С третьего марта руководитель ликероводочного завода «Стрижамент» Вячеслав Чесноков наблюдает небо в клеточку из камеры следственного изолятора. И на допросах гордо молчит – как партизан, – что, впрочем, вполне естественно, принимая во внимание «букет» инкриминируемых ему преступлений. И это как раз тот случай, когда молчание – золото: если Чесноков заговорит, у многих людей при должностях возникнут серьезные проблемы, кардинально решить которые можно будет только одним способом… Агония

На директора ликероводки «насели» сразу два могучих ведомства: ГУВД СК, возбудившее в отношении Чеснокова уголовные дела по ст. 195 УК РФ ( «Неправомерные действия при банкротстве») и ст. 199 УК РФ ( «Уклонение от уплаты налогов»), и краевое УФСБ, которое в феврале предъявило ему обвинение в совершении преступлений, предусмотренных статьями 171 и 171.1 ( «Незаконное предпринимательство» и «Производство, приобретение, хранение или сбыт немаркированных товаров и продукции»). В настоящее время все три уголовных дела соединены в одно, и, если следствие докажет вину Чеснокова в суде, ему «светит» до шести лет колонии.

Кто есть кто

Дело обещает стать «долгоиграющим». Поражает масштабность злодеяний, приписываемых Чеснокову, – это производство и сбыт левой водки на многие миллионы рублей, но, чтобы собрать доказательную базу, придется хорошо потеть не один месяц. Или год, или два – пример тому громкое буденновское «дело Геворкяна», которое, как утверждает молва, потихоньку «рассыпается» и может вообще не дойти до суда.

Директор «Стрижамента» – конечно, – фигура помельче, поскольку несамостоятельная. Но это совсем не означает, что органы будут «лопать» подследственного Чеснокова под аплодисменты его работодателей. ОАО «Ставропольский ликероводочный завод «Стрижамент» – это краевая собственность, 100% акций находится в ведении министерства имущественных отношений СК, работой завода постоянно интересуется губернатор А. Черногоров. Именно он, дабы помочь предприятию выбраться из кризиса, в 2003 году подписал распоряжение о передаче акций ЛВЗ в доверительное управление фирме «Ставропольагроуниверсал», приближенной, можно сказать, к «телу» краевой власти и ею же порожденной. Государственное унитарное предприятие правительства Ставропольского края «Ставропольагроуниверсал» было создано в середине 90-х с благой целью – формировать продовольственный фонд. Раньше под это дело в фирму ручьем текли очень даже приличные деньги из бюджета. Сегодня уже «не модно» вспоминать, как бездарно и бесконтрольно были потрачены огромные средства в виде товарных кредитов, значительная часть которых просто растворилась на просторах Ставрополья. А отвечать перед федералами пришлось тощему бюджету края. Говорят, получивший «тень» этих долгов, «Ставропольагроуниверсал» до сих пор выбивает деньги у сельхозпредприятий. Ну и по старинке формирует продовольственный фонд, хотя большие средства на это из бюджета уже не отламываются, кредитует крестьян и торгует зерном. В общем, на хлеб с маслом хватает… Кстати, одна из фирм, имевшая дело с кредитами «Ставропольагроуниверсала», называлась «Неждана». А директором той фирмы был Михаил Ширшов, который в 2000 году всплыл в должности … помощника губернатора – как утверждает молва, не без протекции «серого кардинала» Ю. Прачева (советника А. Черногорова по безопасности, погибшего недавно от пуль киллеров).

Он же якобы и пробил через два года для Ширшова «хлебное место» – должность гендиректора «Ставропольагроуниверсала». А Ширшов, в свою очередь, назначил в декабре 2003 года ближайшего соратника и заместителя Чеснокова руководить «Стрижаментом». По поводу этого назначения свежеиспеченный директор ЛВЗ однажды сказал красивые слова: «Люди мы государевы. Краю надо, поэтому мы здесь».

«Все украдено до нас»

Для информированных людей не является секретом то, что ОАО «СтЛВЗ «Стрижамент» агонизирует и дни его, можно сказать, сочтены. В августе прошлого года по инициативе руководства завода (!), подавшего заявление о банкротстве, суд «запустил» процедуру наблюдения. Но, учитывая, что долги предприятия зашкаливают за 90 млн. рублей, в т.ч. 56 млн. – по налогам и сборам, спасать его, то бишь оздоравливать, никто не собирается. Но и вешать всех собак на сидельца Чеснокова, наверное, не стоит – он, как персонаж одного известного анекдота, вправе заявить: «Все украдено до нас». Кстати, коллектив – во всяком случае та часть его, с которой я беседовал, хорошо отзывается о последнем директоре: мол, и умный, и дотошный, всегда на производстве. А вот один из предыдущих директоров, как поведал мне в сторонке менеджер среднего звена, был озабочен лишь распродажей активов завода – по дешевке, а «рабочий» распорядок строился так: «Вечером крутая пьянка, с утра до обеда в сауне с бабами «отмокает», а там и до вечера недалеко…».

