Ставропольский краеведческий музей им. Г. Прозрителева и Г. Праве

А вот 14 «не определившихся» музеев самых разных уровней – от сельского до городских – стали филиалами Ставропольского краеведческого музея им. Г. Прозрителева и Г. Праве. Таким образом удалось избежать потерь, увы, имеющих место в клубной и библиотечной системах. Идея объединения витала в воздухе задолго до начала реформы местного самоуправления, и, к счастью, ее удалось реализовать. Прежде всего стараниями ее автора – Николая Охонько, директора Ставропольского краеведческого музея. Сегодня он делится предварительными итогами кропотливой работы, связанной с созданием новой структуры.

– Николай Анатольевич, как же все-таки смогли музеи удержаться, как проходил процесс объединения и в какой он сейчас стадии?

– Собственно, в завершающей. Упорядочены финансовые вопросы, остались кое-какие рутинные дела по оформлению документов. Дальше уже стоят задачи чисто профессиональные – по организации работы этих музеев как филиалов. Чего греха таить, из всех наших «новичков» лишь единицы можно было назвать музеем в полном смысле слова. В Предгорном районе, например, есть музейчик в 700 экспонатов с одним сотрудником. Есть музеи, в которых работают по два человека, как в селе Татарка. Правда, там зато есть уже неплохая коллекция, решена проблема с помещением. Здесь следует отметить, что с включением, в частности, этого конкретного музея в нашу сеть и мы получаем не очередную «обузу», а интересную перспективу!

– Что вы имеете в виду? Разве не одни лишь дополнительные хлопоты свалились на ваши плечи?

– Получается, что нет. Дело вот в чем. На пороге своего столетнего юбилея наш музей стоит перед началом нового этапа – преобразования в музей-заповедник. Главная цель этого преобразования – соответствовать реалиям и потребностям века, не замыкаться только в стенах здания, а выходить на объекты природы, истории и культуры в куда более широком пространстве. Причем не только в ближайших окрестностях Ставрополя, но и на всех наиболее перспективных туристских маршрутах региона. Таких, как Ставрополь – Александровское – Буденновск. В упомянутый музей Татарки входит такой объект, как Святой источник. И мы сейчас будет там работать комплексно – с Татарским городищем, источником и собственно музеем.

– Кстати, какова позиция православной церкви по отношению к названному источнику?

– В свое время, когда он был, по сути, бесхозным, мы добились его включения в структуру районного музея, туда был назначен смотритель, который свою задачу по сохранению культурного наследия выполнил. Сегодня там активно работает церковь, осуществлено благоустройство, построена часовня, проводятся богослужения, бывает много паломников. Но ведь не только верующие люди интересуются историческими местами края. Весь природный и культурный комплекс Татарки способен стать полноценным туристским объектом, что мы и постараемся сделать.

– А остальные филиалы, их судьба уже в структуре вашего музея как-то просматривается? И как будет достигнута неприкосновенность не только их фондов, но и, например, кадров, материально-технической базы?

– Часть из них уже имели опыт работы в объединении, существовавшем до 90-х годов, они вполне профессиональны и самостоятельны. Например, музей в Благодарном – это и добротное здание, и грамотно подготовленная экспозиция, и учет фондов на должном уровне, и практически освоенные все формы музейной деятельности. Наша задача – помочь в течение года этому музею в финансовых вопросах, коллектив же тем временем оформит документально статус юридического лица и будет готов к «свободному плаванию». Для чего, собственно, и затеяли мы всю сегодняшнюю реорганизацию. Вообще-то, филиалами с точки зрения профессиональной и творческой быть удобно и выгодно! Но вот организационные и хозяйственные вопросы приходится решать только через нас, что, конечно, все осложняет.

– А роль местных администраций – с ними можно установить деловые отношения? Ведь музеи-то по-прежнему находятся в конкретных населенных пунктах и работают для живущих там людей…

– Мы об этом же сказали всем музеям в начале реорганизации: вас никто никуда не забирает, вы живете и работаете там, где всегда. И предостерегали от возникновения эдакого иждивенчества, когда по поводу протекающей крыши обязательно надо ждать действий от головного музея. Есть ряд хозяйственных вопросов, которые и по силам, и надо решать на местном уровне, с властью своего села, города. Мы не отказываемся помогать и в этом, но нельзя же доводить все до абсурда... К тому же у нас сейчас еще столько бумажной работы по заключению договоров на коммунальные услуги, от сигнализации до отопления и электроснабжения. Пытаемся строить отношения с соответствующими центральными ведомствами, объясняем ситуацию и просим с пониманием отнестись, не спешить со всяческими санкциями.

