Виктория Емельянова

Виктория Емельянова – одна из первых наших врачей, начавшая 13 лет назад гомеопатическую практику под сенью Ставропольского краевого диспансера лечебной физкультуры и спортивной медицины. В гомеопатическом кабинете отделения традиционных методов лечения она и сегодня продолжает свою работу. Виктория Емельянова – гость нашей рубрики.

– Виктория Олеговна, прокомментируйте нам случай, по всей вероятности, очень распространенный. Одна моя знакомая, страдающая пищевой аллергией, купила в аптеке гомеопатический комплексный препарат, который ей не помог, и она развела руками: «Гомеопатия мне не пошла».

– К этой истории я бы присоединила еще один знаковый сюжет. Не так давно ко мне на прием пришел священник и попросил объяснить, что такое гомеопатия. Оказывается, он с женой обратился в какую-то медицинскую фирму, где их посадили перед иконой, дали в руку ампулу и, делая пассы над головой, сказали: сейчас мы определим, какое средство вам подходит. Удивленный священник поинтересовался: что это у вас за метод? Ему ответили: гомеопатия!.. Таких примеров появляется все больше. И разные пациенты, и некоторые врачи так или иначе мистифицируют и уже потому дискредитируют гомеопатический метод. На самом же деле гомеопатия поддается научному анализу и практической проверке.

– Но для понимания этого надо иметь изначально верные представления: каковы же они?

– Представим, что некое вещество в больших количествах вызывает болезненные симптомы. Однако в крошечных дозах это вещество может использоваться для облегчения тех же симптомов. Такое лечение означает, что подобное лечится подобным. Об этой гомеопатической формуле наслышаны, кажется, все. Но не все знают: понятие гомеопатии заканчивается там, где прекращается индивидуальный подход к пациенту.

– Тогда в чем смысл гомеопатического индивидуального подхода?

– Заметим сразу: гомеопатия – не религия, но она располагает собственным мировоззрением, и оно космологично. «Лечение подобным» означает, что человек родился, и для него на земле в растительном, животном и минеральном мире существует только ему предназначенное лекарство. Врач-гомеопат определяет ведущую, данную самой природой, характеристику человека и согласно его индивидуальной психофизической модели назначает необходимый препарат. В общепринятой медицине тысячу людей со сходным диагнозом будут лечить примерно одним и тем же набором лекарств. В классической гомеопатии наоборот: один правильно подобранный препарат может помочь в тысяче разных случаев.

– С какими диагнозами к вам обращаются чаще всего?

– У нас нет понятия диагноза. В гомеопатическом понимании надо говорить о диагнозе лекарственного средства. Пациент может переехать в другую страну, и в его лечебной карте будет написано всего одно слово по латыни: silicea, или, допустим, aconit, arnika. Зарубежные коллеги прекрасно все поймут. Silicea (кремний) – это и тип человека, и его наследственность, и реакции, и метод лечения.

– И все-таки вернемся к самоприговору «гомеопатия не пошла». Какими качествами должны обладать ваши пациенты?

– Парацельс говорил: «Пациент приходит к доктору, когда он готов».

– Значит, если мы не дошли еще до края, если не готовы к здравой разумной жизни, к гармонии с собой и миром… гомеопатия не пойдет?

– Верно. Дар терпения, способность поменять стереотипы мышления – необходимое условие успешности гомеопатического лечения. Исцелять моментально мог только Христос.

– Что такое здоровье в гомеопатическом понимании?

– Это высшая степень адаптации к окружающему нас миру.

Цель врача-гомеопата восстановить внутренний экологический баланс пациента. Только в этой системе ценностей у человека есть выбор, а значит, и выход. Чтобы жить и выжить сегодня, мы должны остаться на позициях добра. По опыту знаю: капризничают те из моих пациентов, которым стало лучше, кто уже забыл, с какими проблемами пришел. А вот люди исстрадавшиеся, они терпеливее, светлее, мужественнее. Они верят в силу добра и взаимопомощи. Эффект лечения у таких людей выше, хотя объективно их путь труднее. Среди таких людей много верующих.

– Что вас больше всего беспокоит сейчас как врача и человека?

– Так называемые «пограничные состояния» – следствие всевозрастающей пропаганды насилия и разврата. Наркомания – самый страшный способ бегства от жизни.

– У вас есть положительные результаты в ее лечении?

– Да, но условием стало искреннее и глубокое желание пациента порвать с наркотиками. Но речь все-таки должна идти о комплексном лечении.

Светлана СОЛОДСКИХ