Что пришлось испытать семье, потерявшей на войне кормильца, Валентина Ивановна Епанчина, родная сестра автора этого письма, рассказала мне уже по телефону: из троих детей она была старшей в семье. Помнит, как отец после короткой переклички во дворе военкомата прощался с родными. Она тогда громко плакала, прокричав вслед колонне: «Папа, не уходи с ними!».

– Мне было семь лет, но ощущение какого-то большого горя после проводов отца сразу отложилось в моем детском сознании, – говорит Валентина Ивановна.

Потом село Петровское оккупировали немцы, разместились они как раз по соседству – в здании школы. Напуганная детвора пряталась по подвалам, боясь выходить на улицу. Вскоре в селе установили комендантский час. Появились и военнопленные – состав с ними прибыл по железной дороге. Женщины ведрами варили для них борщ, стараясь как-то передать его через охранников… Голодных, полураздетых бойцов каждый день водили на рытье противотанковых окопов.

– Мы всегда на них смотрели с грустными мыслями об отце, – вспоминает Валентина Ивановна. – Маму однажды заподозрили в том, что она скрывает партизана и едва не убили прямо на наших глазах – троих перепуганных до смерти детей. Однажды она разбудила нас ночью. Прилипнув к окну, мы увидели яркое зарево и поняли, что горели больница, молочный завод, мясокомбинат, элеватор – запах сожженного зерна до сих пор меня преследует… Так отступали немцы. Потом мама тяжело заболела, и нас отправили по разным детским домам: мне было десять лет, одному брату – пять лет, другому – меньше четырех.

В детском доме Валентина Ивановна пробыла около двух лет, потом мать ее забрала, и они вместе уехали на Урал к родственникам. Вскоре им сообщили, что нашелся Миша, за которым пришлось ехать сюда вновь. Другого брата разыскать не удалось даже спустя годы, вернувшись в родные места. Самым странным образом была утеряна и единственная память об отце. Однажды в хату заглянул случайный путник. Увидев висевшую над зеркалом кубанку, стал ее примерять, а потом неожиданно выбежал за дверь. Догнать не удалось.

…Валентина Ивановна и Михаил Иванович живут в одном селе, помогая и поддерживая друг друга. Вместе они поехали и в Таганрог, узнав, что найдены документы, свидетельствующие о смерти отца. Там их встречал Роман Викторович Данилов из Ростовского областного клуба «Память-Поиск»: в его сопровождении брат и сестра побывали в местах, где шли кровопролитные бои и был ранен отец. На братскую могилу, где были похоронены пленные красноармейцы, они возложили цветы.

– Здесь я впервые в своей жизни произнес «папа», – признался Михаил Иванович.

В Таганроге живут две санитарки, работавшие во время войны в том самом госпитале. Общение с ними дополнило картину трагической судьбы многих таких же бойцов, как Иван Андреевич Бульба.

Татьяна ВАРДАНЯН

Вот и нашли отца… / Газета «Ставропольская правда» / 16 июля 2010 г.