Да, загнивать «Стрижамент» начал не вчера. Некогда известный в СССР завод, продукцию которого (и прежде всего знаменитую настойку) «отрывали с руками», конечно, подкосила приватизация, впрочем, как и многие аналогичные производства. На «Стрижаменте» с начала 90-х падали не только объемы выпуска «градусов», но и качество продукции. Любопытная деталь: однажды высокая комиссия, в составе которой были и спецы, устроила официальную дегустацию горячительного, производимого на территории Ставрополья. Выводы, озвученные заместителем начальника краевой налоговой инспекции Г. Посохиным, были убийственны для алкогольных баронов. Он сказал, что все образцы водки «безлики, одну марку не отличишь от другой…». Между прочим, как признался мне высокопоставленный сотрудник «Стрижамента», и одноименная настойка уже тоже не та: в ее производстве давно не используют травы с заповедной горы.

Но каким же тогда образом, спросит читатель, наши алкогольные предприятия завоевывают медали и призы на различных выставках? Дело в том, что многие «международные» конкурсы – просто фикция, элементарный бизнес. За умеренную плату здесь наградят и медалью «Лучший производитель Галактики». Есть и серьезные конкурсы, но, как утверждают знающие люди, туда возят не обычные бутылки с конвейера (ширпотреб, поступающий в продажу), а небольшой «спецтираж», изготовленный, так скажем, по совести и с душой.

Однако мы немного отвлеклись от истории «грехопадения» предприятия. Вторым после приватизации серьезным испытанием стал кризис неплатежей. Время это, не столь еще отдаленное, наверное, помнят многие: произвел продукцию, отгрузил – а в ответ тишина (в смысле, ни рубля) или по бартеру какие-нибудь унитазы, в мутной воде которых умельцы ловили золотых рыбок. Говорят, на одной из таких операций «погорел» коммерческий директор «Стрижамента» Назаретов, которого киллеры застрелили в собственном кабинете. Директор завода Воронцов после этого скоропостижно покинул должность: то ли сам испугался, то ли кто настойчиво попросил.

Ну и, наконец, последний кризис (не считая дефолта), продолжающийся, впрочем, и по сей день, связан с экспансией дешевой, как правило, нелегальной водки из братских республик, в первую очередь, из Осетии. Это настоящее бедствие, базирующееся на несовершенстве законов и дикой коррупции чиновников «принимающих» регионов. Чтобы выживать в такой борьбе, многие легальные производства просто перешли на полуподпольную деятельность: днем идет законная водка, ночью – левая. Понятно, что у региональных бюджетов от этого сплошная недостача по акцизам. Больная тема. Может быть, поэтому вскоре после победы на губернаторских выборах А. Черногорова его окружение заговорило о том, что неплохо бы «перевести» завод «Стрижамент» полностью в краевую собственность, то бишь, в государственную. Тогда, мол, будет действенный контроль, и акцизы нескончаемым золотым ручьем потекут в бюджет.

Но легко было сказать…

Если не ошибаюсь, в конце 1997 года на заводе была введена процедура банкротства – внешнее управление. Пост арбитражного управляющего по настоянию тогдашнего первого зампреда краевого правительства В. Хорунжего занял Н. Куджаев, в прошлом имевший проблемы с законом. Назначение привело к созданию нового предприятия – ОАО «ТПК «СТРи-ЖАМЕНТ», в зарегистрированном проспекте эмиссии акций которого 51% принадлежал комитету по управлению госимуществом края, а 49% – самому заводу как юридическому лицу. Однако примерно через год это предприятие мирно скончалось, чтобы родилось ОАО «Ставропольский ЛВЗ «Стрижамент», доставшееся в конечном итоге Чеснокову. Здесь уже все 100% акций предприятия оказались в краевой собственности.

Первым в кресло гендиректора нового ЛВЗ в 1999 году сел А. Александров. Человек, можно сказать, неслучайный: с будущим губернатором он работал в советские времена в Изобильненском районе, и, говорят, дружили семьями. Существенная деталь: как утверждает сегодня первый зам Чеснокова Светлана Маринич, Александрову «дали завод по нулям – без единого долга». К концу 2003 года, когда Александров ушел в отставку – тихо, без скандала! – и отправился обратно в Изобильненский район, к месту своего процветающего семейного бизнеса, на «Стрижаменте» скопилось долгов «под 100 миллионов рублей».

