Мухаммат-хаджи Рахимов

Сначала – немного о нашем собеседнике. Родился в 1956 году в Средней Азии, в семье татарина и карачаевки, через несколько лет семья переехала в Теберду. В 1974 году, окончив среднюю школу, призван в ряды Советской армии, служил в ракетных войсках. Затем поступил в Ставропольский политехнический институт, готовился стать инженером-строителем. После четвертого курса по просьбе старейшин района поехал в Бухару, в духовное училище. С тех пор жизнь его неразрывно связана с духовным служением, которое начинал имамом в селе Важном, где построил новую мечеть.

– Мухаммат-хаджи, вы поступали в духовное училище в годы, когда это, скажем так, не очень поощрялось и не сулило большой карьеры. Как вы будучи молодым человеком решились на этот шаг, видимо, сказалось влияние семьи, была ли она религиозной?

– Мой дедушка по отцу был преподавателем исламского духовного училища в Казани, наверное, эти «гены» повлияли. Да и воспитан был в традиции уважения старших, и уж если восемь стариков во главе с эффенди специально приехали к нам и сказали, что нужно мне идти в духовное училище, значит, так и следовало поступить.

– Наверное, старейшины с их опытом и знанием людей уже тогда увидели, что именно вам суждено быть духовным наставником…

– Не посмел пойти против их воли и мудрости, и нисколько о том не жалею. Вот уже более пятнадцати лет служу Аллаху.

– Мухаммат-хаджи, как получилось, что вам предложили, говоря светским языком, баллотироваться на пост будущего муфтия Ставропольского края? И как вы вообще оцениваете тот факт, что в Ставрополе создается свой муфтият?

– Знаете, все-таки Карачаево-Черкесия, будучи географически близка Ставрополью, по многим жизненно важным вопросам далека от проблем, актуальных для края. Здесь во многом сложилось свое мировоззрение, у мусульманских общин Ставрополья есть свои проблемы, которые и продиктовали такое решение. Я же, хоть и живу в КЧР, по своему происхождению более «нейтрален», а сдругой стороны, не один год лично знаком с многими ставропольскими мусульманами.

– Инициатива выдвинуть именно вас исходит от мусульман восточных районов края, чем они мотивировали свой выбор?

– Руководители этих общин люди очень глубоко верующие, порядочные, искренне переживающие за духовное здоровье земляков-единоверцев. Но среди них сегодня нет таких, кто имеет специальное духовное образование. И помимо того, что им и так приходится нелегко, пошли еще всевозможные претензии и придирки, то к знанию Корана, то к другим вопросам организации деятельности общин. Тогда-то председатель Совета мусульман Восточных районов Асан Койбалиев и обратился ко мне с таким предложением. И мне захотелось помочь этим людям.

– Вы, конечно, участвовали в работе съезда мусульман, где не все проходило так благополучно, как хотелось бы. Каково ваше впечатление от этой встречи?

– Ставрополье – очень бурный край, в его жизни много всяческих «подводных течений», непростые межнациональные отношения. Осложняемые, к сожалению, еще и той частью называющих себя мусульманами, которая настроена крайне жестко, если не сказать – агрессивно. Я понял так, что они бы хотели любыми путями и средствами продвинуть своего лидера, представляющего, по сути, враждебные настоящему мусульманину идеалы. Полный отказ от традиционного ислама, явно выраженная политическая направленность, непризнание авторитета старейшин, и все это под прикрытием слова «джихад» – можно ли согласиться с такой позицией? Джихад – это совсем не то, что они пытаются навязать сознанию людей. Нам это чуждо, мы знаем, что это привнесено к нам издалека и не с лучшими целями… Эту опасность надо искоренять, ведь от нее уже пострадали многие, прежде всего молодые люди. А чтобы спасти ситуацию, истинные последователи ислама и решили создать на Ставрополье свою организацию.

– Еще и сегодня на востоке края немало молодых людей, попавших под негативное влияние этих чуждых идей.

– Мы все это увидели наглядно на проходившем в Ставрополе учредительном съезде мусульман. Ведь со стороны наших оппонентов наблюдалось прямо-таки неприкрытое запугивание делегатов!

– Какой вы видите выход из сложившейся ситуации, что бы вы могли предложить сделать, как успокоить людей?

