Рецидивисты

У пятнадцатилетнего Александра Воробьева третья судимость. Один раз привлекался к уголовной ответственности в Ростове. Дважды – в Изобильном. В каждом деле – по 15-18 криминальных эпизодов. Крадет мобильные телефоны, кошельки, оргтехнику, золотые украшения – все, что «плохо лежит». Объектами внимания несовершеннолетнего воришки становились больницы, административные учреждения, даже военкомат. Ущерб составил десятки тысяч рублей. Потерпевшим не возмещено ни копейки. Сам подросток нигде не работает и не учится. Родители (семья из неблагополучных) клянутся-божатся, что платить им за «шалости» сына нечем.

Приводы в милицию и судимости (имеет три года условно) Александра не пугают. Сейчас он вновь задержан за очередную серию краж. Но реально за решетку и на этот раз вряд ли посадят: он ведь никого не покалечил и не убил. Пока…

Иван Савельев (ему тоже пятнадцать) в первый раз был задержан за попытку угона автомобиля. Через месяц – повторное преступление, опять-таки связанное с машинами. Повлиять на мальчишку некому: мать ушла из дому, отец – пьет, не просыхает. Старший брат выбивается из сил, чтобы прокормить младшего и батяню-алкоголика. Ему не до воспитательных бесед…

Эмигрантка

Немало криминальных эпизодов и на счету Ирины Чернявской. Симпатичная дивчина входит в доверие к парням и молодым мужчинам, подпаивает (за их же счет), а когда те засыпают, выносит все ценные вещи. Воровка – гражданка Украины. Помимо нее, у родителей пятеро детей. Ни папа, ни мама работать не хотят. Пьют. Живут чем придется и где придется.

Семейку эту пытались депортировать на родину. Изобильненский РОВД приобрел железнодорожные билеты. Милиционеры посадили галдящую ораву на поезд. Но доехали выдворяемые только до Ростова. Там вышли из вагона и «растворились». Младшеньких, говорят, помещали на какое-то время в ростовский изолятор временного содержания. Отец с матерью куда-то исчезли. А вот Ирина вернулась в Изобильненский район. Занимается, как уже было сказано, воровством и проституцией.

– У нее нет паспорта, – говорит старший инспектор РОВД по делам несовершеннолетних майор милиции Екатерина Сивцева, – поэтому депортировать девочку не можем. Отправлять до границы с Украиной в сопровождении нашего сотрудника накладно, да и людей свободных нет. И где гарантия, что сопредельная сторона Чернявскую примет? У нее даже свидетельства о рождении не имеется...

Похоже, Ирина будет бомжевать-воровать до совершеннолетия. А там – в тюрьму?

Стая

Сотрудника следственного подразделения райотдела подполковника юстиции Татьяну Кивва (это она поведала о преступлениях несовершеннолетних) особенно волнует то, что подростковые правонарушения все чаще принимают групповой характер. Не так давно были задержаны за кражи из гаражей и дачных участков учащиеся ПТУ из Новотроицкой – Константин Иванов, Иван Бурлуцкий, Евгений Рылев и еще несколько подростков. Сбившись в стаю, они, как молодые волчата, действуют дерзко, практически никого не боятся. До тяжких преступлений дело пока не дошло. А если с настоящими рецидивистами свяжутся?

Да что далеко за примерами ходить: пятнадцатилетняя жительница той же Новотроицкой Таисия Сурцева, сговорившись с двумя ранее судимыми мужчинами, выехала в Солнечнодольск, где преступная группа совершила разбойное нападение на жилище учителя. Педагог был жестоко избит. Из его комнаты исчезли почти все ценные вещи.

Мужики, разумеется, получат по заслугам. И не только за разбой. В отдельное производство выделено дело о вовлечении в совершение тяжкого преступления несовершеннолетней. Таисия, скорее всего, отделается условным наказанием.

Горе-родители

Офицеры Татьяна Кивва и Екатерина Сивцева единодушно утверждают: в том, что дети вступают на скользкий путь, в большинстве случаев виноваты родители. Сами посудите, семейство Нанян, проживавшее в Рождественской, внезапно сорвалось с места и уехало в Астраханскую область. Никто из близких «не заметил», что через несколько недель с нового места жительства исчез тринадцатилетний Алик. Надолго. Спохватились родители только тогда, когда из милиции пришло сообщение о том, что подросток в ходе разбойного нападения едва не задушил в Рождественской старушку-пенсионерку.

