Палитра игорного бизнеса

Именно в нынешнем году на Ставрополье началось бурное развитие игорного бизнеса. Уже сейчас доходы, поступившие в краевую казну от соответствующего налога, превысили все годовые ожидания. Яркие вывески игровых залов стали неотъемлемой частью уличного пейзажа крупных городов: если в прошлом году в крае насчитывалось около 1300 игровых автоматов, то сегодня – вдвое больше (и это только официально зарегистрированных!) И, наконец, стало заметно качественное обновление сферы азарта. Практически ушли со сцены «детские» аппараты, те, что таскали мягкие игрушки краном, а вместо них на рынках и в магазинах появились так называемые «столбики» – аппараты с примитивной программой, принимающие пятирублевые монеты. Но и они, как пророчат местные специалисты, к будущему лету уступят место более продвинутым машинам.

Уходящий год стал «взрывным» сразу для многих регионов страны, и, конечно, возникает вопрос – почему? Лучше всего на него ответил один предприниматель, который сказал, что игорный бизнес развивается там, где у населения появляются лишние деньги. В нашем крае – Ставрополь и города Кавказских Минеральных Вод. Но сфера азарта – это не только сверхдоходы. Это еще проблемы и стереотипы. Игорному рынку Ставрополья, далекому от насыщения, предстоит жить и развиваться, а вот как – цивилизованно или стихийно – во многом зависит от политики федеральных и региональных властей.

Черное

Игорный бизнес занимает свое место в теневой экономике державы. По мнению краевых правоохранительных органов, доля нелегальных аппаратов, т. е. нигде не зарегистрированных, доходит до 90 процентов. Так, по данным краевой налоговой инспекции, на Ставрополье – около 2800 игровых аппаратов, с них и берется налог.

– Да в одном Пятигорске их несколько тысяч, – сказал мне знающий человек. – Вы зайдите на рынок «Людмила», который ими буквально усеян…

Годовой оборот российского игорного рынка (имеются в виду автоматы и казино) оценивается в 1 млрд. долларов. Говорят, что обыкновенный «столбик» может приносить до 30 тыс. рублей в сутки. Но какой бы то ни было официальной статистики ни в стране, ни в крае нет.

Сотрудники отдела «К» по борьбе с компьютерными преступлениями ГУВД Ставропольского края не так давно организовали крупномасшабный рейд совместно со специалистами комитета по финансовому мониторингу. По результатам проверки были направлены материалы мировым судьям, а также в прокуратуру – для принятия решений в отношении тех, кто занимается незаконным предпринимательством в сфере игорного бизнеса. Нарушений выявлено множество. Скажем, в зале установлено десяток и больше аппаратов, а документация имеется на один-два. В этом случае предусмотрен штраф, причем весьма солидный – до 1 млн. рублей.

– Но это «семечки» для той организации, которая в день зарабатывает полмиллиона, – говорит сотрудник отдела «К», пожелавший остаться неизвестным. – Конечно, не каждый игровой зал столько зарабатывает, все зависит от того, где он находится, кто туда ходит, кто хозяин, круг его общения. В основном же это криминальный бизнес. Деньги, которые здесь крутятся, идут на наркотики, оружие и так далее, вплоть до терроризма. Да, хотите верьте, хотите нет, но где «однорукие бандиты», там и террористы. Я не говорю, что весь этот бизнес криминальный, но какой-то процент – точно. В настоящее время мы занимаемся этой темой очень серьезно…

«Практически любой хозяин игрового автомата может сделать так, что вы никогда не выиграете, – считают в отделе «К». – На рынках Москвы и Санкт-Петербурга, а также через Интернет можно легко приобрести специальные устройства, позволяющие менять процент выигрыша. Их изготавливают наши российские умельцы, и стоят они, в отличие от самих аппаратов, достаточно дешево – от 30 долларов. На Кавминводах был выявлен аппарат вообще безвыигрышный. Его перемещали с места на место почти каждый день…»

Кстати, самыми «недобросовестными» машинами считаются «столбики», в некоторых из них устройство для выдачи денег просто… отсутствует. Но что интересно: жалуются на теневиков не столько клиенты, сколько их «белые» коллеги, т. е. легальные игровики.