Имущественные проблемы тоже есть. В станице Беломечетской замечательный музей, но располагается в здании, принадлежавшем бывшему колхозу. В Балахоновской в аналогичной ситуации поначалу заговорили с нами об арендной плате, но затем совместно нашли вариант: для музея будет приобретено здание, где тот будет хозяином. Это оптимально. Хотелось бы и в других районах добиться такого. В селе Гофицком здание принадлежало старой школе, глава сам предложил перевести его на баланс администрации. Но такое понимание находим пока еще не везде. А вот два музея просто побоялись с нами объединяться – Михайловский и Прасковейский. Дескать, как это можно отдать музеи? За их судьбу не поручусь.

– Думаю, потом, когда страсти улягутся, многие оценят вашу позицию и ваши сегодняшние усилия, отнюдь не «захватнические»…

– Более того, мы ведь прокладываем путь для всей России, остальные регионы через год столкнутся с этими же проблемами, и ставропольский опыт обязательно пригодится! Да и для самой музейной сети края это все станет хорошей школой. Уверен, наши музеи поднимутся на более высокий уровень качества.

– В этой связи, насколько оправдан первоначально предлагавшийся вариант временного объединения музеев – только на период оформления юридической самостоятельности? Ведь работа филиала, как вы уже заметили, открывает иные профессиональные возможности. И, может быть, не всем так уж обязательна или желательна эта самая самостоятельность?

– Скорее всего, ряд небольших музеев останутся подразделениями если не нашими, то в структуре более крупных музеев. Например, такой вариант можно предложить Предгорненскому музею, совсем недалеко от которого расположен успешно действующий Ессентукский, имеющий сложившуюся базу и владеющий всеми полагающимися формами музейной работы. Вместе им было бы, на мой взгляд, и проще, и интереснее.

– А вам бы не хотелось, также исходя из профессиональных интересов и сверхзадач, все-таки оставить часть филиалов в своем музее?

– Современная экономика диктует необходимость финансовой самостоятельности и прочной собственной инфраструктуры. При нынешней супербюрократической казначейской системе проводить через нашу бухгалтерию текущие хозяйственные дела, решать которые надо зачастую немедленно, слишком громоздко. Однако есть и такие музеи, которые просто не готовы к самостоятельности: не потянуть небольшому музейчику в Гофицком весь положенный штат, но в дальнейшем, после всей этой организационной кутерьмы, он вполне может влиться в состав Петровского районного музея. Если какие-то музеи все же «провиснут», разумеется, мы их не выгоним на улицу. И они могут оставаться филиалами еще долгое время.

– Особенно, если ряд музеев окажутся удачно вписавшимися в вашу будущую модель музея-заповедника, в единые экскурсионные программы.

– Над новыми моделями еще много предстоит думать. Туристические схемы возможны самые разные, а координатор известен – министерство культуры края, в чью структуру мы все входим. Самое страшное для музея – замкнутость на своей подчас весьма ограниченной территории. Это застой. Надо включаться в широкие проекты, понимать выгодность перспективы. Если заработает у нас в крае туризм – вот тогда все музеи станут востребованными. Заставить же всех сразу быть современными невозможно, сама жизнь рассудит и укажет путь.

– Как вы считаете, можно ли было найти такие же спасительные пути реформирования и для переживающих сейчас тяжкий период районных учреждений культуры? Музеи же смогли об этом позаботиться.

– Боюсь показаться чересчур жестким, но во многом искусственно сколоченная советская система культуры в условиях повышенных требований к выживаемости оказалась очень хрупкой и уязвимой. Не лучшим образом сказались и многолетние иждивенческие настроения в этой сфере, и остаточный принцип ее содержания. Сейчас нужны, конечно, в первую очередь экстренные меры по спасению библиотек, хранящих уникальные книжные фонды, своего рода культурный генофонд нации. Нужны, разумеется, и культурно-просветительские центры на местах, чтобы духовная жизнь человека не ограничивалась телеэкраном. Какими им быть в ХХl веке – это дело будущего. Идет процесс жесткой селекции.

– Ну, одной только селекцией, к сожалению, у нас не ограничивается… А какова роль краевых властей в сложном деле реорганизации музейной сети?

– Тут у меня появляется редкая возможность не выглядеть комплиментарным, а отдать должное пониманию и поддержке, которую мы сегодня ощущаем со стороны вышестоящих. Работаем единой командой с министерством культуры. Относительно музеев, к нашему счастью, принято серьезное государственное решение, которое, без сомнения, станет примером для всей России.

– А вам-то в юбилейный для музея год привалило столько незапланированной работы…

– В этом есть что-то непередаваемо-важное. Ну разве не знаменательно то, что именно в канун своего 100-летия наш музей выступает в благородном качестве защитника и опоры? Нет, не себя, а большой части музейной сети края. Это и удивительно, и замечательно!

Наталья БЫКОВА