Первый зубик прорезался только вчера: чайная ложка тоненько дзынькнула в маминых руках, и в воспаленной десне она заметила маленькую белую точку. Галине, наверное, следовало бы бурно прореагировать на это событие – как минимум подпрыгнуть до самого потолка, закричать «Ура!», зацеловать-затискать дочурку, но она тихонько присела на диван и с облегчением вздохнула: «Наконец-то».

Но еще и на другой день девочка продолжала температурить. Галина, выбившись из сил, едва дождалась мужа с работы, накормила его, а потом прилегла отдохнуть. Андрей включил телевизор, сел на диван. Малышка с любопытством таращила на него глазенки. Папа смешил ее, корча рожицы, рассказывал ей «Сороку-ворону», «Ладушки», и в конце концов задремали они с дочкой прямо на «боевом дежурстве».

В общем, спало бы мирное семейство себе до полуночи, а может, и дольше, только на улице случилось что-то непонятное.

Выл Беня, вальяжный и холеный пес кавказской породы.

Андрей вышел во двор, обошел дом, затем открыл ворота...

– Ты что там, не упал? – забеспокоилась Галина.

– Сейчас и ты упадешь, – странным голосом пообещал он, – давай быстро сюда.

Андрей сидел на корточках под воротами, и она, пока бежала полсотни метров, сто раз умерла от страха. С Андреем не случилось ничего. Почти ничего – кроме потрясения. За воротами он увидел… сверток: понятно какой – теплое одеяло, подпоясанное бантом, уголок заботливо подоткнут...

Галя, увидев, что с мужем все в порядке, даже забыла удивиться странной находке. Схватив сверток в охапку, торопливо засеменила во двор, боясь поскользнуться. Ввалившись в комнату, первым делом развернули одеяло. Слава тебе господи, живой! Отлегло от сердца. Хмурится: недоволен, что разбудили, на свет яркий вынесли. Разворачивают дальше. Мальчик! Даже не уписался – видать, совсем недавно подкинули. Галина не выдержала, слезу пустила. А малыш такой хорошенький, ухоженный. По возрасту – чуть старше Леночки, может, на пару месяцев. Бровки сдвинул, изучает склонившихся над ним людей.

Галина подхватила малыша на руки, прижала к себе теплое крепенькое тельце. Машинально вынула из халата грудь – он не отказался, однако же сосал не жадно, а основательно, не спеша. Да еще и зубками сосок безжалостно прикусил.

У подкидыша-то зубов полным-полно, с десяток небось. Столько слез пролила его мать, пока они резались, а малыш и температурил, и животиком маялся. Как после этого она могла отказаться от ребенка, ведь самое страшное уже почти позади, он и ходить вот-вот начнет…

Такие горестные мысли теснились в ее воспаленном мозгу. Как люди вообще могут отказываться от частички себя? Ну, ладно еще, в роддоме – некоторые девчонки заранее знают, что ребенок им не нужен, и даже грудью его не кормят, потому что если покормишь – считай, всё, не сможешь уже бросить. Но вот такого – большого, пухленького, улыбающегося белесым ртом – как? И почему именно им под двор? Ах, да – наверное, знают, что тоже есть грудной ребенок.

Андрей хмуро смотрел на то, как жена кормит мальчонку, вышел покурить, какая-то шумная гурьба пронеслась по улице, мужчины что-то выясняли между собой, женщина плакала – похоже, обычные пьяные разборки. Вернулся в комнату, прилег на диван рядом со спящей дочкой. А подкидыш чмокал-чмокал, да и затих на руках Галины. Она не стала перекладывать его на кровать, боясь спугнуть сон несчастного человечка. Что-то ждет его теперь, какая судьба выпадет? Утром надо будет заявить в милицию, наверняка его родителей будут искать, да что толку, если в морозную ночь под чужим забором бросили… Вдруг они и вовсе не хотели, чтобы он в живых остался?

А если не к родителям – то по больницам да приютам скитаться будет, пока до детдомовского возраста не дотянет. Еще усыновить могут, и ладно, если нормальные люди попадутся, а то ведь и корыстные мотивы могут случиться… Сколько историй по телевизору показывают!

