…Если бы девятиклассник из села Александровского Ваня Ч., добровольно уходя из жизни, не оставил свое последнее послание записанным на видео сотового телефона, откуда оно затем перекочевало в Интернет и на экраны телевизоров, самоубийство подростка, вероятно, не получило бы такой огласки. Самоубийства школьников

Сам факт, увы, не такой уж редкий. В прошлом году в Ставропольском крае произошло 15 суицидов школьников, 12 – с летальным исходом. В первом квартале 2008-го, считая Ваню Ч., уже три случая. (Можно привести статистику в целом по России – она ничем не утешительнее).

После каждого такого печального события на место выезжают специалисты министерства образования края, разбираются в произошедшем, составляют заключение. В моих журналистских блокнотах за прошлые годы сохранились выписки из этих документов о детских самоубийствах и покушениях на них. Читать записи без горького чувства невозможно. А порой – без трагического недоумения. Родители не позволили одиннадцатикласснице остаться на дискотеке после 11 часов вечера (или девятиклассника не пустили на дискотеку) – повод ли это, чтобы лезть в петлю? Страх перед выпускным экзаменом за девятый класс так ли непереносим, чтобы разбиться, бросившись со скалы? Нам, взрослым, трудно понять.

Правда, вчитавшись, видишь некие закономерности. Почти у всех этих несчастных детей проблемы в семье. Родители в разводе; мать рано умерла либо жива, но давно уехала на заработки; жесткий отчим или родной отец – религиозный фанатик. Некоторых воспитывали дедушки и бабушки, один мальчик жил у бабушки в развалюхе без электричества. Почти все учились в школе слабенько. И большинство, как и в александровском случае, – девятиклассники. «Район пятнадцатилетия» – очень опасный возраст, особенно, считают психиатры, у мальчиков.

Самоубийство Вани Ч., впрочем, попадает в особую статистику. Это шестой случай в России, когда в доведении до самоубийства ученика обвинен педагог – учительница математики Александровской средней школы № 2 Валентина Неумывакина. Именно ее на видеозаписи мальчик обвинил в своем желании уйти из жизни, назвав плохим учителем. В информации, размещенной на официальном сайте Генеральной прокуратуры, сообщается, что проверкой прокуратуры Ставропольского края установлено: «В. Неумывакина в течение 2007 года предъявляла к одному из учеников 9 класса завышенные требования, систематически публично оскорбляла его, допускала рукоприкладство в отношении подростка... Решается вопрос об увольнении В. Неумывакиной…». Говорится и о возбуждении против нее уголовного дела по ст. 110 Уголовного кодекса РФ (доведение до самоубийства).

Однако не все так просто. Александровский районный суд не нашел достаточных оснований для увольнения учительницы с работы. Педколлектив школы заступается за Валентину Ивановну, считая, что она предъявляла к погибшему мальчику те же требования, что и к другим детям. Бывшие ученики В. Неумывакиной, студенты престижных вузов, создали в Интернете страничку в ее защиту, где рассказали о том, что учитель она хороший, и поблагодарили за полученные знания.

Здесь самое грустное, что правдой может быть и то, и это. Для любителей и знатоков математики учительница – замечательная. Для тех, кто в их число не входит, она плоха уже тем, что не понимает: одни и те же требования нельзя предъявлять всем. Я подобную ситуацию пережила с собственной дочерью, когда в их профильный филологический класс пришла преподавательница, с порога заявившая: а мне все равно, что вы гуманитарии, теперь для вас главный предмет – математика! Дети наши, которые в Лобачевские совершенно не годились, убегали с ее уроков даже не от двоек, а от чувства унижения. Дочь одно время просилась в вечернюю школу, с трудом я ее отговорила, убедила, что тройку по геометрии в аттестате мы переживем. После окончания 11 класса некоторые ребята при встрече с математичкой не здоровались. Но, Бог миловал, никаких иных неприятностей, кроме подпорченных доброй половине класса аттестатов, не случилось.

Это все же была школа начала девяностых – и она с тех пор очень изменилась, вот в чем суть. Можно ли было в те времена, когда директоров учебных заведений избирали, когда учителя писали авторские программы по собственному желанию, а не по приказу свыше, когда создавались гимназии и лицеи, потому что так работать интереснее, – так вот, кто тогда мог предположить, что российские школьные новости порой будут напоминать сводки из «горячих точек». Там учитель избил ученика, тут ученик нанес учительнице девять ножевых ранений все за тот же испорченный аттестат...

К нам в редакцию всегда ходили и сейчас приходят старшеклассники, мечтающие стать журналистами. Я обычно предлагаю им попробовать свои силы, написав о чем-либо, что волнует их больше всего. В последнее время ребята все чаще пишут о насилии в школе. О том, что есть «хозяева» и «слуги» ( «лохи») в каждом классе, что приходится выбирать, с кем ты, что страшно самому стать изгоем, подвергнуться издевательствам, психологическим и физическим. Некоторые из этих сочинений газета публиковала. Выступая недавно на селекторном совещании, начальник управления организации деятельности участковых уполномоченных милиции и подразделений по делам несовершеннолетних ГУВД по Ставропольскому краю Александр Бурков сообщил о случаях нанесения учениками увечий друг другу прямо в классе, во время урока.

А чего мы хотим от них при всячески насаждаемых в обществе, в образовании в том числе, представлений о том, что все должны конкурировать со всеми, что главная ценность – всех обогнать, опередить, схватить больше и т. д. Растить конкурентоспособную личность – вот девиз! Уже дошли до того, что выстраиваем интеллектуальные рейтинги дошкольников…

Во взбаламученном подростковом сознании этот конкурентный посыл может принимать самые неожиданные формы. В этом возрасте, говорят психологи, часто кажется, что опередить, выделиться проще всего с помощью насилия над другими. Особенно, если мысль эту просто-таки подсовывают. Возьмите телевизионную программу и подсчитайте, сколько ежедневно на каждом канале идет криминальных программ и телесериалов, сколько раз упоминается слово «убийство» в названиях!

А есть еще и Интернет – великое изобретение, где найти можно все. В том числе и объявления о покупке видеороликов со сценами школьных драк. Существуют и суицидные сайты. Одни рассказывают о способах ухода из жизни, другие посвящены конкретным самоубийцам и овеяны поклонением и восхищением: «Мы так тебя любим, мы будем помнить тебя всю жизнь!»

Вот и видеопрощание Вани Ч. кто-то выложил в сети. Его растиражировали телеканалы. Может быть, в этом и было подсознательное желание мальчика? Ведь теперь о нем узнала и заговорила вся Россия. А при жизни, судя по всему, его переживания мало волновали взрослых. Любовь Маковская, начальник отдела образования администрации Александровского района, в телефонном разговоре со мной посетовала: как могла мать мальчика, работающая в бухгалтерии отдела образования, не сообщить ей или директору СШ № 2 о том, что у Вани такой серьезный конфликт с учительницей! Был ли в таком случае конфликт? А если все же был, то, значит, в семье о нем не знали? Интересовались ли родители сыном?..

И тут ничего не возразишь. Как бы ни складывалась школьная жизнь ребенка, если он знает, что можно рассказать о своих переживаниях родителям и получить их поддержку, ощутить, что он важен для них, что его любят – у него все в порядке в отношениях с миром. Нет необходимости обращаться к нему через последнее телефонное видео.

Хорошо бы, чтобы все дети об этой любви знали, а взрослые хотя бы помнили...

Лариса ПРАЙСМАН