Людмила Дмитриевна Никольская

 

Война

Родители Людочки Васильевой были коренными ленинградцами.

– Первым ударом судьбы стал для меня арест отца, который в Гражданскую был комполка, – вспоминает Людмила Дмитриевна. – Вы и представить себе не можете, как же это противно и до боли обидно незаслуженно ощущать себя дочерью так называемого «врага народа». Больше мы отца никогда не видели.

Шли годы. В 1941-м Люся Васильева окончила среднюю школу. Выпускной вечер был у нее 21 июня...

Ленинград стали бомбить практически с первых же дней войны. Мама с сестрой находились у родственников в селе, а Людмила твердо решила, что останется в городе и будет учиться. Вступительные экзамены в мединститут она сдала на «отлично». Но вот заниматься ей довелось всего полтора месяца: она отказалась от эвакуации и была зачислена в комсомольский противопожарный полк обороны.

Было очень страшно, приходилось под бомбежками, которые не прекращались ни на день, дежурить на чердаках и крышах, обезвреживать зажигательные бомбы. Людмила видела, как город постепенно вымирал. Оставшиеся взрослые в основном работали на военных заводах, а их дети находились дома. Бойцы полка были закреплены за такими семьями. У Людмилы на попечении их было 14.

– Среди прочих посещала я одну семью, – вспоминает Никольская, – в которой было трое детей: старший мальчишка лет одиннадцати и две девочки помладше. Прихожу как-то, смотрю – всего два ребенка. Спрашиваю, а где Саша? Девочка и отвечает, что съели они сестренку…

А однажды, когда Людмила шла ночью с дежурства, ее схватили двое здоровенных мужиков. В это время стали пересвистываться милиционеры. У бандитов не выдержали нервы, и они бросили жертву. Людмила думает, что эти неизвестные постовые спасли ей жизнь: были случаи, когда людей воровали и пускали на мясо…
 

Опоздавшая медаль

Муж Евгений вернулся с войны в сентябре 1945 года. Вместо разбомбленного жилья им дали новое, в том же доме на Невском. А вот свою законно заслуженную медаль «За оборону Ленинграда» Людмила Никольская получила только спустя четыре десятилетия, хотя Указ Президиума Верховного Совета СССР был еще в декабре 1942 года, а удостоверение ей вручили в 1943-м. Самих медалей тогда не было. Только в восьмидесятые стала обращаться Никольская в инстанции, но решение вопроса затягивалось. А тут как раз Горбачев приехал в Ленинград. Людмила и написала генсеку, что, мол, вы, Михаил Сергеевич, ходите сейчас по моему родному городу, а я проживаю в данный момент на вашей родине – на Ставрополье. Помогите, если можете. Розыск, к слову, продолжался недолго, и уже через пару месяцев Никольской вручили дорогую для нее медаль «За оборону Ленинграда»…
 

Ставропольское счастье

В Ставрополь Людмила приехала в 1951-м, на два года позже мужа. Их первенец был очень мал для совместного переезда. Но и эти годы Людмила не теряла зря: экстерном окончила педучилище, все на «отлично» сдала. В Ставрополе сразу же пошла работать воспитателем в детский сад. Через год родился Юра, а еще через два – Леня. И все-таки Людмила Никольская получила высшее образование. Она заочно окончила Ставропольский государственный педагогический институт, когда ей уже исполнилось 40, а затем – вплоть до выхода на пенсию – заведовала детскими садами.
 

Пришла беда...

Никольские жили в самом центре Ставрополя. Сыновья выучились, и каждый нашел себе дело по душе. Виктор работал в «Зеленстрое», Юрий преподавал в институте, а Леонид служил в краевом управлении пожарной охраны. Жизнь складывалась как нельзя лучше. Но в начале 90-х годов старший сын Виктор, живший с родителями, стал жертвой подонков. Его ограбили и жестоко избили, проломив голову.

Недаром говорят: пришла беда – отворяй ворота. Появились проблемы у Юрия. Он остался без жилья, без жены, с двумя детьми. В трехкомнатной квартире на улице Дзержинского их стало шестеро. И тут случился пожар. Квартира выгорела дотла. А через несколько дней Виктор снова нарвался на негодяев. Еле выходили старшего сына, ставшего инвалидом второй группы.