Одни и те же мысли вертелись в голове у супругов. Каждый печалился о том, что ждет их нечаянного гостя впереди. Ночь прошла в раздумьях, спали «короткими перебежками», положив малышей между собой на диване.

Утро заглянуло в окошко, призывая Галину с Андреем скорее решить судьбу их вчерашней находки. Леночка уже капризничала, а ее конкурент, заслышав плач, тоже насупился, губенки отквасил и закатил такой рев! Потом оба притихли, одновременно допущенные к груди. Молока у Галины с трудом хватило для обоих.

– Беги в магазин, купи пачку детского питания, «Малютка» называется, – не отрывая взгляда от детей, дала она поручение Андрею.

– Может, сразу уж несколько взять, чтоб потом каждый день не бегать?

– Несколько? А разве… Ну ладно, бери несколько.

У Галины аж дыхание перехватило, по рукам пробежали торопливые мурашки, в носу предательски защипало, запылали щеки. С того самого момента, как она взяла в руки этого чужого, кем-то безжалостно оставленного младенца, в душе ее поселилась маленькая и почти несбыточная мечта – оставить его у себя, вырастить, чтоб не дай Бог, не попал в дурные руки, не скитался по казенным заведениям, не знал, что он – брошенный. Сердце разрывалось от такого ее странного желания, она не знала, как и мужу-то об этом слово молвить, он и так с Аленкой настрадался – ни сна, ни покоя ни днем, ни ночью. Только и мечтали, чтоб дочурка скорей подросла, так хочется отоспаться …

В ближайшем гастрономе, где все витрины были заставлены баночками с морской капустой и сигаретами «Прима», нашлась также и «Малютка» – как раз для детей нужного возраста. Купил сразу десять пачек.

– Корми детвору, – бросил он с порога, а мне на работу пора, я так думаю – может, у директора на полторы ставки попроситься, на двоих-то ребятишек расходов побольше будет.

Галина, взглянув в глаза Андрею, нежно прильнула к его плечу:

– Андрюш, я тебя очень-очень люблю!

– Не переживай, мать, все будет нормально. Вырастим – где один, там и другой прокормится! Еще какой парень получится – Аленке нашей братан! Защищать ее будет. Тот, кто бросил его, потом локти кусать будет.

Андрей после работы, как и планировал, зашел в отделение милиции. Едва успел сказать дежурному о найденном ребенке, как в тот же миг, словно выстрел, прозвучала команда: «Опергруппа, на выезд!», трое дюжих милиционеров подхватили заявителя под руки, и через минуту уазик уже мчался по направлению к его дому. Галина несказанно удивилась визиту людей в форме. Однако через несколько минут все стало ясно. Оказывается, накануне вечером супружеская парочка, возвращаясь навеселе с вечеринки, потеряла ребенка – на повороте он выпал из саней и оказался под забором Андрея. Придя домой, родители с ужасом обнаружили пропажу – вернулись тем же путем, но сына и след простыл. Со слезами продолжали они поиски несколько часов, подключили к нему своих родственников, а утром обратились в милицию.

…На следующий день в дом к Галине и Андрею пришли и сами растеряши. Одарили спасителей конфетами, а также дефицитными в то время апельсинами, мандаринами и даже настоящим шампанским. Только насладиться им было некому – кормящим мамашам нельзя, а отец потерявшегося мальчика дал зарок – не пить, пока сын его не станет взрослым. Много лет семьи были очень дружны и даже надеялись, что благодаря детям они смогут породниться. Однако этого не случилось... Всеобщий любимец Беня прожил 18 лет. Его после той истории всю жизнь баловали чем-нибудь вкусненьким и взрослые, и дети.

С родителями Аленки я когда-то была знакома, сейчас они перебрались на жительство в Москву, а найденный ими в середине 70-х годов ребенок по-прежнему живет в Ставрополе, у него самого уже трое ребятишек. Говорят, он весельчак и балагур, душа всех компаний. Не трезвенник в отличие от своего отца. Однако, зная историю, которая приключилась с ним в младенчестве, собственных чад без присмотра старается не оставлять. Впрочем, санки нынче не в моде, а из автомобиля, да еще ремнями пристегнутые – куда они денутся! Во дворе Алексея вольготно живется красавцу-доберману. И зовут его – Беня!

Надежда БАБЕНКО