Когда мать хуже мачехи

Виталик-переводчик

На эту странную пару – неоп-рятного вида глухонемую женщину и ее четырехлетнего сынишку, – «поселившуюся» в одном из подъездов многоэтажки по улице Доваторцев краевого центра, жильцы сразу обратили внимание. Их трудно было не заметить: вечно нетрезвая мамаша, по виду явно бездомная, которая общалась с окружающими через маленького сына. Со своим отпрыском женщина обращалась без церемоний: жильцы дома неоднократно становились свидетелями того, как мать жестоко била мальчишку за малейшую провинность. А иногда и без таковой – просто подвернулся под руку в недобрую минуту...

– Смотреть на эти издевательства просто не было сил, – рассказала позже на суде жительница дома Наталья Ефимова. – Как-то раз я увидела, как она лупит его по голове игрушечной железной машинкой, ребенок рыдает, просит мать успокоиться, а той хоть бы хны... Я не выдержала, вмешалась, отняла у нее мальчишку.

Вскоре во двор вкатила милицейская машина и увела драчунью вместе с сыном. Мальчика поместили в больницу, где официально зафиксировали все повреждения, имеющиеся на теле, а мать отправили в райотдел. Уже в отделении милиции женщина поведала, как она докатилась до такой жизни. Как оказалось, 30-летняя Ольга Томатникова отнюдь не бомж. В селе Московском у нее есть свой дом, в котором она проживает с мужем Виктором и тремя ребятишками: четырехлетними близнецами Машей и Виталиком и трехлетним Андреем. Когда супруг уехал в Ростов-на-Дону на заработки, женщине попросту наскучило сидеть дома, и она решила проведать подругу, живущую в краевом центре. Упросив сердобольных соседей пару дней присмотреть за Машей и Андреем, Ольга, прихватив Виталика в качестве переводчика, уехала в Ставрополь. Подруга Зинаида крепкими нравственными устоями не отличалась: ее квартира, где спиртное было весьма в почете, служила местом сборищ окрестных алкашей и бомжей. Как результат – ежедневные пьяные ссоры, скандалы и драки. Не отставала от остальной публики и «вырвавшаяся на свободу» Ольга. По словам жильцов дома, она каждый день бродила вместе со своими «друзьями» по улице пьяная, частенько засыпая прямо в подъезде, в кустах около дома, на лавочке. Виталик, которому было явно не под силу дотащить охмелевшую мать до квартиры тети Зины, вынужден был делить «ночлег» под открытым небом с подгулявшей родительницей. Даже заботиться о том, чтобы ребенок был сыт, Томатникова считала излишним: грязного, плохо одетого малыша подкармливали посторонние люди. Ну а если он слишком донимал родительницу просьбами о куске хлеба, в качестве «успокоительного» в дело шли побои. «Пара дней», благодаря теплой компании, для Томатниковой растянулась на месяцы. Приехавший из Ростова муж Ольги застал родной дом опустевшим – по просьбе соседей, которые не знали, куда запропастилась Ольга, Машу и Андрея определили в детский дом.

Получить от ребенка признание, что мама его бьет, оказалось непросто – мальчик молчал, потому что боялся родительницы и любил ее, несмотря на жестокость. Да и сама мамаша не спешила признавать свою вину, поясняя, что обнаруженные на теле Виталика синяки, ссадины и рубцы – результат его небрежности во время игр. Против нерадивой мамаши было возбуждено уголовное дело по 156-й статье УК РФ (ненадлежащее исполнение родительсикх обязанностей). На суде она плакала, раскаивалась, просила прощения и давала клятвы, что с этого момента станет образцом материнской любви и заботы.

Согласно приговору мирового судьи судебного участка №9 Промышленного района Владимира Масалова, Ольга Томатникова «наказана» восемью месяцами исправительных работ с ежемесячным удержанием в доход государства пяти процентов от заработка.

Настя-прачка

Неизвестно, послужит ли суд над Ольгой Томатниковой поводом для того, чтобы она задумалась и кардинально изменила свою жизнь. Не исключено, что пережитый позор заставит ее взяться за ум. Надежда на лучшее, как известно, умирает последней. А вот еще одну такую же горе-мамашу милиционерам только предстоит найти, чтобы доставить в зал судебных заседаний. Жительница одного из садоводческих товариществ Ставрополя, которая согласно постановлению мирового судьи участка №2 Октябрьского района Анны Ковалевской, должна сейчас находиться под стражей, объявлена в розыск.

32-летняя Екатерина Кузина жила вместе со старенькой мамой и двумя дочками, нажитыми вне брака от разных отцов. Материнский инстинкт у нее крепко спал: совершенно не заботясь о девочках и переложив заботу о них на плечи своей матери-пенсионерки, женщина нигде не работала, пьянствовала, вела аморальный образ жизни, подолгу жила «у друзей». Через месяц после того как ее лишили родительских прав, Катя соизволила вернуться домой. Но вины перед матерью и дочками она не чувствовала абсолютно. Наоборот, вела себя по-хозяйски, «определив» старшую дочь к себе в прислуги. Отныне одной из обязанностей 13-летней Насти стала стирка белья и вещей ее непутевой матери. «Исчезнув» на неделю во время очередного загула, Катерина вернулась нетрезвая и в явно недобром расположении духа. Не стесняясь в выражениях, придралась к Насте – та, дескать, плохо постирала белье. В ответ на робкие возражения дочери: мол, как умею, так и постирала, мамаша разразилась потоком площадной брани и набросилась на нее с кулаками. Схватив предназначенный для растопки печки деревянный брусок, она несколько раз ударила им девочку, потом повалила на пол, стала душить. Когда бабушка и шестилетняя Наташа поспешили на помощь Насте, досталось и им. Бабушка и внучки вынуждены были спасаться бегством и пережидать «бурю» у соседей. Против Кузиной было возбуждено уголовное дело по ст. 116 УК РФ (побои), однако дожидаться решения суда женщина не стала и во время следствия в очередной раз «потерялась».

К сожалению, описанные мною случаи отнюдь не единичны – сейчас на территории края проживают сотни детей, которые находятся в ситуации, угрожающей их жизни и здоровью. Только за четыре месяца нынешнего года в крае инспекторами по делам несовершеннолетних направлено в суды 46 уголовных дел в отношении горе-родителей (как ни странно, в большинстве случаев это мамы), не исполняющих обязанности по воспитанию и жестоко обращающихся со своими детьми. Поэтому трудно спорить с теми, кто предлагает ужесточить меры воздействия на таких родителей, вплоть до принудительной стерилизации лишенных родительских прав асоциальных матерей- «героинь», которые зачастую даже не в состоянии вспомнить имена и даты рождения своих чад.

(Фамилии в интересах несовершеннолетних фигурантов дел изменены).

Юлия ФИЛЬ