Заведующий ГАС Андрей Тлатов.

Заведующий ГАС Андрей Тлатов.

© Фото: Николай БЛИЗНЮК

Под куполом коронографа.

Под куполом коронографа.

© Фото: Николай БЛИЗНЮК

Валентина Макарова в 48-й раз встречает Новый год в горах.

Валентина Макарова в 48-й раз встречает Новый год в горах.

© Фото: Николай БЛИЗНЮК

Эмблема Международного года астрономии.

Эмблема Международного года астрономии.

За четыре столетия люди, посвятившие жизнь изучению звездного неба, совершили множество грандиозных открытий. Заметный вклад в познание космоса внесли и сотрудники Кисловодской горной станции Главной (Пулковской) астрономической обсерватории Российской академии наук.

Здесь, за облаками…

Старенький микроавтобус, натужно урча, взбирается по серпантину грунтовой дороги на горное плато. Далеко внизу сквозь дымку виднеется Кисловодск, а за ним – сплошная пелена облаков.

Зато здесь – ослепительное солнце, кристально чистый воздух и простор, от которого захватывает дух! Должно быть, такие же чувства, как и я, испытывали члены тех первых экспедиций, что в далекие 30-40-е годы прошлого века искали место для будущей солнечной обсерватории. Их выбор оказался удачен. Первые наблюдения на Кисловодской горной астрономической станции (ГАС) выполнили осенью 1948 года, и с тех пор здесь ни на один день не прекращали следить за тем, как и чем живет наша животворящая звезда – Солнце.

Вот и развилка: прямо – дорога в ущелье у северного склона Эльбруса, где находится знаменитая Долина нарзанов, направо – плато горы Шаджатмаз, где и разместилась Горная астрономическая станция. Два километра по припорошенному снегом плоскогорью, и взору открываются одноэтажные постройки, часть из которых венчают сияющие на солнце купола. На несведущего человека станция впечатления не произведет. Но специалисты хорошо знают цену того, что скрывается за стенами этих невзрачных строений.

После распада СССР большинство советских обсерваторий остались за границей: в бывших республиках Закавказья, Средней Азии, в Крыму. Строить новые властям новой России было недосуг. В результате в отечественной наблюдательной астрономии образовался провал: у нас нет ни одного научного спутника для рентгеновских и ультрафиолетовых наблюдений звезд, нет ни одного гелиотомографа, позволяющего по колебаниям солнечной атмосферы определять, что происходит внутри светила. Да и действующих наземных обсерваторий в РФ сейчас в десятки раз меньше, чем в США или Евросоюзе. А что касается исследований Солнца, то Кисловодская ГАС – единственная в Российской Федерации, где проводят комплексные наблюдения. И тем не менее…

– Мы бедные, но у нас собраны такие наблюдения, каких нет ни в одной обсерватории мира, – говорит заведующий ГАС, доктор физико-математических наук Андрей Тлатов.

Поскольку Солнце развивается 11-летними циклами, то для поиска закономерностей крайне важно иметь длинные непрерывные ряды наблюдений. Вот эти-то ряды и имеются на Кисловодской ГАС. Прибавьте сюда такую комплексность исследований, какую тоже нигде не сыскать…

Вместе с заведующим идем по территории станции, и А. Тлатов показывает:

– Вот коронограф. Он следит за солнечной короной. Здесь – хромосферный телескоп. Его объекты – протуберанцы, волокна, вспышки. Спектргелиограф «снимает» выходы магнитных полей, фотогелиограф наблюдает за пятнами и полярной активностью. В радиолаборатории фиксируют данные двух радиотелескопов. Каждый день мы работаем по девяти видам наблюдательных программ. И каждый день делаем сводную карту солнечной активности.

К сожалению, всем этим астрономическим инструментам уже много лет. Например, один из основных приборов ГАС – малый коронограф – построили в Германии в 1943 году…

На фоне старых построек бросается в глаза новенькая белоснежная сфера на высокой эстакаде. Правда, это собственность ГАИШ (Государственного астрономического института имени Штернберга), но располагается на территории Горной станции Пулковской обсерватории. Скоро в ней установят телескоп «Мастер-3», чья задача – искать во Вселенной источники гамма-всплесков.

Гамма-всплески – следствие самых грандиозных катастроф во Вселенной. К счастью, происходят они на расстоянии в несколько миллиардов световых лет от нас, иначе бы все живое погибло. Впервые гамма-всплески зафиксировали более трех десятилетий назад, но по сей день неизвестно их происхождение.

– Мы знаем расстояние до источников гамма-всплесков и знаем их энергетику, – поясняет А. Тлатов. – Она во много раз больше, чем от взрыва сверхновой. По одной из версий, звезда размером с Солнце за две – три минуты полностью переходит в энергию, превращается в гамма-кванты. Но как это может произойти, никто не понимает.

Впрочем, коллегам, исследующим столь грандиозные явления, А. Тлатов нисколько не завидует.

– Хорошо рассуждать о том, что происходит на другом краю Галактики или Вселенной. А вы попробуйте объяснить физические процессы на Солнце...

Мы знаем, что ничего не знаем

Солнце – единственная из сотен миллиардов звезд Вселенной, которая более-менее доступна для нашего исследования. Как и подавляющее большинство полуобразованных землян, я полагал, что это всего лишь огромный газовый котел, в центре которого «работает» термоядерная печка. И все! Какие тут могут быть тайны?

Теперь же тех, кто так думает, я приглашаю на плато Шаджатмаз послушать одного из крупнейших знатоков Солнца Андрея Тлатова.

– О солнечной цикличности люди знают с начала XIX века. Во все учебники 11-летняя солнечная активность вошла как классический ряд, – говорит Андрей Георгиевич. – Но почему существует цикличность, до сих пор никто не знает. И соответственно никто не может предсказать, каким будет следующий цикл.