Это утверждает Маринич. И добавляет: «До Чеснокова было распродано все! Вот сейчас продать даже нечего, чтобы вернуть людям долг по зарплате». Все – это многие объекты инфраструктуры, например, ресторан, гаражи, мощная пристанционная база с железнодорожными путями, ремонтно-механическая база на ул. Дзержинского с громадным участком земли. По поводу последнего объекта Ширшов с болью в голосе заметил, что тот был продан по «очень смешной цене». Он называет это «выводом активов», мол, даже в прокуратуру обращались – без толку. Вот на какое «свято место» по распоряжению губернатора пришла наводить порядок управляющая компания «Ставропольагроуниверсал» и ее ставленник Чесноков. Не думаю, что Ширшов этому сильно обрадовался, но правительство сказало: «надо»… В 2004 году «Стрижаментом» было даже уплачено в бюджет налогов и сборов на сумму 28,8 млн. рублей. Но уже в следующем году – как отрезало.

Белая горячка

Конечно, Чесноков с Ширшовым платили по каким-то «экстренным» счетам (банкам за кредиты, за сырье), но долг оставался почти неизменным – «под 100 млн. рублей». Из чего можно сделать простой вывод: никто этот долг гасить и не собирался. «Священную корову» предстояло выдоить до конца, а потом без сожаления сдать на живодерню. «До конца» – это до 11 сентября 2005 года – даты, когда истекал срок действия выданной «Стрижаменту» лицензии на производство, хранение и поставку алкоголя.

Между прочим, об этом случайно проговорилась сама Маринич, когда я побывал на заводе. Она сказала буквально следующее: «Перед управляющей компанией «Ставропольагроуниверсал» была поставлена задача довести ЛВЗ любыми путями до окончания лицензии. Потому что все прекрасно понимали: поднять завод уже будет невозможно – долги перешагнули за определенную границу…».

На каком-то этапе налоговая инспекция вдруг заподозрила, что ее (т.е. государство, если говорить о долгах завода в бюджет) могут элементарно «кинуть» на большие деньги. В августе 2005 г. в обеспечение взыскания задолженности был наложен арест на имущество завода (на 14,3 млн.) – технологическое оборудование для розлива. Но в конечном итоге эта операция провалилась – Чесноков, как факир, вытащил из шляпы договор, из которого следовало, что налоговики опоздали: оборудование, на которое они положили глаз, оказывается, еще в мае было… продано дочерней фирме «Стрижамента». Краевое УФСБ считает договор подложным, но эта версия требует подтверждения. А что же касается руководства ЛВЗ, то, дабы не искушать больше судьбу (и, наверное, других жадных кредиторов), оно само подало заявление о банкротстве. И продолжало спокойно лить водку – официально до 12 сентября прошлого года, потому как новую лицензию, по причине огромных долгов в бюджет, Москва, разумеется, не дала.

В этот день налоговики опломбировали, как и положено, оборудование и, зафиксировав на складах отсутствие готовой продукции и сырья, оставили завод в покое. Но покой, по версии следствия, Чеснокову лишь только снился, и он отдал распоряжение гнать незаконную водку, тем более что впереди были новогодние праздники, которые традиционно хорошо кормят производителей алкоголя. Уголовное дело против директора завода было заведено 26 декабря, после чего начались широкомасштабные обыски…

– По указанию Чеснокова, – сказал в беседе со мной следователь краевого УФСБ С. Ерохин, возбудивший дело, – незаконно произведенная алкогольная продукция перевозилась для хранения в складские помещения ООО «Протос», а также ГУП ПСК «Ставропольагроуниверсал» и в последующем реализовывалась оптово-розничным фирмам…

Постановлением судьи Ленинского райсуда И. Гиевой вынесено решение о заключении под стражу Чеснокова. Когда я его читал, волосы вставали дыбом. Не буду вдаваться в детали (они могут составлять тайну следствия), но, судя по документам, чекисты отслеживали каждый шаг «подопечных»: когда и куда отправлялись КамАЗы, груженные левой продукцией, в каком ассортименте, кто и сколько платил. Речь идет о нескольких сотнях тысяч бутылок «неучтенки». Кроме того, по словам С. Ерохина, Чесноков «вовлек в свою преступную деятельность» гендиректора водочного завода «Протос» П. Панаетидиса (предприятие принадлежит группе греческих бизнесменов).