– Нужно просвещать простой народ, помогая ему ориентироваться в вопросах духовного мировоззрения. Народ плохо знает, например, обязанности мусульманина… «Читаю во имя Господа и просвещаю…» – так говорится в одной суре Корана. Идти к людям, ехать в села, разъяснять, иного пути нет.

– Возможно ли, на ваш взгляд, примирение с теми, кто так демонстративно покинул съезд?

– С амбициями спорить трудно, если вообще нужно. Мне кажется, многие из них слишком погорячились. Но диалог вести нужно на равных, а не методами угроз и спекуляций.

– Вы по своему положению находитесь в подчинении у муфтия КЧР и СК, испытываете ли какое-то давление с его стороны?

– Мне бы не хотелось в сегодняшней ситуации это обсуждать… С муфтием Бердиевым мы в свое время учились вместе в духовном училище, не один год служим рядом. Думаю, после того, как все страсти улягутся, мы сумеем найти взаимопонимание.

– В ходе съезда то и дело поднимался болезненный вопрос о судьбе здания мечети в Ставрополе, где в настоящее время располагается картинная галерея. Какова здесь ваша позиция?

– Помните, на нынешнем форуме в Сочи президент России Путин по поводу прозвучавшего там выражения «злополучная мечеть» заметил: ни одна мечеть злополучной не бывает! Нам надо вести диалог с правительством Ставропольского края, имея в виду вариант возвращения здания мечети мусульманам без каких бы то ни было судебных процессов. В знак исторической справедливости. Но речь идет не о том, чтобы там проходили службы, мы, конечно, понимаем, в каком районе находится здание, оно тесное, к тому же подверглось существенной перестройке, причем переделывать его снова просто опасно, говорю это как строитель. А вот как духовное управление или медресе здание вполне может быть использовано. Мечеть же надо строить новую, большую, способную вместить всех желающих, ведь Ставрополь – большой город.

– Несколько лет, пока идут споры вокруг этого здания, мусульманской общине города не раз предлагалось построить новую мечеть. Что мешало это сделать?

– Пока мусульмане спорили, посмотрите, сколько успели сделать, например, христиане! И продолжают строить храмы. Они работали. И нам нужно миром завершить разногласия. А в близком каждому мусульманину здании старой мечети открыть свое духовное училище, готовить своих имамов здесь, на месте.

– Мухаммат-хаджи, как вы считаете, насколько обоснованны сегодняшние разговоры об усилении ваххабизма в нашем регионе?

– Со времен ельцинского дарования безграничных свобод мы до сих пор расхлебываем результаты… Да, анархия в жизни общин и отдельных мечетей имеется. Потребуется определенное время, чтобы все пришло в нормальное состояние. Нам, как и всему обществу, нужно «прийти в себя». А в том, что все стабилизируется, я не сомневаюсь. Работать надо с людьми.

– Положение в мусульманских организациях нашего края по-своему отражает и общероссийскую ситуацию, где также пока нет единства. Создаваемый Ставропольский муфтият кому будет подчинен организационно?

– Полагаю, для мусульман Ставрополья будет лучше под началом Талгата Таджуддина, главы российских мусульман, чье управление расположено в Уфе. Хорошо знаю этого духовного лидера, глубоко уважаю его и думаю, именно он может нам помочь в становлении деятельности Духовного управления, от подготовки кадров священнослужителей до проведения, например, хаджа, обеспечения необходимой литературой, решении многих других вопросов.

– Мухаммат-хаджи, какими вы видите отношения мусульман края с другими действующими на этой территории конфессиями?

– Еще в годы учебы в Бухаре у меня был хороший друг – православный священник отец Владислав, мы много общались, помогали друг другу. Так строим отношения и сегодня. С православием прежде всего. Здесь, в Ставрополе, где находится центр большой епархии, мне бы хотелось наши добрые отношения развивать и дальше.

– Вас на Ставрополье не пытаются называть «чужаком», все же вы не совсем «местный»?

– Что значит «чужаком»?.. Мы все – россияне. И я себя чужим не считаю. В случае моего избрания хочу переехать в Ставрополь, жить здесь, отсюда руководить деятельностью районных имамов. Возможно, в Ставрополе нам придется создавать вторую мусульманскую общину, способную объединить людей разных национальностей, и, таким образом, в городе будут две общины, два имама, а работы на всех хватит.

Наталья БЫКОВА