Первые пятна на Солнце начали регулярно наблюдать со времен Галилея. Среднее пятно – размером с Землю. Но бывают и гораздо крупнее. Выяснили, что это выходы силовых трубок магнитного поля. Но где они рождаются, почему у них такие гигантские поля по энергетике? Насколько эти пятна уходят в глубь Солнца? Здесь никаких знаний нет, только гипотезы. Одни полагают, что это поверхностное явление, другие – что они тянутся до основания зоны конвекции, то есть почти на три десятых радиуса.

А возьмите вспышки. Если при взрыве водородной бомбы сгорает несколько граммов вещества, то здесь сгорают миллионы килограммов. Такова разница между Земной энергетикой и Солнечной. При этом никто не знает, почему вспышки происходят. Это не термо-ядерные реакции. Вроде бы источником должно быть магнитное поле. Но чтобы выделилась такая энергия, магнитное поле должно аннигилировать в кубе размером в десятки тысяч километров. Пока нет никакого понимания о механизмах, которые могли бы собрать это поле и уничтожить.

Все знают протуберанцы. Это огромные – протяженностью в сотни тысяч километров – облака «холодного» (температурой 10 тысяч градусов) газа, погруженные в корону температурой в несколько миллионов градусов. Почему они висят там? Тоже загадка. А попробуйте представить такое: температура фотосферы, то есть поверхности Солнца, шесть тысяч градусов, а поднялись чуть выше – там миллион градусов. Как температура над кастрюлей может быть в сотни раз выше, чем на ее дне?

При термоядерном синтезе в глубине Солнца выделяется элементарная частица нейтрино. Неподалеку от Кисловодской ГАС, на склоне Эльбруса, есть Баксанская нейтринная обсерватория. Там подсчитали: поток нейтрино оказался в два разе меньше, чем вытекает из квантовой теории. Что делать? Видимо, придется пересматривать одну из фундаментальных теорий современной физики.

Немногие знают, что мы живем внутри пузыря с вполне четкими границами, который называют гелиосферой. Она имеет радиус порядка 40 астрономических единиц и включает в себя практически всю Солнечную систему. Эта оболочка предохраняет нас от галактических лучей, обладающих большой энергией. Надувает гелиосферу «солнечный ветер» – протоны, электроны, которые выбрасывает Солнце. Но время от времени «солнечный ветер» почему-то слабеет, гелиосфера частично сдувается, и тогда галактические лучи начинают делать свое черное дело. По одной из гипотез это они стали причиной гибели динозавров 60 миллионов лет назад.

Вообще Солнце очень сильно влияет на Землю, на ее климат. Например, был период, когда на нашем светиле вообще не имелось пятен. Это привело к ледниковому периоду в Европе. И наоборот: многие усматривают прямую связь между большой активностью Солнца и возникновением такого феномена цивилизации, как эпоха Возрождения. Но и здесь вопросов гораздо больше, чем ответов.

За два десятка лет работы на солнечной обсерватории ученый с мировым именем Андрей Тлатов пришел к выводу, что на Солнце практически все неизвестно. Хотя оно – самая рядовая звезда. На других звездах куда более мощные вспышки, там существуют пятна, которые занимают целые полюса.

– На мой взгляд, солнечная физика – это вызов всей астрономии. Да и физике тоже, – говорит заведующий Кисловодской ГАС.

Под музыку Вивальди

Одна из загадок Солнца – полярные факелы. В противофазе солнечной активности, то есть в середине 11-летнего цикла, на полюсах появляются маленькие светлые объекты – полярные факелы. Что это такое, пока не ясно, но между ними и пятнами, которые появятся через несколько лет, прослеживается взаимосвязь. Обнаружила это явление старший научный сотрудник Кисловодской горной астрономической станции Валентина Макарова.

Как существует понятие «сын полка», так в отношении Валентины Васильевны впору ввести термин «дочь астрономической станции». Во всяком случае, основатель и первый заведующий Кисловодской ГАС Мстислав Гневышев частенько шутил: мол, мы тебя родили, мы тебя воспитали…

– В 10 классе мы здесь были на экскурсии. И это определило всю мою судьбу, – рассказывает элегантная, в ярком шарфе и белоснежной шапочке женщина. – Экскурсию проводила Александра Шпитальная. Она так рассказывала, такой огонь был в ее речах!.. После школы я поступила в педагогический, но вскоре сбежала сюда. Сбежала в полном смысле этого слова. Никто, в том числе и родители, не знал куда я пропала. Это было в 1959 году.

Вот уже полвека Валентина Васильевна работает и фактически живет на плато Шаджатмаз. Здесь прошла ее молодость, здесь состоялась ее женская судьба, здесь некоторое время, прежде чем уехать в Москву, работал ее сын.

– Не могу припомнить даже минуты какой-то тоски, скуки, – говорит Валентина Васильевна. – Я была влюблена в астрономию. И все те люди, которые здесь работали, мне представлялись не от мира сего. Казалось, быт их не должен касаться.

За последние 49 лет Валентина Макарова лишь один раз встречала Новый год в городе. И то по крайней нужде: у мамы случился инсульт. Все остальные новогодние праздники она провела на астрономической станции. Нынешний – не исключение. Валентина Васильевна доложила заведующему ГАС, что своих молодых коллег она отпустила на праздники – сама подежурит у телескопов.

– Я от традиций не отступаю. Никаких застолий для себя не делаю, телевизор стараюсь не смотреть. Обожаю классическую музыку. Ставлю что-нибудь самое любимое – Вивальди, Моцарта...

Николай БЛИЗНЮК

Поклонение Солнцу / Газета «Ставропольская правда» / 16 января 2009 г.