Алексей Якшин

Алексей Якшин

© Фото из семейного архива А. Якшина.

Но судьба в очередной раз оказалась благосклонной к Алексею Максимовичу. Он почти сутки пролежал без сознания, засыпанный землей, пока похоронная команда, собиравшая с поля боя павших воинов, не обнаружила живого офицера. Кто-то из этой команды случайно задел длинным багром Якшина, вытащил его и увидел, что тот дышит. Не знал артиллерист, что пока он находился в беспамятстве, этот клочок крымской территории успел побывать под немцем, а затем его опять отбили наши.

Якшина можно назвать счастливчиком. Уйдя добровольцем на фронт в возрасте 17 лет в начале 1942 года, Алексей прошел через многие сражения, не раз был ранен, но остался жив. Призывался он из села Безопасного Труновского района. Окончив Винницкое пехотное военное училище, эвакуированное тогда в Краснодар, вместе с однокурсниками был направлен под Сталинград. Железнодорожный эшелон, перевозивший вчерашних курсантов, возле городка Котельниково подвергся жуткой бомбежке фашистских самолетов.

– Поезд остановился и все разбежались в разные стороны, – вспоминает ветеран. – Мы с товарищем спрятались в овраге. Переждали массированную атаку, и когда немецкие самолеты улетели, направились разыскивать своих. В училище каждому из нас выдали сухой паек и по две гранаты. Я положил боеприпасы в армейский котелок. Во время бомбежки я их потерял, а пропажу обнаружил лишь тогда, когда командир взвода выстроил личный состав и стал проверять наличие боекомплекта. Он мне дал полчаса на то, чтобы разыскать гранаты, иначе пообещал, что расстреляет перед строем. У меня сердце екнуло... Не буду описывать, чего мне стоило выполнить приказ, как я ползал среди многочисленных погибших, в некоторых их них узнавая своих сокурсников, но гранаты все-таки нашел.

Недалеко от Сталинграда в эшелон врезался фашистский танк и перевернул несколько вагонов. Алексей был в той части состава, которая не пострадала. Возле города, носившего имя «вождя всех народов», Якшин принял свой первый бой. Утром 23 июля немцы предприняли «психическую атаку»: наступали демонстративно-развязно, в полный рост, с засученными рукавами и, видимо, «вмазав» для храбрости. В окопах, где укрывался советский батальон, прозвучала команда идти в штыковую.

– У нас, в отличие от фрицев, была другая тактика: мы шли плотно, плечом к плечу, – рассказывает Алексей Максимович. – Когда уже столкнулись с противником, я со всей силы саданул прикладом винтовки одному фашисту прямо в лоб. Другого насквозь проткнул штыком. Не успел сделать шаг, как почувствовал, что вражеский штык ударился о звезду на моем ремне и полоснул по правому боку. В горячке я продолжал бой, и только потом, когда решил посмотреть рану и снял ремень, увидел чуть не вывалившиеся собственные внутренности.

Выйдя из госпиталя, Якшин окончил курсы артиллеристов и стал командиром расчета боевой машины реактивной артиллерии БМ-13 («катюши») в дивизии РГК (Резерва главнокомандующего). В июле 1943-го это воинское формирование перебросили на Курскую дугу. Во время знаменитой битвы на ракетные установки начали упорно наседать немецкие самолеты. Пришлось уводить машины из-под обстрела. Но одна из бомб все-таки упала рядом с «катюшей» Алексея. Он получил серьезнейшее ранение. Снова госпиталь.

В 1944 году – Прибалтийский фронт. В Латвии в один из осенних дней Якшин руководил перевозкой снарядов. Сидя рядом с водителем, он совершенно случайно посмотрел в зеркало заднего вида. И там отчетливо «нарисовался» лик его смерти – перекошенное злобой лицо незнакомца, который уже приготовил руку с ножом для удара. Еще бы секунда – и все, конец. Алексей Максимович резко выхватил пистолет и выстрелил. Убитый оказался местным фашистским пособником.

В январе 1945-го дивизию РГК направили под Кенигсберг. В ходе тяжелейшего боя Якшин опять был ранен – на этот раз в ногу – осколком снаряда. До сих пор у него шрам, длиной почти в три пяди. Около года потребовалось на то, чтобы восстановить здоровье. Великую Победу он встретил в красноярском госпитале. Потом демобилизация и возвращение домой, в Безопасное.

У Алексея Максимовича несколько государственных наград: два ордена Красной Звезды, два ордена Отечественной войны, медали «За отвагу» и «За оборону Сталинграда». Среди юбилейных и памятных больше всего ему дорога медаль «Курская битва». В мирное время он многие годы работал на железнодорожном транспорте. Уже давно живет в Ставрополе. В свои 85 лет несет общественную вахту в Совете ветеранов Октябрьского района.

Однако сложилось так, что сейчас инвалид Великой Отечественной войны, ветеран труда Якшин вместе с женой ютится в съемной квартире. Как он рассказал, городские власти не ставят его в очередь на получение жилья, поскольку в квартире сына, где прописаны пять человек, в том числе и Алексей Максимович, общая площадь всего на два квадратных метра больше установленного федеральными нормами...

Игорь ИЛЬИНОВ

Штык не взял и пуля не сразила / Газета «Ставропольская правда» / 20 февраля 2010 г.