Знаменитый Провал на горе Машук с давних пор привлекал к себе всеобщее внимание – от геологов и курортологов до каждого, кто когда-нибудь побывал на Кавказских Минеральных Водах или слышал о нем. Находим упоминание о Провале и в литературе – как у М. Лермонтова в «Княжне Мери», так и у И. Ильфа и Е. Петрова в «Двенадцати стульях».
Остап Бендер – памятник возле Провала на Машуке в Пятигорске

Остап Бендер – памятник возле Провала на Машуке в Пятигорске

© Фото: Наталья БЫКОВА

Киса Воробьянинов – памятник в Пятигорске у входа в Цветник

Киса Воробьянинов – памятник в Пятигорске у входа в Цветник

© Фото: Наталья БЫКОВА

Провал в Пятигорске на горе Машук (вид внутри)

Провал в Пятигорске на горе Машук (вид внутри)

© Фото: Александр ЦВИГУН

Провал в Пятигорске на горе Машук

Провал в Пятигорске на горе Машук

© Фото: Александр ЦВИГУН

Вспомним эпизод из «Двенадцати стульев»:

«...Остап остановился у входа в Провал (который, кстати, авторы произведения назвали «малахитовой лужей». – В. В.) и, трепля в руках квитанционную книжку, время от времени вскрикивал: «Приобретайте билеты, граждане! Десять копеек! Дети и красноармейцы бесплатно! Студентам – пять копеек, нечленам профсоюза – тридцать копеек!» Остап бил наверняка: часам к пяти набралось рублей шесть – помогли нечлены профсоюза, которых в Пятигорске было множество... Заплатили и милиционеры, деликатно осведомившись, с какой целью взимаются пятаки (великий комбинатор приравнял милиционеров к студентам). «С целью капитального ремонта Провала, – дерзко ответил Остап, – чтобы не слишком проваливался!..».

Как известно, в наши дни памятник Бендеру установлен именно у входа в Провал, а его «концессионеру» Кисе Воробьянинову – у входа в Цветник, где когда-то этот персонаж стоял с «протянутой рукой», изображая «бывшего депутата Государственной Думы»...

Интересно, что у предприимчивого Остапа были реальные исторические предшественники в стремлении заработать на популярном зрелище, что отразилось даже в некоторых документах первой половины XIX века, за двадцать лет до того, как был сооружен и открыт туннель к Провалу. В документах Кавказского областного правления имеется рапорт директора строительной комиссии Кавказских минеральных вод Чайковского от 27 сентября 1837 года, в котором сообщается, что отставной действительный статский советник князь Голицын предложил проект оборудования Провала на свои средства.

Голицын говорил, что ему не дает покоя мысль о возможности посещать Провал и даже опускаться туда без всякой опасности, учитывая «любопытство господ-посетителей обоего пола». Далее он сообщал, что случайно высказал эту мысль в присутствии архитекторов Бернардацци, которые охотно согласились составить проект и провести все необходимые работы под своим непосредственным наблюдением без всякой оплаты. Голицын, несмотря на это, ходатайствовал о поощрении архитекторов, которое в будущем, по окончании работ, должно выразиться в половине суммы сборов с посетителей. Первая половина суммы должна использоваться на благоустройство Провала, а вторая – по предложению архитекторов – на устройство католического храма и в благотворительных целях – в пользу бедных Пятигорска.

Затем началась длительная переписка строительной комиссии с вышестоящими инстанциями вплоть до начальника Кавказской области. Там, «наверху», засомневались в прочности «сих построек», особенно моста над Провалом, и «не будут ли вообще посетители подвергаться опасности». Кроме того, вышестоящих беспокоило еще одно обстоятельство: не является ли это место чьей-нибудь собственностью. В переписке прошел год.

Между тем устроенный на средства князя над Провалом мост требовал укрепления, а разрешение на дальнейшие работы получено не было. В связи с этим архитекторы в 1838 году отказались от проекта. Так закончилась первая попытка благоустройства Провала.

К этому вернулись лишь летом 1856 года: по инициативе М. Муравьева, министра госимуществ, было проведено подробное исследование Провала, в котором принял самое деятельное участие Ф. Баталин. Ранее членом одной из многочисленных комиссий по обследованию источников Кавказских минеральных вод уже высказывалась мысль об устройстве рукотворного туннеля для прохода в Провал. В исследовании 1911 года, изданном на курорте под названием «Большой Провал в Пятигорске», достаточно подробно описано это сооружение. Отсюда узнаем, что появившаяся в 1857 году в «Отечественных записках» публикация на эту тему способствовала началу работ. Через четыре месяца, после утверждения проекта и сметы наместником Кавказским князем Барятинским, в Пятигорске приступили к осуществлению замысла. Все расходы взял на себя московский почетный гражданин П. Лазарик.

Предполагалось, что работы могут быть закончены в течение полутора-двух месяцев. Но камень, который пришлось вынимать, оказался твердым до такой степени, что необходимо было постоянно применять порох. Кроме того, уже у цели, после очередного взрыва, в проем хлынула вода. Чтобы туннель не вышел ниже поверхности озера, пришлось заделывать отверстие, выкачивать воду и пробивать горную породу выше прежнего уровня. Все затянулось до июля 1858 года.

Перед открытием Провала для удобства проложили экипажную дорогу. В упомянутой брошюре «Большой Провал в Пятигорске» описано было торжественное освящение грота 23 августа епископом Кавказским Игнатием. «...После погружения креста в воду и окропления стен Провала святой водой на северо-западной стене против входа был поставлен образ Скорбящей Божией Матери, к которому устроен деревянный мостик с железными перилами». Гораздо позже – в 1909 году – рядом с этим образом также на пожертвования сооружен майоликовый иконостас, в котором помещался образ святого великомученика и целителя Пантелеймона.

Из этого же источника узнаем, что немедленно после открытия туннеля в специальном бассейне начались купания. Сначала, разумеется, купались ради удовольствия, но вскоре Пятигорск наполнился слухами об особой, немыслимо целительной воде Провала. Один рассказывал, что после двух-трех купаний он излечился от лихорадки, другой «освободился от брюшных завалов», третий поправил зрение, четвертый избавился от лишаев, у пятого восстановился слух и т. д.

Неудивительно, что после этих рассказов больные стали стекаться к Провалу. По распоряжению директора Кавминвод были устроены деревянная плавучая купальня и небольшой бассейн для питья воды в восточной части Провала.

Прошло много лет. С течением времени слухи об исключительно чудодейственной силе воды в Провале сошли на нет, да и научные исследования показали, что эта вода существенно не отличается от других целебных сероводородных вод Пятигорска. Но сам Провал как совершенно уникальное явление природы по-прежнему удивляет всех, кто хотя бы раз побывал на Кавказских Минеральных Водах.

Валерия ВОДОЛАЖСКАЯ

Чтоб не сильно проваливался... / Газета «Ставропольская правда» / 31 июля 2009 г.