Белое

По мнению тех, кто в сфере азарта пытается работать с соблюдением всех юридических и этических норм, имидж игорному бизнесу изрядно портят именно «столбики» и подобные им аппараты, а также все, кто работает по-пиратски. А «белый» игорный бизнес – это прежде всего культура обслуживания: чистые залы, обученный персонал, регулярное обновление игр и, разумеется, допуск к игре только совершеннолетних.

– Количество работающих «в тени» велико. В бизнесе надо наводить порядок, – говорит Игорь Пашукевич, первый заместитель генерального директора ООО «Лидер». На сегодня это одна из крупнейших фирм, имеющая на КМВ разветвленную сеть игровых залов, одно из лучших казино Пятигорска, а также собственную школу крупье и операторов игровых автоматов. К тому же это чуть ли не единственная в крае организация, состоящая в Ассоциации деятелей игорного бизнеса России.

На вопрос о фортуне в «Лидере» ответили так: «Самый большой проигрыш – все, что есть в кармане: пять-десять тысяч рублей, но никак не сотни тысяч, о которых приходится слышать. (В долг в приличных заведениях играть не дают. – А. Б.). Максимальный разовый выигрыш на хорошей машине зафиксирован в 250 тыс. рублей. Но люди в основном скрывают, что они выиграли – проговоришься и 35 процентов надо отдать государству в виде налога…».

Как бы то ни было, о доходности игорного бизнеса ходят легенды. И. Пашукевич точных сумм называть не стал, но сообщил, что прибыли от игровых автоматов хватает в том числе и на содержание казино, а вот само казино… убыточно. Кстати, в крае уже закрылось несколько заведений с фишками. И, по мнению специалистов, эта тенденция продолжится, если не снизить ставку налога – сегодня это 65 тыс. рублей с каждого игорного стола в месяц. Краевой комитет по лицензированию отдельных видов деятельности выходил в Госдуму края с предложением понизить ее хотя бы до 40 тыс. рублей, но поддержки это предложение не нашло. И комитет опасается, что казино могут окончательно спрятаться «в тень»…

Что касается игровых автоматов, то с каждого государству платится 3 тыс. рублей в месяц. Но краевые депутаты уже приняли решение о повышении ставки до 4,5 тыс. рублей – с 1 января 2005-го. Игровики, разумеется, не в восторге. «За несколько лет налоговая нагрузка на нас возросла в разы, и если дойдет до максимально возможной ставки – семи тысяч рублей, это будет прямое закрытие всего легального игорного бизнеса».

Уходящий год примечателен еще и тем, что налог на игорный бизнес стал полностью региональным (раньше его часть уходила в федеральную казну). В итоге, как сообщил главный госналогинспектор Управления МНС России по Ставропольскому краю Д. Запорожцев, за первые десять месяцев в краевой бюджет поступило 71,9 млн. рублей, что почти в пять с половиной раз больше, чем за аналогичный период прошлого года. Львиная доля – именно от автоматов, хотя существуют еще казино, букмекерские конторы и тотализаторы.

– В следующем году эта сумма может перевалить за 100 млн. рублей, учитывая увеличение числа зарегистрированных автоматов и налоговой ставки, – считает председатель краевого комитета по лицензированию отдельных видов деятельности Сергей Харитонов. – А сегодня в бюджете дорог каждый рубль, не говоря уже о миллионах.

Металлический блеск

Несколько слов о самих аппаратах. Помимо «столбиков», наибольшее распространение получили слот-машины (усовершенствованные «однорукие бандиты» с кнопками вместо рычага) и электронная рулетка.

