Врач назначила обследование в краевом диагностическом центре с указанием точного времени: 1 декабря в 9.40. Предупредила: опоздаете – могут и не принять.

Мы с сыном еще затемно пришли на автостанцию. Взяли билеты на первый рейс, чтобы успеть к назначенному сроку. Такси, как в прошлый раз, я не заказала: думала, в такую рань и без него доберемся.

Около шести часов утра подали автобус Новоалександровской автоколонны № 1717 – маленький, грязный, холодный. Хмурый водитель был чем-то озабочен. Миновав станицу Новотроицкую, машина остановилась. Шофер «обрадовал»: серьезная поломка, но, дескать, сейчас будет идти рейсовая маршрутка и всех возьмет. Увы… Маршрутка пролетела мимо. Что делать? Пассажиры начали возмущаться. Ведь каждый торопился по своим делам.

Водитель решил вернуться на автостанцию в Новотроицкой. Еле-еле дотянул. Я стала просить диспетчера отправить меня и сына ближайшим рейсом. Сказала, что мы опаздываем, показала направление. Диспетчер ответила, мол, не мешайте работать. «Ждите свой автобус из Новоалександровска и сами договаривайтесь с водителем» – вот ее слова. Словно мы приехали из другого государства! И будто та же Новотроицкая автостанция, равно как и Новоалександровская, не входит в краевое акционерное общество автовокзалов и автостанций. Тут ведь не ведомственная разобщенность – одна система! Так почему же такое отношение к пассажирам?

Черствость диспетчера возмутила меня до глубины души. Защемило сердце… Немного придя в себя, попросила книгу жалоб и предложений. Диспетчер будто и не слышала меня. Тогда я обратилась к ней с просьбой назвать фамилию начальника автостанции и его телефон. Она не сообщила, зато высказала неприятные слова в мой адрес.

Что мне оставалось делать? Спорить? Доказывать свою правоту? Времени не было. Пришлось нанимать частного извозчика. Уплатив 200 рублей, мы помчались в Ставрополь, но все равно опоздали. Спасибо медикам диагностического центра, которые вошли в мое положение и осмотрели сына. Мы еще успели с результатами обследования попасть на прием и к лечащему врачу краевой детской поликлиники.

Я вот о чем думаю. Во-первых, кто вернет мне 146 рублей? Именно столько стоили два билета в Ставрополь на автобусе, который в дороге сломался. Во-вторых, кто возместит причиненный мне физический и моральный ущерб? Ведь сердце не отпускало несколько дней, а оно у меня очень больное: незадолго до этого я три недели пролежала в кардиоотделении райбольницы. Да и сейчас, когда пишу это письмо, чувствую себя неважно. В-третьих, почему диспетчер, находясь, как говорится, при исполнении служебных обязанностей, вела себя так вызывающе? Неужели грубость по-прежнему остается визитной карточкой нашего вчерашнего государственного, а ныне акционерного извоза? Смена собственности, очевидно, никак не повлияла на наемных работников этой сферы услуг. Для них мы, пассажиры, словно надоедливые мухи, от которых приходится отмахиваться. Так они поступали во времена социализма, так поступают и сейчас, хотя на дворе иная эпоха, иной общественный строй…

Теперь я всем своим родным, знакомым, коллегам по работе закажу ездить с нашей автостанции. Благо, что появился отличный конкурент с настоящим сервисом.

Елена БРЕЖНЕВА