Их после пожара расселили, и мыкались Никольские по чужим углам. А тут ушел из жизни глава семьи. Стало еще труднее. Оставалась только надежда на получение жилья. Тогда у Никольских было сразу две очереди: у самой Людмилы Дмитриевны и у инвалида 2-й группы Виктора. Но время шло, а вопрос выделения квартир все откладывался. Восьмидесятилетняя блокадница стала все чаще болеть. И тогда обратилпсь Никольская к губернатору. Александр Черногоров откликнулся на мольбу пожилой женщины. Так Никольская оказалась в квартире в доме ветеранов. Условия были шикарные: жилая площадь 72 квадратных метра, две лоджии. Живи, как говорится, и радуйся. Одна только мысль всегда мучила Людмилу Никольскую. Выяснилось, что в случае ее смерти Виктор подлежит выселению.

И тогда она обратилась к вице-мэру Ставрополя Андрею Уткину. И он пошел навстречу. Оперативно нашел Никольским жилье. Пусть оно было не первой молодости (год строительства – 1840-й), но зато находилось в центре города и предназначалось под снос, а значит, была уверенность, что через год-полтора они получат отдельную благоустроенную квартиру, тем более что и городские власти на это явно намекали.

Так в 2003 году для защитницы блокадного Ленинграда Людмилы Никольской и ее сына-инвалида началась блокада номер два. И не потому что пришлось бороться с грызунами, убирать нечистоты – здесь родные помогли. Даже сделали косметический ремонт. Так – до сноса потерпеть. Но…

– Жить все равно здесь невыносимо, – говорит Людмила Дмитриевна. – Постоянно испытываю чувство какого-то унижения. Отопительная газовая печка совсем прохудилась. Сколько бы ее ни подлатывали, а она уже вся рассыпается. А главная беда – полный подвал воды, а потому много крыс.
 

Эхо торжества

Летом прошлого года забрезжила было надежда на лучшее. Строительная фирма обрадовала известием, что скоро всех жителей близлежащих дворов переселят. В сентябре 2004-го запретили даже прописку и продажу в домах, предназначенных под снос. Президент ООО «Аспект» Николай Диденко так и сказал Никольской: «Не волнуйтесь, найдем для вас одну из лучших двухкомнатных квартир. Уж вам-то я подберу. Учтем даже ваши просьбы относительно этажа».

Но накануне 60-летнего юбилея Великой Победы Никольские одно за другим (вначале Виктор, а потом Людмила Дмитриевна) получили уведомления из жилищного отдела администрации Ставрополя. Их поставили в известность, что они оба… сняты с очереди на получение жилья, так как обеспечены необходимым жильем. А в конце октября Николай Диденко сообщил, что «Аспект» не будет этот участок осваивать, а соответственно и ничего строить не станет.

Надо ли говорить, как эта новость ударила по здоровью Людмилы Никольской. Она перестала видеть на один глаз. А тут – новая напасть. Под стеной ее хатенки убили человека. И на следующий день на тротуаре, прямо под ее окном появились гвоздики. И по сию пору там постоянно живые цветы.

– Поймите, морально тяжело, – чуть не плачет старушка, – у меня как раз диван стоит у окна. Между прочим, звали погибшего Леонид, как и моего младшего сына…

После отказа «Аспекта» снова обратилась Людмила Никольская в городскую администрацию. Записалась даже на прием к главе Ставрополя. Ей пообещали, что заранее позвонят и сообщат о дне встречи. Прошло уже полтора месяца, а звонка она так до сих пор и не дождалась…

Со дня великой даты – 9 мая – минули месяцы. И хотя на Руси много и правильно говорили о том, что этот святой для страны праздник не может превратиться в разовую акцию, не должен ограничиться концертами, парадами и салютами, и что участники Великой Отечественной, как никто другой, нуждаются в заботе и внимании не одну неделю или один месяц в году, а постоянно, получается у нас – «как всегда».

Когда материал готовился к печати, я дважды связывался с Николаем Диденко. В первый раз он был настроен жестко:

– Вы что предлагаете? Чтобы я построил из-за одного человека дом? Вся проблема в том, что жильцы ведут себя нечестно. Когда мы с ними разговаривали в первый раз, они одно говорили, а когда подошли к вопросу об их расселении, они нам стали заламывать руки. И теперь получается, чтобы снести их дома, нам надо отдать 25 процентов от стоимости строящегося дома. Подобный бизнес неприемлем.

Во второй раз Диденко был более мягок и три недели назад даже заверил, что в ближайшую субботу-воскресенье сам еще раз пройдет по этим домам лично и постарается найти оптимальный вариант решения проблемы.

* * *

А тем временем Людмила Дмитриевна все надеется на долгожданное жилье и старается не замечать, что печка снова вышла из строя. И президент «Аспекта» так и не заходит. И от властей никто не заглядывает. Наверное, думают, как бы потеплее поздравить ветеранов войны с новыми датами. 60-летие-то уже отгремело…