На Ставрополье работают машины отечественного производства. Во всяком случае, как сообщили в отделе «К» ГУВД СК, «мы пока ни одного зарубежного аппарата не встречали». В основном их выпускают Москва и Санкт-Петербург. Однако, по нашим данным, производители игровых аппаратов появились уже и в Ставрополе, причем четверо из них сертифицировали свою продукцию на предмет электробезопасности. Хватает в России и народных умельцев, которые профессионально мастерят машины удачи из обыкновенных компьютерных мониторов, клавиатуры и нехитрой программы.

Главный документ об игровом аппарате – сертификат об утверждении типа. Чтобы его получить, каждый аппарат должен пройти обследование в одном из 22 российских центров стандартизации и метрологии. Право проводить такие испытания с весны нынешнего года получил и Ставропольский ЦСМ. Основные требования к игровым автоматам: игровой процесс должен быть случайным, а средний процент денежного выигрыша – не ниже 75. «Узаконить» машину – обязанность предпринимателя. Но…

– В центре испытаний игровых автоматов ФГУ «Ставропольский ЦСМ» пока не испытано ни одного аппарата, – говорит и. о. руководителя Иван Якушов. И добавляет, что, возможно, они прошли через иные центры испытаний.

Но сертификат об утверждении типа – это еще не все.

– Помимо этого, – говорит И. Якушов, – каждый автомат должен быть подвергнут контролю на соответствие утвержденному типу. Центр испытаний игровых автоматов ФГУ «Ставропольский ЦСМ» уже выдал более 900 актов контроля. И все же на территории Ставропольского края игровых залов, где оператор вам предъявит весь комплект документов, определенных Госстандартом РФ и наличие которых обязательно, крайне мало. А мы не контролирующий орган и не в силах принудить недобросовестных предпринимателей или фирму выполнять закон.

– А кто в силах?

– Я думаю, что правоохранительные и лицензирующие органы, налоговая инспекция и местные администрации, с которыми мы всегда рады сотрудничать.

Что касается местных властей, то, например, в Ставрополе при администрации каждого района создана комиссия по контролю за деятельностью компьютерных клубов и залов игровых автоматов. Но трудно сказать, что этот орган проверяет, поскольку в тот же центр испытаний никто оттуда даже не обращался за консультацией…

Бумажный оттенок

Слаб контроль и по линии лицензирования. Дело в том, что с 2002 года лицензии на ведение игорного бизнеса выдает Федеральное агентство по физической культуре и спорту , которое за все это время провело по России только две (!) проверки. Ранее их выдавал краевой комитет по лицензированию отдельных видов деятельности.

– Количество лицензий, выданных в крае, с каждым днем сокращается, так как заканчивается срок их действия, – говорит Карина Бахметьева, начальник отдела организационно-аналитической работы и контроля названного комитета. – Сегодня краевых лицензиатов осталось чуть более сорока. Кроме того, большинство из них уже получили и федеральные лицензии. И пошел поток заявлений с просьбой прекратить действие наших. Они знают – из Москвы никто не приедет и не проконтролирует.

По закону, достаточно заплатить государству 1300 рублей (сравните с дневным доходом от одного автомата) и сдать пакет кое-каких документов, чтобы получить лицензию сроком на пять лет с правом устанавливать любое количество игровых автоматов или столов в любом уголке России. Плюс масса правовых пробелов. Ими активно пользуется деловой люд. По некоторым данным, половина расположенных в Москве «грязных Гарри» зарегистрированы в… городе Иваново, где налоговая ставка на аппарат составляет всего 1,5 тыс. рублей в месяц. Не исключено, что «ивановские» машины есть и на Ставрополье, где налог в два раза выше. Впрочем, скоро эта лазейка будет прикрыта: как сообщил Д. Запорожцев, с 1 января 2005 года субъекты предпринимательства обязаны будут регистрировать игорное оборудование, в том числе игровые автоматы, в налоговом органе по месту их установки.

Пока же федеральные лицензиаты чувствуют себя примерно так, как человек, не обязанный представляться. Чтобы узнать, кто из них работает на территории Ставрополья, краевой лицензирующий орган специально делал запрос в ведомство Вячеслава Фетисова.

