Последовать примеру шведов призывает главный судебный пристав края Геннадий Кутепов

Состоялась пресс-конференция, на которой Г. Кутепов подвел итоги работы в минувшем году Главного управления федеральной службы судебных приставов РФ по Ставропольскому краю и ответил на вопросы журналистов. 2005 год, по его словам, был сложный, но интересный. Поскольку именно на этот период пришлось становление ведомства в полном соответствии с административной реформой.

Перестановок, в том числе кадровых, было много. Случались на этой почве и конфликты. Но зато теперь можно сказать, что в основном структура управления выстроена. В ближайшей перспективе планируется усилить уровень компьютеризации рабочих мест, создать финансово-ревизионный отдел с целью усиления контроля за прохождением собственных средств, улучшить условия жизни территориальных подразделений, увеличить уровень доходов сотрудников.

Далее было сказано, что в обновленном наполовину составе сработали значительно лучше, чем в предыдущие годы. Основные федеральные стандарты, по которым оценивают работу приставов, перевыполнены. Например, фактическое исполнение судебных решений доведено до 58,9 процента, взыскание средств в соответствии с ними до 27,4 процента. Задания по налоговым и таможенным сборам – на уровне 150 и 106,6 процента от плана. Есть проблемы со сроками исполнения решений. Но, как пояснил Геннадий Кутепов, на то существуют и объективные причины. Во-первых, действующий закон устарел, не учитывает новых реалий. Нагрузка на пристава достигла уже пределов фантастических. Во-вторых, осталось дурное наследство от прежней службы. Например, некоторые производства лежали без движения по 3-5 лет, ими просто никто не занимался. Теперь необходимо время, чтобы и с этим «багажом» разобраться.

Журналистов интересовало: кто же главным образом уходит от расплаты? И куда идут эти не полученные истцами деньги? В теневой бизнес, криминал, террористам? Такой информацией управление не располагает. Но одно можно точно сказать – приставам приходится работать главным образом с теми, кто заранее планировал обокрасть государство или конкретного человека. Такие персонажи стремятся реализовать имущество или спрятать добытые незаконным путем средства еще до решения суда. А на нет, как говорится, и суда нет. Ярким примером может служить фирма «Маяк», ограбившая своих дольщиков. Даже по решению суда службе приставов нечего вернуть обманутым людям. Ибо земельные участки, на которых были вырыты котлованы и предпринята попытка, скорее для отвода глаз, строительства, по-прежнему принадлежат муниципалитету. А то, что зарыто – бетон, металлоконструкции, – невозможно реализовать: в таком виде это добро никому не нужно. Тем более приятно, когда приставам иногда удается добиться выплат довольно крупных сумм, несмотря на всю безнадежность ситуации, как это случилось в отношении акционерного общества «Красный металлист». Администрация завода вернула своим работникам зарплату за 4 года. Бывают, конечно, и такие случаи, когда должник по объективным причинам, – например, из-за неурожая – не может рассчитаться по обязательствам. При таком раскладе не грех и поискать компромисс, считает главный пристав.

Службе переданы новые полномочия, которые позволяют, в частности, возбудить уголовное дело в отношении должностных лиц, злостно уклоняющихся от исполнения судебного решения. Таким правом приставы уже пользовались. 27 дел доведены до суда.

Очень много проблем возникает, если решение Фемиды касается сноса незаконного строения. Такого рода операции проходят, так сказать, по сценарию «спохватились». При этом возникает множество правовых коллизий, из которых проблематично найти достойный выход.

Заведомо неисполнимых решений, по статистике, почти 16 процентов от числа поступивших в производство. Плохо судят судьи? Ответить на этот вопрос однозначно тоже нельзя. Судья зачастую просто не знает истинного материального положения должника, вот и появляется у пристава очередной «висяк». Чтобы поправить положение дел, главный пристав края обратился к председателю краевого суда с официальным письмом, в котором содержится предложение разрешить представителю службы участвовать в принятии судебного решения в качестве третьего лица. Тогда число безнадежных исполнительных производств можно реально снизить.

Пора выстраивать новый механизм ответственности гражданина за неуважение к государству. Скажем, в Европе человек в мантии вынужден думать заранее о перспективах исполнения своего «вердикта». И судьба европейских приставов, кажется, не так тяжела. Допустим, если человек нарушил правила дорожного движения, то инспектор просто приклеивает на стекло авто квитанцию с суммой штрафа. Если провинившийся не платит, за ним никто не ходит, не уговаривает, просто ему через три месяца присылают повестку в суд. Если и это им игнорируется, следует арест. А еще лучше жить по принципам шведского социализма, когда все платежные операции производятся по безналичному расчету. В этом случае и от уплаты долгов кому бы то ни было уклониться практически невозможно, разве что сбежав из страны.

Еще журналисты поинтересовались, не составляют ли криминальные структуры, специализирующиеся на выбивании долгов, конкуренцию службе приставов. На что Г. Кутепов с улыбкой заметил: у нас разные специализации, криминал – это «досудебная инстанция», приставы же работают только на законном основании, по судебным решениям.

Людмила КОВАЛЕВСКАЯ