«Протос» – предприятие, находящееся в серьезном кризисе, – говорит С. Ерохин, – но у него была лицензия на производство и 75 тыс. федеральных спецмарок. Близился Новый год, ну и Чесноков убедил Панаетидиса, дабы «не пропали» его марки, начать совместный «бизнес». Чесноков предоставил «Протосу» тару, укупорку, этикетки «Стрижамента». И дело закрутилось, правда, успели разлить только 35 тыс. бутылок. На допросе Панаетидис дал правдивые показания…

Сейчас старый грек находится на исторической родине, говорят, его там «стукнул» инфаркт, потому и не появляется больше на Ставрополье. И, видимо, не появится: стукнуть могут и по-другому…

Примечательно, что около 100 тыс. бутылок нелегальной водки «Стрижамента» (вообще без марки) обнаружили и на складе, принадлежащем «Ставропольагроуниверсалу». Ну как такое объяснить?! Тертый калач Ширшов вручил следствию копию договора (оригинала нет), что завод якобы арендовал у него этот склад. То есть, как в той поговорке: я – не я, и лошадь не моя. Поразительная «слепота» человека, которому краевое правительство доверило надзирать за заводом!

Вскоре после того как Чеснокова посадили в СИЗО, во многих газетах началась хорошо отрежиссированная акция по защите подследственного. Самый «слезливый» и убойный аргумент: вот чекисты-де расправились не только с директором, но и с заводом, который стоит, рабочие голодные, а казна не получает акцизы. И гневный вопрос: кому от этого хорошо? И сам собой напрашивающийся вывод: пора краевому правительству (читай, губернатору) и власть употребить… Тот факт, что завод остановили не сотрудники УФСБ, а, по сути, доверенные лица краевого правительства, не сумевшие получить новую лицензию, стыдливо умалчивается.

А теперь главный вопрос: как вы думаете, уважаемые читатели, сколько «Стрижамент» – главный акцизный кормилец казны и флагман алкогольной промышленности края – перечислил денег в бюджет в прошлом году? Не напрягайтесь, все равно не догадаетесь. По данным налоговой инспекции, все налоги и сборы составили до неприличия смешную сумму – 2 млн. 129 тысяч. Это примерно месячный оборот ларька, торгующего жвачкой и карандашами.

Шерсть паршивой овцы

По поводу «Стрижамента» и о состоянии алкогольной отрасли я беседовал с первым заместителем председателя Государственной Думы Ставропольского края В. Коваленко. Его мнение для меня было ценным, поскольку Виталий Андреевич ранее работал председателем аграрного комитета, а также гендиректором Георгиевского винзавода.

– Сейчас от «Стрижамента» мало что осталось, – говорит В. Коваленко, – обкромсали со всех сторон. А что, никто не видел, что оно не платит налоги? Видели… Прошел очередной месяц – можно анализ сделать: платит завод налоги или нет. Если не платит – почему? Значит, это никому не нужно? Ну как это – предприятие работает и не платит налоги! Откуда марки берут? Здесь очень много вопросов, и, если они возникают, – в них нужно разбираться.

– Может быть, не стоило забирать «Стрижамент» в краевую собственность?..

– И частные, и государственные предприятия перед законом равны. И дело здесь не в форме собственности – налоги у всех одинаковые. А если возникает вопрос о качестве работы, то это вопрос к менеджменту, к управленцам. Я думаю, что на «Стрижаменте» был неправильный подбор кадров. Надо наводить порядок.

Информация к размышлению

В прошлом край произвел 778,6 тыс. декалитров этилового спирта. Почти половина отправлена на производство денатурата, который акцизом не облагается. Почти на треть больше, чем в 2004 г., наши заводы выдали водки и ликероводочных изделий – 614,1 тыс. дал. Но доходная часть бюджета по этому виду продукции выполнена лишь на 60 процентов. Существенно выросло производство виноматериалов, а объемы вина упали на треть. (Виноматериалы, т.е. сырье, акцизами не облагаются, поэтому мы их элементарно «сдаем» в другие регионы). По коньякам вообще получается парадоксальная ситуация: чем больше мы их производим (в 2005 г. – 868 тыс. дал, рост в полтора раза), тем больше возмещаем акцизов из краевого бюджета. За завезенный из Дагестана обработанный коньяк наш небогатый бюджет возместил производителям 230 млн. рублей. В прошлом году край планировал собрать в бюджет 584 млн. акцизных рублей, а фактически получил на 212 млн. рублей меньше. Вопрос на засыпку: как сие может быть, если практически по всем видам алкогольной продукции в 2005 г. был существенный рост?