– После этого мы получили реестр федеральных лицензий, выданных юридическим лицам края. По каким-то причинам нам не предоставили информацию о лицензиях, выданных частным предпринимателям, а их все-таки немало, как мы предполагаем, – говорит Сергей Харитонов.

Остается добавить, что в Госдуму РФ внесен законопроект «О деятельности игорных заведений», предопределяющий, что лицензированием игорного бизнеса должны заниматься субъекты Федерации, а не «беззубый» Росспорт. Документ пылится в каком-то долгом ящике уже больше года…

Желтое

Ежемесячно в краевую клиническую психиатрическую больницу обращаются два-три человека, испытывающих патологическую склонность к азартным играм. Точнее, не они сами – их родные. Эту болезнь называют игроманией, или лудоманией.

– Игроманы существуют давно, – рассказывает врач-психиатр высшей категории, кандидат психологических наук Галина Былим. – В советские времена у меня был пациент – хороший юрист, который вытаскал из дома все. Играл с «однорукими бандитами». Но за последний год число таких обращающихся заметно выросло. Возможно, это связано с тем, что люди, наконец, перестали бояться психиатрии.

Как правило, лудоман попадает в руки врача уже в депрессии: он сам боится своего желания играть, испытывает чувство вины перед семьей, он бледен и одержим. По словам Г. Былим, здесь можно ставить знак равенства с наркоманией и алкогольной зависимостью. Это психическое заболевание трудно лечится.

– Наша задача – помочь полностью избавиться от симптома тяги, – говорит Г. Былим. – Это произойдет, если врачу удастся провести переструктурирование личности, если «кайф», т. е. выработку гормонов удовольствия, человек найдет в другом.

– Сколько времени занимает лечение? – спрашиваю у психотерапевта.

– Не менее месяца – первый шаг. И последующее сопровождение – год, а может быть, и дольше.

По мнению специалистов, опасность для психики, т. е. вероятность заболеть игрой, таится везде, даже в самых невинных пари: стоит один раз ощутить жажду отыграться или повторить блаженную эйфорию выигрыша, один раз утратить контроль над собой…

Но, конечно, не надо путать нормальный азарт с болезнью. Профессор Арон Белкин, один из известнейших отечественных психоаналитиков, писал, что для большинства людей игра – это проверенный способ снять напряжение, гнев, тревогу. Не случайно многие часто ходят в игорные заведения расслабиться после тяжелого трудового дня. Патологические игроки, разрушающие собственную жизнь и жизнь своих близких, по мнению А. Белкина, составляют сравнительно небольшую часть населения, даже среди посетителей злачных мест они, по подсчетам, не составляют большинства.

«Вся многотысячелетняя история игр – это история борьбы с ними, попыток искоренить их, запретить, поставить вне закона,- говорит А. Белкин в книге «Запах денег». – И ничего не помогало. Ни казни, ни конфискации, ни ссылки, ни отлучения. Какими бы карами это ни грозило – все равно одни люди играли, а другие пытались обернуть эту чертову страсть себе на пользу. Разница только в том, где и как это происходило – открыто или тайно, в благопристойных местах или в гнусных подпольных вертепах. Что лучше, что приемлемее – вот к чему, в сущности, сводится, вопрос».

Послесловие

При встрече с руководством ООО «Лидер» я спросила про самую большую проблему игорного бизнеса. И, признаться, в очередной раз ожидала услышать традиционные претензии российского предпринимателя к государству – непосильные налоги, много проверяющих и так далее. Ответ меня удивил:

– Самый больной вопрос – это нечеткость законов. А пока нет ясных правил, работать трудно. Ведь, извините, даже наши обязанности почти не определены…

Этот специфический вид деятельности по сию пору не имеет единого госрегулятора. Лицензии выдает агентство Фетисова, сбором налогов занимается МНС, чьи функции перешли в минфин, а контролировать бизнес пытаются все, кому не лень – от пожарных и санэпидемстанции до представителей местных властей. А какое дитя у семи нянек – хорошо известно. Реально же игорный бизнес никто не контролирует.

Александра БЕЛУЗА