Вот уже несколько дней не прекращается оживленное обсуждение выступления президента РФ Владимира Путина на расширенном заседании Государственного Совета России ( «Путин: Дефолтов не будет», «СП» от 9 февраля). Оценки – самые разные. От восторженного «Будет исполнено» из уст отечественного чиновничества до полного неприятия всего, пусть даже верного и необходимого, но исходящего от «антинародного режима». Это – от вечно вчерашних и тех, кто очень хочет, чтобы их считали оппозицией. Аналитика

За рубежом мнения располагаются в похожем спектре, и, кстати, не факт, что всемерную поддержку линии Путина высказывают в первую очередь те, кого, мягко говоря, в остальном мире не любят, а гневные отповеди летят целиком из стана основных геополитических соперников России.

Самое парадоксальное в описываемой ситуации то, что подавляющее большинство толкователей слов российского президента свои суждения в первую очередь черпают из телевизионной картинки.

И вот тут начинается самое любопытное: TV продемонстрировало всему миру, так сказать, фасад. Но ведь у каждого изображения есть еще и история его появления на свет и соответствующее обрамление.

До

Я никогда не входил в число журналистов так называемого Кремлевского пула. Тем не менее мне довелось несколько раз работать в Кремле. Так что есть с чем сравнивать.

За два с половиной часа до начала «последнего Госсовета Путина» у Спасской башни вытянулась колбаса очереди снимающей, записывающей и пишущей братии длиной примерно в две сотни метров. Ждать на открытом пространстве, даже при плюс двух и в безветрии – то еще «удовольствие». Честно говоря, такого столпотворения прессы прежде видеть не приходилось. Даже мероприятия «Агентства региональной прессы», созданного Анатолием Чубайсом в 1996 году как инструмент борьбы Бориса Ельцина за очередной срок, не собирали столько региональных и федеральных журналистов в одном месте. Во всяком случае, телекамер в этот раз было как минимум вдвое больше, а в помещении для прессы рядом с залом, где шел Госсовет, собралось человек 500.

Но до того, как попасть в зал, забитый теле- и фотооптикой, звукозаписывающей аппаратурой всех мастей и жаждущими информации коллегами, пришлось пройти несколько кордонов, где проверяли документы и досматривали сумки. Тем не менее приятно порадовало, что в этот раз никто не требовал сдавать мобильные телефоны и «нештатные» видео- и фотокамеры. При этом по радиотрансляции время от времени напоминали, что мобильники следует отключить. Но, судя по всему, это была просто дань традиции. Ибо масса людей вокруг, включая охрану (эти легко вычислялись по гарнитурам переговорных устройств, стрижке и одинаковым значкам на пиджаках), активно куда-то звонила. Справедливости ради стоит добавить, что звуковой сигнал вызова у всех все же был отключен.

Итак, вся пресса уже на месте, и можно повнимательнее всмотреться в тех, кто несколько минут назад проходил контроль через соседний терминал. Оказывается, вокруг масса знакомых лиц, что давно уже стали привычной частью интерьера везде, где есть телевизор. Вот Никита Михалков опять рассуждает о том, что он сделал для России. А вон Олег Табаков что-то пишет на листке бумаги. Неужели дает автограф?! Тем временем мимо проходит, сдержанно кивая в ответ на приветствия, старожил российского правительства Виктор Христенко, а Борис Грызлов движется, не глядя по сторонам, всматриваясь куда-то поверх голов всех и вся. Тут же, ввинчиваясь в толпу коллег, туда-сюда юрко перемещается известный телевизионный обозреватель Владимир Кондратьев, словно не замечая, как операторы бьются за места в Малахитовом фойе Большого кремлевского дворца, выстраиваясь в дугу вдоль того пути, по которому проходят к месту заседания в Георгиевский зал его участники. Некоторые останавливаются, чтобы ответить на вопросы, другие демонстрируют, что внимание прессы их «достало», при этом, однако, стараясь выглядеть осанистее и значительнее – а вдруг в кадр попадут…

Во время

Напряжение нарастает – все ждут появления Самых Главных Фигур. Увы – не случается. Госсовет начался, и большинство камер теперь нацелены на громадные мониторы.

В зал заседания допуск прессы не предусмотрен, за исключением 10 минут, выделенных для фотокорреспондентов.