Запасные аэродромы

Однако вернемся к нашим баранам. Их аж три: ОАО «Ставропольский ЛВЗ «Стрижамент», ООО «Стрижамент – Ставрополь» и просто ООО «Стрижамент» (его роль пока не ясна). Все зарегистрированы по одному и тому же адресу – Ставрополь, пер. Черняховского, д. 2. Ширшов, с которым мне удалось побеседовать, утверждает, что ООО «Стрижамент – Ставрополь» было создано еще Александровым. Уставный фонд невелик – всего 100 тыс. рублей, единственным учредителем этого ООО является уже практически покойное акционерное общество «Ставропольский ЛВЗ «Стрижамент», а через него, считай, краевое правительство.

Не нужно иметь семи пядей во лбу, чтобы понять: ООО «Стрижамент – Ставрополь» была отведена функция именно запасного аэродрома, куда должно приземлиться имущество обанкроченного чесноковского завода. Кстати, часть этого имущества уже приземлилась, например, линия по розливу, которую налоговая инспекция безуспешно пыталась арестовать в счет долгов. Это же ООО с некоторых пор арендует цеха завода. Туда же после декабрьского «нашествия» чекистов был переведен на работу персонал чесноковского завода. Наконец, именно ООО «Стрижамент – Ставрополь» умудрилось под занавес 2005 г. получить лицензию, чтобы подхватить эстафету «павшего» товарища. Но уголовные дела поломали всю многоходовую комбинацию, а в сейфе руководителя ООО П. Буянова, как утверждают в УФСБ, была найдена «черная бухгалтерия» по левой водке «Стрижамента», изъяты печати. В настоящее время действие лицензии приостановлено. Нет, не «плохими» чекистами, а Москвой. Таково законодательство: с нового года, чтобы пользоваться лицензией, необходимо иметь уставный капитал не менее 50 млн. рублей. У «аэродрома», как я уже говорил, скромные 100 тысяч.

В общем, чтобы запустить производство, необходимо где-то «найти» 49,9 млн. Никакой банкир, даже сумасшедший, таких денег не даст в нынешней ситуации. Но ведь шоу, как говорят американцы, должно продолжаться!

Оказывается, перспективы не такие уж мрачные. Имущества на чесноковском заводе почти не осталось. Оно разошлось по надежным рукам краевого правительства, ООО «Стрижамент-Ставрополь» и ГУП ПСК «Ставропольагроуниверсал». По словам Ширшова, все эти субъекты и могут собраться в складчину, то бишь учредить новое акционерное общество, внеся каждый свою лепту. Имуществом, разумеется, поверженного «Стрижамента». И еще выпустить акции. Судя по тому, как быстро изложил мне Ширшов этот «вариант» спасения завода, операция уже не один день крутится в мозгах гендиректора.

Я его внимательно выслушал, а потом, прибавив в голосе как можно больше наивности, спросил: а как же быть с десятками миллионов налоговых рублей, которые чесноковский «Стрижамент», будущий покойник, задолжал государству? И как на это посмотрят другие, «чужие» кредиторы?

Ширшов сделал каменное лицо и сказал:

– В случае признания завода банкротом конкурсная масса, т.е. имущество, будет реализована для удовлетворения требований кредиторов.

– А она будет, эта масса?

– У завода есть еще имущество в Кочубеевском…

Возникла неловкая пауза, в ходе которой, думаю, мы прекрасно поняли друг друга…

– Может, чего-нибудь выберете себе? – спросил Ширшов на прощание, указывая на шкаф, уставленный образцами продукции «Стрижамента».

– Спасибо, не нужно, – сказал я.

– Вот чего мы лишились, – задумчиво произнес Ширшов, вертя в руках красивую бутыль какой-то настойки. – Кстати, а не могли бы вы дать мне почитать материал перед выходом в газете?

– Не принято у нас так, – строго сказал я и откланялся.

Ширшов натянуто улыбнулся вослед и сел за работу. Может быть, дописывать устав нового акционерного общества. Шоу должно продолжаться.

* * *

P.S. К сожалению, за кадром остались многие имена. Члены совета директоров (наблюдательного совета) ОАО «Ставропольский ликеро-водочный завод «Стрижамент», коллективный «мозг», призванный краевым правительством определять приоритетные направления деятельности предприятия:

1. Ю. Белолапенко, заместитель министра экономического развития и торговли.

2. Ю. Суслов, заместитель министра финансов.

3. Г. Скороход, начальник отдела госсобственности министерства имущественных отношений.

4. Н. Мищенко, начальник отдела координации развития пищевой промышленности министерства сельского хозяйства.

5. М. Ширшов, генеральный директор ГУП ПСК «Ставропольагро-универсал», он же – председатель совета директоров ЛВЗ.

Андрей ВОЛОДЧЕНКО