Но отца и это не взволновало. Разбираться в случившемся он прислал жену. Почти слепую. Сам так и не приехал. Пришлось на следствии интересы несовершеннолетнего представлять работнику органа опеки…

Дети гражданки Непряхиной противоправных действий пока не совершали. Но вот мамаша умудрилась на трое суток оставить без присмотра восьмилетнюю девочку и шестимесячного ребенка. Милиционеры нашли ребят крайне ослабевшими. Малыша пришлось срочно отвезти в больницу. А родительница продолжала пьянствовать…

С указанием конкретных имен и фамилий можно выстроить почти нескончаемую череду фактов. Как папы и мамы принимают у детей краденое, а потом сбывают из-под полы. Как набравшегося в стельку «родителя» пришлось силами милицейского наряда выдворять из следственного отдела, куда он пришел представлять интересы попавшегося на краже сына. Как близкие люди напрочь отказываются от своего отпрыска и заявляют правоохранителям, мол, делайте с ним что хотите…

Да, материалы о таких «родоначальниках» передают в муниципальные комиссии по делам несовершеннолетних. Но что эти комиссии могут? Пожурить. Наложить административный штраф в сумме от ста до пятисот рублей. В крайнем случае – ходатайствовать о лишении родительских прав.

В Изобильненском районе за текущий год такая крайняя мера применена в пяти случаях. Ребята отправлены в детские дома. Думаете, папы и мамы, лишившись чад, расстроились? Да полноте! Они вздохнули с облегчением. Забот и хлопот никаких. Пей да гуляй. Да новых рожай…

А ребятишки, попавшие в детские дома, учатся жить почти с нуля. Многие никогда не видели чистых постелей. Не умеют пользоваться вилками. Никогда не пробовали ничего, кроме хлеба. Спросите у сотрудников детдомов – я не утрирую. Получается…

Выхода нет?

Похоже, так: трудными подростками, кроме милиции, заниматься некому. Родителям они не нужны. Многочисленные партии и нарождающиеся молодежные союзы предпочитают работать с благополучными детьми. Проблема борьбы с детской преступностью пущена на самотек. Если и затрагивается на каких-то заседаниях и совещаниях этот наболевший вопрос, то принято кивать на Запад: у них, дескать, тоже не все благополучно…

Так-то оно так, но вот об отечественном (не таком уж и давнем) опыте борьбы с беспризорностью и подростковой преступностью почему-то забываем. Хотя после двух опустошительных войн – гражданской и Великой Отечественной – страна сумела справиться с этой напастью. Да, меры были жесткими, подчас даже жестокими: ребятишек отлавливали на вокзалах, в грязных притонах. Отмывали, одевали, направляли в детские дома. И в большинстве своем бывшие беспризорники становились нормальными, настоящими людьми: инженерами, моряками, летчиками, офицерами…

Государству нужны были строители, защитники, учителя, профессионалы своего дела. И власть предержащие при всей послевоенной разрухе и нищете находили силы и средства (стабфонда-то не было) для того, чтобы выиграть схватку за подрастающее поколение, не отдать его на откуп криминалитету.

Судя по одному из самых благополучных районов в крае – Изобильненскому, ныне дела наши плохи. Не видны ни общегосударственная, ни региональная программы борьбы с беспризорностью и детской преступностью. Работающие формально комиссии по делам несовершеннолетних дела не поправят. Декларация о введении всеобщего обязательного среднего образования, когда в школе можно будет болтаться до достижения двадцати лет, тоже не панацея. Тысячи подростков, раздруживших с тетрадями и книжками, бесцельно слоняются по улицам городов и сел. Ищут «приключений».

Учиться их не заставишь. На работу никто не берет – законодательство не позволяет. Спортом заниматься лень. Да и где они, бесплатные спортивные клубы и секции? Это тупик?

P.S. Некоторые имена и фамилии подростков в публикации намеренно изменены.

Алексей ЛАЗАРЕВ