Чем дольше говорит президент, чем ближе финал мероприятия, тем напряжение вновь, все больше и больше, заполняет помещение для прессы, а журналистское сообщество обретает черты некоего непоседливого существа, которому позарез надо проникнуть туда, в Александровский зал, через который участники Госсовета, которых принято именовать представителями федеральных и региональных элит, будут уходить. И вот долгожданный момент настает: практически одновременно с окончанием выступления президента растворяются зеркальные двери, и сообщество, отблескивая сотнями объективов, врывается в помещение. Телевизионщики выстраиваются вдоль прохода, готовые ловить нужную картинку. И тут – новый подарок судьбы. Дается разрешение на «свободную охоту». То есть мы вправе просить о разговоре любого. Естественно, все понимают, что речь пойдет о только что полученных впечатлениях от того, что я бы, по аналогии с ежегодными посланиями Федеральному Собранию, назвал бы Посланием президента народу и обществу. России и миру.

После

Моя соседка высматривает Германа Грефа. На просьбу об интервью тот отвечает, что нынче принимает только просьбы о свидании. Шутка, видимо. Тем временем на наш призыв откликается председатель комитета по труду и социальной политике ГДРФ Андрей Исаев:

– Россия с каждым днем чувствует себя все более уверенно. Все понимают, что идут позитивные перемены, в том числе и в такой трудной сфере, как сфера социальная.

Депутат особо останавливается на поднятой президентом проблеме коррупции в органах власти. Он уверен, что это на сегодняшний день самая опасная болезнь России.

По мнению следующего собеседника – мэра столицы Юрия Лужкова, обозначенные главой государства перспективы и направления развития страны выверены и точны:

– А когда цель определена точно, четко и ясно, есть гораздо больше оснований и возможностей, чтобы она была реализована. Президент предложил нам траекторию движения к новой России в том виде, который она должна принять к 2020 году. Мне понравилось.

Руководитель комитета по международным делам Совета Федерации Михаил Маргелов заявил следующее:

– Задано направление, в котором надо мыслить всем тем, кто хочет сделать так, чтобы «проект Россия», российская мечта стали для всего мира притягательнее и желаннее, чем пресловутая «американская мечта» или «евросоюзовский выбор».

Заместитель председателя ГДСК Михаил Кузьмин отметил проработанность направлений развития регионов России, ясность поставленных задач, в том числе в управленческой сфере:

– Мы четко видим программу для территорий. Такая постановка задач осуществлена, пожалуй, впервые. А еще для нас продолжает оставаться серьезной проблемой работа властных структур всех уровней. Плохо, что в органах местной власти сегодня число работников превышает все допустимые приличия. Кроме того, местная власть должна быть эффективной, работать по четким программам. Приоритеты: обеспечение людей жильем, качественным здравоохранением и образованием.

Глава края Александр Черногоров полагает, что президент еще раз дал понять представителям региональных и федеральных элит, что их главной задачей остается работа во благо народа России, что в свою очередь положительно скажется на стране и государстве. И развитие регионов занимает в этом ряду не последнее место.

– Думаю, – заявил губернатор, – что в самое ближайшее время мы соберем актив края, на котором проанализируем выступление президента и наметим направления решения изложенных в нем задач применительно к Ставрополью.

Александр Черногоров уверен, что валовой региональный продукт край способен удвоить уже в 2009 году:

– Надо работать, надо думать о людях и болевых точках региона. Надо делать все возможное, чтобы число этих проблемных мест постоянно уменьшалось.

К одной из таких болевых точек глава края относит специфическую дифференциацию внимания центра к регионам ЮФО. В последнее время четко прослеживается, что мероприятия федеральных целевых программ не только формируются без участия и предложений субъектов федерации, но и, например, с 2008 года круг участников федеральной целевой программы «Юг России» сузился до республик, а края и области ЮФО выпали из общей программы финансирования. Губернатор также добавил:

– Полагаю, что с государственной точки зрения регион Кавказских Минеральных Вод имеет для страны не меньшее значение, чем Сочи. Уверен, мы найдем понимание в этом вопросе у первого вице-премьера правительства России Дмитрия Медведева, которого я пригласил посетить Ставрополье.

Михаил ЛУКИН